Фифа
Глянь-ка, вырядилась! У людей нынче с утра работа, а она? По нашему петербургскому дождю, да в белых штанах!
Так она ж пешком не ходит! Всё на своей машине рассекает! Автобус натурально.
Скажи спасибо, что вообще оделась! Ты видела у неё на шее?
Нет, а что там?
Татуировка! Во дает Со стороны, будто отсидела, честное слово. Молодая, а уже вся битая! Вот бы мать её увидела Эх, нет присмотра пропала девчонка.
Скамейка у нашего подъезда загудела в след Юле.
Что же, языки почесать любимое дело на районе. Скорей сумки с продуктами у ног стоят, а домой идти неохота: там каждый день рутина варишь, моешь, стираешь Веселье-то только по большим праздникам. Радость где теперь взять? Всё думаешь: чем детей накормить, как помочь, если что случись. Как внукам что вкусное передать, голову поцеловать и то праздник. Да и то не у всех есть такое счастье. Вот у Григорьевны сказали дети, чтоб внуков не ждала: не модно стало семью заводить, всё больше по курортам летают. Придумали тоже Наверное, тоже вроде Юльки, дочки Натальи.
Ведь была, вроде, обычной девчонкой! В школу бегала, училась хорошо, всегда за руку здоровалась. Как матери не стало, вся расклеилась. Болтается где-то, не работает, учёбу бросила. Дочка Натальи, Лариса, говорила, будто Юля занялась чёрт знает чем татуировки людям бьёт, салон в Питере свой открыла! Безобразие
Когда пару лет назад появился отец Юли, все думали направит, наставит, порядок наведёт. Но что вышло? Машину ей купил пугающую, будто танк, полдвора теперь не проехать и уехал. Девчонки двадцать-то еле исполнилось. Как такую одну оставить? А если приведёт в дом кого ни попадя? Тогда и от квартиры, и от машины простишься.
Поехала! Куда, зачем, кто её знает… Даже не оглянулась на нас, фифа. В белых-то штанах…
Юле до пересудов соседок дела не было. Свои заботы давят. День расписан по минутам, дел море: хотелось бы хотя бы пару часов к суткам приписать. Мать ее всё повторяла: учись временем дорожить.
Юля, научишься с временем дружить, все дела успеешь. А если нет только жаловаться будешь.
А как дружить, мам?
Не злить. На то трать, что тебе нужно. Важно распределить не только работу, но и отдых! Отдыхаешь счастлив становишься. Но не пережимай, иначе совсем себя забудешь
Юля эти мамины слова помнила, но соблюдать их трудно было. Даже ежедневник себе завела, но расписание живёт собственной жизнью: три лекции, а попасть только на одну, две клиентки сегодня, да ещё к Кате заехать надо. А где Катя там и Саша, минимум на час. Потом к Артёму вещи собрать С новыми ребятами познакомиться через неделю выезд, а Юля до сих пор имён их не помнит. Успеть бы!
В пробке машина заурчала, Юля нажала на газ авто мягко поддалась, словно шепчет: «не переживай, всё получится и не зря отец мне доверил тебя, сейчас сэкономим твое время».
Юля ласково провела рукой по рулю.
Спасибо, пап.
Скажи ей кто пару лет назад, что она когда-то будет благодарна отцу рассмеялась бы в лицо. Юля с детства не знала его, на душе копилась обида.
Мама слова дурного никогда о нем не сказала. Напротив, всё твердила: умный он, и Юлька в этого «умника» вся пошла.
Только как-то умный отец мог оставить дочь в пеленках и исчезнуть, ни разу не вспомнив?
Думала так Юля долгие годы, и злилась на того, кто должен был быть рядом.
В детском саду Юля угрюмо смотрела, как девочки танцуют с папами. В школе, если кто-то обижал стиснет зубы и терпит, а у кого отец сразу: «Папа поручится!» Завидно.
Перед выпускным разругалась с лучшей подругой Аней та небрежно бросила: «Папа мне всё оплатит, вдруг не поступлю, а если поступлю на оставшиеся деньги купит машину». Дружили с Аней с малых лет, но после этого всё кончено: не зависть, а обида особенно больно от близкого. Аня ведь всё про неё знала
Да и так, Юля никому не завидовала. Жили не хуже других зимой катались в Карелию, летом на море, подарки хорошие, телефон мамин на шестнадцать лет Но тут на именинах появился он отец.
Скандал был страшный. Крики, слёзы, Юля мать отталкивала, кричала в лицо:
Ты предательница! Зачем он пришёл? Не хочу знать!
Откуда ей было знать, что у матери уже тогда результаты анализов на руках, и жизнь на грани: то словно застывает на вершине, то рушится вниз, сметая всё, что казалось крепким. Болото под ногами, мамины признания в ночи Призналась: не пустила отца к дочери.
Я виновата, Юля! Я, не он!
Почему, мам? Ну почему?!
Обида у меня была Не помогал, когда беременность шла тяжело, в роддоме не появлялся, на ноги не ставил
Мама рассказывала: выйдя за отца в девятнадцать, оба оказались ни к чему не готовы. Дедушка с бабушкой и с той и с другой стороны против, скандалы не ждали Юлю, родилась случайно. Отца выгнали учёбу бросить, подрабатывал где придётся, мама ушла с института в декрет и не вернулась. Рождение дочери только добавило упрёков. Вот и уехала с маленькой Юлей к родственнице, а отцу сказала: «Это не твой ребёнок». Простила ли она тогда себя не знала.
Юля долго молчала после этого разговора с матерью. Потом первая поднялась, убрала горшок с кактусом с подоконника, выкинула тряпку, и села у кровати матери:
Расскажи всё. Только не ври.
Мать рассказала и стало ясно: жизнь устроена странно, каждый день может всё перевернуть. Сегодня уверен завтра дрожит земля под ногами, прямо как в наших питерских пробках-лужах.
Простила ли Юля? Может быть. Но главное понимает, что мама сказала правду. А то, что скрыла ещё, осталось ночами за дверью её комнаты отец сидел у изголовья, вытирал маме слёзы, держал за руки, когда боль становилась несносной.
Юля отца ни о чём больше не спрашивала.
Отец остался в Питере рядом, настоял: уеду, как только тебе будет восемнадцать, а пока рядом побуду.
Не пропадёшь, Юль, больше не дам
Мама ушла почти через два года. Эти два года тяжёлые были и в то же время счастливые: всё вместе. Хотелось, чтоб время было добрее, но не с судьбой потягаться.
И тогда Юля начала рисовать.
Почему не раньше? Не знала. Так, быстренько что-то на полях тетрадей А однажды отец её работы увидел похвалил, предложил познакомить со старым другом, мастером по татуировке.
Поедешь на встречу? Научат
Конечно, поеду!
Почти год Юля жила с отцом в Москве, училась у Лёшки, а потом решила обратно домой. Отец понял и только задержал на пару недель. Вернулся помог вещи собрать и оставил на кухне ключи от машины.
Всё, она теперь твоя. И ещё вот документы. Твой салон. Квартиру свою продал, помещение тебе купил в центре города. Небольшое, но поработать хватит. Лёшка с оборудованием поможет. Работай, учись, не стой на месте
Юля не верила своему счастью: ремонт закончен, соседи зашли первыми бородатый Костя-байкер с женой и дети. Отец обустроил салон, дал рекламу и обратно к родителям, теперь на Украину, к своим старикам-соседям.
Юля окунулась с головой в работу, клиенты пошли валом, сразу двух помощников взяла.
Тут и познакомилась с Катей.
Катя появилась под вечер ухоженная, но несчастная, усталая, с красными глазами, без макияжа.
Мне бы с мастером поговорить. Взрослого позвать не можешь?
Юля удивилась, но спокойно достала альбом:
Это мои работы. Если подойдёт рассказывайте, что хотите.
Женщина закатала рукав:
Имя Здесь
Держалась, пока Юля не щёлкнула замком двери. Села.
Больно будет? Я знаю.
Всё хорошо, Катя
Имя было Саша
Встретились через пару дней у больницы. Юля пришла к тёте, узнаёт Катю.
Спасибо. Красиво получилось.
Саше понравилось?
Ей. Дочке моей.
Маленькая девочка в очках, Саша, сразу подружилась с Юлей:
А белок чем кормить будешь? Нет орехов? Вот дела! Мы с мамой их в парке каждый день ищем. Я их так раскормила, что скоро валиться будут!
Белки не потолстеют, прыгать будут.
О, ты умная! рассмеялась Сашка.
Помогать Кате Юля стала, что-то в душе отозвалось. Катя рассказала: Саша долго лечиться должна, Артём-хирург шанс дал. Отец ребёнка бросил их она его не любила, родила для себя
Ты должна бороться за неё. Имя её на руке не только память!
Катя плакала, Юля не отступала: не сдавайся, борись.
Саша операцию пережила, выздоравливала. Катя, Юля и Саша стали почти одной семьёй. К Юле девочка прилипла, орехи приносила, вопросы задавала, да и Артём всё чаще в гости заходил.
Юля с Артёмом пара приятная, но чувств не выражали. Всё хлопоты, мелочи Пока Саша не вернулась из реабилитации и не пожелала сама зайти в больницу поговорить с Артёмом.
Почему ты не скажешь Юле, что она тебе нравится? рассмеялась малышка.
Сложно, Саша У меня ничего вроде бы нет. Квартира съёмная Она не в моём положении.
А любви разве мало?
То ли взрослые слишком много думают, то ли страхи мешают но именно дети знают, что главное.
С Сашиной инициативы Катя и Юля, а потом и Артём собрались втроём. Вскоре Катя с Сашей переехали ближе к Юле, а лавочка у подъезда вновь зашумела.
Жениха себе нашла! Куда только отец смотрит?
Да вроде парень приличный, врач
Всё не как у людей! Вещи перевёз, а кто да что неизвестно.
Наконец свадьба: во дворе белое платье на Юле, татуировка на спине, Саша смеётся, Катя ревёт от радости, отец рядом.
Никто не знал, кто приехал с букетами поздравить Юлю все обнимались, будто с родной дочерью. И почему вместо туфель невеста в кедах? И почему Артём сам шнурки завязывает прямо у машины?
Всё не как у людей! шумела лавочка.
Фифа, да и только. Настоящая фифа!