ДНЕВНИКОВАЯ ЗАПИСЬ: ОТЗВУКИ ПРОШЛОГО
«Тебе давно пора бы уже жить в детдоме! Убирайся из нашей семьи!» кричала я тогда на грани истерики, голос срывался, но я не могла остановиться.
В тот момент моё негодование было направлено на моего двоюродного брата Диму.
Боже, как же я его любила в детстве… Золотистые волосы, голубые, как небесная васильки, глаза, жизнерадостный нрав. Это всё он Дима.
У нас в семье часто случались шумные застолья, собирались тёти, дяди, бабушки. Среди всех двоюродных братьев и сестёр именно Диму я выделяла особо. Он легко плёл разговоры, шутил, за одно чаепитие мог накидать карандашом целую пачку рисунков. Я часами могла разглядывать его работы, складывала их тайком в ящик стола, чтобы никто не испортил и не выбросил. Бережно сохранила каждый листок.
Дима был старше меня на два года. Когда ему было четырнадцать, его мама младшая сестра моего папы скоропостижно скончалась. Так и не проснулась утром…
Сразу встал вопрос: что делать с Димой? В первую очередь обратились к его родному отцу, но того было не так просто найти после развода с мамой Димы он давно обзавёлся новой семьёй и даже слушать не хотел о сыне. Родственники пожимали плечами: у каждого свои дети, заботы, никто не захотел брать на себя ответственность.
Решение приняли мои родители: хотя у нас и так уже было двое детей, оформили опекунство над Димой. И хоть это и далось им непросто, сомнений у них не возникло для семьи всё.
В первый момент я даже обрадовалась: Дима теперь всегда будет рядом!
Но он изменился. Уже в первый день его пребывания у нас мама, чтобы хоть как-то отвлечь сироту от горя, спросила:
Дим, может, ты что-то хочешь? Скажи, мы постараемся.
Он, не задумавшись ни на минуту, ответил:
Хочу железную дорогу.
Это была дорогая игрушка, не из простых. Я поразилась только что умерла мать, а он о железной дороге мечтает… Родители без лишних вопросов купили её. Потом пошли магнитофон, джинсы, импортная куртка всё стоило огромных денег, доставка тянулась месяцами, но мама с папой, ущемляя нас с братом, выполняли любые его желания. Я и родной брат не возражали, понимали парень сирота, ему особенно тяжело.
Когда Диме исполнилось шестнадцать, начались девчонки. Он оказался влюбчивым, настойчивым. Более того, Дима стал заигрывать со мной… собственной кузиной. Я, будучи с детства увлечённой спортом и привыкшей давать отпор, умела настоять на своём но и слёз лила вдоволь. Родителям рассказывать не решалась: кто про такое признается? Это не то, о чём легко сказать взрослым.
Когда я поставила Диму на место, он быстро переключил внимание на моих подруг. Те, между прочим, ревновали друг к другу, борясь за его улыбку.
Кроме всего этого, Дима воровал из дома. Помню, копила деньги на подарки родным откладывала школьные обеды, всё хранила аккуратно. Однажды копилка оказалась пуста. Дима клялся и божился, что тут не при чём, даже глазом не моргнул! Моя душа разрывалась: как можно обкрадывать семью, приютившую тебя?
Я тогда возненавидела его. Моё терпение лопнуло:
Убирайся! кричала я тогда, даже не контролируя слов. Остаток вечера мама с трудом меня успокаивала. С того момента Димы для меня больше не существовало.
Позже выяснилось, что многие из родственников давно заметили за ним нелицеприятные поступки, просто молчали. Даже бывший классный руководитель как-то обмолвился родителям:
Зря взвалили на себя такую ношу. Вас и ваших детей Дима испортит.
В старших классах у него появилась Катя тихая, кроткая. Она полюбила Диму на всю жизнь, после школы вышла за него замуж, родила ему дочь. Катя бесконечно терпела и его измены, и ложь, и скандалы. Видимо, это судьба не повезло, и живёт с этим молча.
Позже Диму призвали в армию в Казахстан. Там у него появилась ещё одна семья, сын на стороне. После демобилизации он остался там, Катя отправилась за ним и всех сил вернула мужа.
Мои родители так никогда и не услышали спасибо от Димы. Хотя делали для него не ради благодарности…
Сейчас Дмитрию Евгеньевичу уже шестьдесят. Он частый гость в храме, у него с Катей пятеро внуков. Вроде бы всё хорошо, но осадок на душе у меня остался навечно.
Нет, с таким медом есть не стану…
