Этот случай произошёл в далёком 1995 году. В то время я учился в Киевском Суворовском училище, когда прямо среди учебного дня меня вызвали с занятий и велели немедленно явиться к начальнику училища. Как сейчас помню: захожу в просторный кабинет с видом на Днепр, а там сидит женщина лицо заплаканное, в руках платок, слёзы катятся по щекам одна за другой.
Наш начальник был генерал, настоящая легенда среди суворовцев, суровый, но справедливый офицер, прошедший Афганистан. Мы его побаивались и уважали одновременно. Но тогда я увидел его совсем другим какая-то обречённость сквозила во всём его облике. Он подошёл ко мне и сказал как-то необычайно тихо:
Сынок, обращаюсь к тебе не как к курсанту, а как к товарищу. Мне нужна твоя помощь.
Конечно, я готов, ответил я, не задумываясь ни на секунду. Что нужно сделать?
Моему племяннику совсем плохо, сказал генерал. Год назад он окончил наше Суворовское, ты его должен помнить. Сейчас учится в военно-медицинской академии, но что-то страшное с ним случилось. Последняя надежда на твоего деда. Помоги, может, он сможет разобраться, что с парнем?
Я вопросов не задавал. Позвонили деду и уже через 15 минут мы с генералом ехали на его чёрной «Волге» через Киев. К счастью, у деда был первый день отпуска, и мы застали его буквально за полчаса до того, как он собрался уезжать на дачу под Обуховом.
С нами в машине был и парень. Я его знал, но едва узнал: глаза пустые, взгляд отрешённый, будто тень самого себя. Было даже жутковато чуть-чуть.
Когда мы добрались до квартиры, дед встретил нас у двери и внимательно выслушал рассказ всё ещё плачущей женщины.
Оказалось, семь месяцев назад её сын поступил в медакадемию. Неожиданно, прямо на лекции у него случился приступ. Положили в госпиталь, обследовали вдоль и поперёк ничего. Только выписали, как всё повторилось. И так раз за разом. Все врачи только разводили руками. Последняя надежда осталась на моего деда. В то время он был одним из лучших в стране специалистов по неврологии и психиатрии.
Дальше началось интересное. Дед отвёл парня к себе в комнату. Через 15 минут вернулся но уже без него.
Всё, езжайте домой, спокойно сказал дед женщине и генералу.
Но как же сын?! Его надо лечить! забеспокоилась женщина.
Езжайте, а мы сейчас поедем ко мне на дачу. Как раз дрова пилить надо, а тут такой молодец пропадает, спокойно сказал дед.
С горем пополам дед выпроводил нас, а сам поехал с новоявленным пациентом на дачу.
Прошёл месяц. Меня снова вызывает к себе генерал. В кабинете сидит та же женщина, но теперь улыбка у неё до ушей, а рядом стоит тот самый парень живой, здоровый, будто и не было ничего дурного. Он подошёл ко мне, пожал руку, поблагодарил, то же сделали и женщина, и сам генерал. Парень, которому никто не мог помочь, полностью восстановился меньше чем за месяц. Для его семьи это было настоящее чудо. И они не знали, сколько подобных чудес совершал дед за свою жизнь.
Позже я всё же спросил у деда, что с ним было. Оказалось, что из-за огромных перегрузок от учёбы мозг просто отказался воспринимать информацию случился сильный нервный срыв. Дед сразу понял причину: пустил парня в «кровоток большого круга» то есть дал ему тяжелейшую физическую работу. Забрал его на дачу под Обуховом, заставил заготавливать дрова от рассвета до заката, лишил всех умственных нагрузок. Парень вставал в восемь утра, обливался холодной водой, завтракал и шёл колоть дрова день через день только перерывы на обед и ужин. К вечеру валился без сил и засыпал глубоким сном. Недели через три мозг отдохнул настолько, что парень стал даже бодрее прежнего.
За всё время дед не дал ему ни одной таблетки только труд, свежий воздух и баня по воскресеньям.
Вот такая вот история из моей жизни. Тогда я понял: человеку иногда вместо лекарств нужен просто перерыв, хорошая физическая работа, свежий воздух и кто-то, кто в тебя верит.
