Хрустальный котёнок
Среда, поздний вечер. Смотрю на тихий двор из своего окна в Запорожье и думаю: как же быстро летит время, когда у тебя растёт маленькая дочь. Готовлюсь к завтрашнему дню у Полины день рождения. Уже десять лет. Будет много хлопот и волнений, гостей с обеих сторон, бабушки с дедушками все будут рады, кто-то обязательно с печалью вспоминать прошлое. А я сейчас сижу на кухне, разбираю отчёты, пью холодный чай с лимоном, и слушаю тикание часов на стене.
Полинка, как обычно, в своей комнате не спит, шепчет: «Мама, а будут ли завтра шарики? Приезжает Милана? А я смогу надеть новое платье?» Я смеюсь, целую её в веснушчатый лобик, плотно укутываю в одеяло, засовываю в руки любимого медвежонка. Стараюсь не думать о работе: отчёты подождут, а вот праздники у детей только раз в году.
Как же мне повезло вспомнила я, выключая ночник, что в своё время послушала бабушку Ольгу Васильевну и пошла на бухгалтера. Если бы занесло в океанологию, о которой мечтала, всё, возможно, сложилось бы совсем по-другому. Больше бы приключений, но меньше устойчивости. Впрочем, воспоминания о море всё равно греют душу.
Родилась я в семье Кирьяновых Лидии Петровны и Владимира Андреевича. Долгожданный ребёнок, у которого были две бабушки с любящими руками, ждущие невестку или внука. Бабушки сразу твердили: «Вере нужен друг! Срочно рожайте ещё!» Так появилась Надюшка разница всего год, но мы с детства были неразлучны: вместе на уроках, вместе в лес за подберёзовиками, всегда плечом к плечу.
Лидия Петровна, моя мама, упорно следила, чтобы мы с сестрой не ругались. Уговорила директора школы посадить нас за одну парту. Я всё делала ответственно, Надя могла схватить портфель и убежать считать голубей во дворе. «Вер, дай списать, побежим на каток!» Надя была лёгкой, настоящей искрой, а мне всегда казалось, что на мне весь груз забот.
Потом в семье неожиданно появилась Люба младшая сестра. Мама поначалу растерялась, не планировали третьего, но что уж теперь… Сразу стало ясно: принцесса дома теперь Люба. Всё для неё, старшие только помогай да поручения выполняй. Мама всё больше уходила в заботы о малышке, а мы с Надей сами по себе росли.
А потом в жизни появилась «чёрная кошка» Серёжа из соседнего двора. Мне было шестнадцать. В тот тёплый вечер под акациями Серёжа признался в своих чувствах. Я тоже почувствовала первые дрожи любви, но рассказала об этом только Наде. И как водится сестра тоже захотела, чтобы Серёжа обратил внимание на неё. Всё закончилось ссорой: впервые я ушла из дома, собрав вещи, а мама впервые увидела во мне взрослого человека с настоящей болью.
Семья не умела долго ссориться, но нужно было время. Лидия тяжело заболела, и болезнь объединила нас снова. Только после этого я смогла простить Надю, но забыть не смогла до сих пор. Мы вновь поддерживали друг друга.
Младшая Люба росла вольной, без комплексов, разбивала все условности семьи. Учиться она больше не захотела: решила стать моделью, быстро нашла взрослого женатого покровителя. Не думала о последствиях, хотела всего и сразу. Но жизнь не сказка осталась одна с ребёнком, когда очередной роман закончился денег ему на очередную молодую любовницу.
Родители не знали, что делать с внукой-Полиной, заброшенной то дочерью, то судьбой. Мама сломалась, и тогда папа Владимир позвонил мне. Не раздумывая ни минуты, я собрала вещи и уехала в Запорожье. Взяла Полину, оформила все документы теперь она моя дочка.
С Андреем, моим мужем, мы похожи на двух старых друзей. Он работает водителем маршрутки, я главный бухгалтер в крупной фирме. Маме всё казалось, что я могла бы выбрать «достойнее», но я чувствую себя счастливой и нужной. Андрей тихо и заботливо поддерживает во всём, терпит мои приступы усталости и суеты.
Полина нам с Андреем заменила всё: и потраченные надежды, и бессонные ночи. Эти десять лет как один миг. Я привязалась к дочери обе понимаем друг друга с полуслова, смеёмся, строим планы на будущее.
В родительском доме всё чаще звучат упрёки матери: «Ты забрала Любу с внучкой. Тебе теперь отвечать за неё!» Я научилась держать удар: отвечаю спокойно, стараюсь не растравливать рану. Поля моя радость, которую я обязана сберечь.
Сегодня ночью тишина. Андрей в командировке, завтра обещал вернуться к вечеру. Готовлю подарок Поле маленького хрустального котёнка, который раньше хранился у меня в шкафу, с надписью дедушки: «Для старшей дочки» одно из главных детских воспоминаний, которое теперь станет её.
А утром счастливый беспорядок: крики «С днём рождения!», ворох шариков, поцелуи, объятия. Я снова заглядываю дочери в глаза серые, такие же, как у меня. Полинка прижимается ко мне, спрашивает: «Мама, а я теперь уже большая?»
«Да, тебе десять. Но для меня ты всегда будешь маленькой. А теперь держи твой первый настоящий талисман».
Когда Поля открывает коробочку с котёнком, улыбается и говорит: «Мама, а я ведь похожа на Любушку?» мне хочется и плакать, и смеяться.
Потом гости, крики, суета, слёзы детские от неудачи. Праздник это всегда немного грусти и боли, но ещё надежда, что завтра мы все ещё будем собираться вместе, чтобы делиться радостью и горем.
Иногда мне кажется, что жизнь как этот хрустальный котёнок: хрупкая, прозрачная, но такая ценная. Главное, не ронять, беречь друг друга, даже если много обид и разочарований. У меня всё получится. Я мама. Я дочь. Я сестра. И я живу дальше, для тех, кто мне доверен.
