Михаил проснулся от шёпотов вечеринки, когда первое светило уже пробивалось сквозь окна киевского дома. Его жена Любовь, свернувшись калачиком, спала, будто покрытая снегом. Он, нежась рядом, сразу же заурчал мелодию сна.
Утром, когда лучи солнца пробежали по стенам, Любовь обнаружила на рубашке мужа губную помаду яркую, как восход над Днепром. В тот же миг телефон зазвонил, и на экране высветилось сообщение: «Доброе утро, любимый!».
Текст бросил её в шок, как будто вдруг открылась тайна, которой она не ожидала. Десятилетняя сказка их совместной жизни, полная смеха и шёпотов, казалась зыбкой. В их квартире спали две маленькие принцессы Пелагея, пять лет, и Алина, девять лет, укутанные в облака сна.
Любовь захотела подлить в их мир холодный дождь ссор, но удержалась, будто удерживала падающую звезду. Она пробралась в ванную, где вода, как слёзы, катилась по её плечам, а душ стал ритуалом очищения.
Самое простое, мысленно шептала она, вызвать конфликт. Но каждый конфликт может открыть дорогу к чемуто новому. Если он уйдёт, смогу ли я сама поднять двух детей? её мысли вились, как ветви берёз.
Она приняла душ, высушила волосы феном, украсив их причёской, словно ветром растрёпанные облака. Затем начала готовить завтрак. Михаил, проснувшийся лишь к обеду, бросился в разговор:
Ох, как тяжело, простонал он, растягивая руки к потолку.
Хочешь, я сделаю кофе? улыбнулась Любовь, но улыбка была натянутой, как нитка кукольного кроя. После того как ароматный кофе появился, она обратилась к мужу.
Михаил, надеюсь, завтра ты не задержишься на работе, ведь у меня вторая смена, а Вика нужно будет забрать из детского сада.
Конечно, конечно, кивнул он, голосом, словно отзвуком в пустой комнате.
Любовь работала парикмахером в одном из киевских салонов. На следующий день, после второй смены, она вернулась домой с коробкой конфет, обёрнутой в золотую бумагу, будто таинственный дар из другого мира.
Что, захотелось сладкого? спросил Михаил, наклонившись над её плечами.
Один из клиентов подарил, он меня всегда стрижет, ответила она, будто рассказывая о лунном светлом случае.
Михаил покрутил коробку в руках, взгляд его стал острым, как лезвие ножа.
А эти конфеты дорогие! И зачем ты их приняла?
Михаил, а что тут? Он меня не пригласил на свидание, отвечала она, её голос эхом разносился по кухне.
Разговор замер, как в замёрзшем озере. Через несколько дней Любовь вернулась с пышным букетом цветов, которые казались живыми, будто пришли из парящего сада.
Это тоже от того же клиента? спросил он, стоя у двери.
Михаил, остановила её Любовь, ты вчера задержался после работы, а я не спрашивала, где ты и с кем. И вот лишь букет.
Когда же она, закончив вторую смену, вышла из салона, её встретил муж на парковке, будто ожидающий её тень.
Михаил, ты оставил девочек одних? испугалась Любовь, когда увидела их спящие лица в окне.
Ничего, я их уложил спать, сказал он, улыбаясь, решил тебя встречать на машине.
Здесь же всего пять минут ходьбы, попыталась возразить она, но её слова растворились в утреннем тумане.
Дома, когда они оказались рядом, Михаил обратился к жене:
Любовь, можно ли мне всегда после второй смены тебя встречать?
Что это? Ты меня ревнуешь? удивилась она.
Да, ревную, признался он, голосом, будто шёпотом в ночи. Мужчины такие подарки не дарят просто так.
Хорошо, встречай, согласилась Любовь, улыбка её стала светлой, как утреннее солнце над Днепром. Мне приятно твоё внимание. Честно говоря, я тоже ревную твоим сверхурочным. А вдруг у тебя появился ктото ещё.
Скажешь! Мне больше никого не нужно, кроме тебя, ответил он, будто слышал её мысли. На работе проблемы закончились, новые программы установили, и больше сверхурочных не будет. Всё будет в порядке.
Скоро в семье восстановилось доверие, как старый мост, вновь ставший прочным. Но иногда, возвращаясь с работы, Любовь ставила на стол новую коробку дорогих конфет. Когда Михаил бросал в неё строгий взгляд, она улыбалась и говорила:
Мои клиенты приносят мне эти сладости от души, и я не могу отказать им.
Друзья, если захотите ещё больше таких историй, оставляйте комментарии и ставьте лайки это вдохновляет нас писать дальше.
