Ой, слушай, я тебе сейчас такую историю расскажу, только между нами, как настоящие подруги.
Когда была моложе, я всегда твердила подругам: замуж выходить надо один раз и навсегда. С любимым человеком до последнего дня быть, а не метаться туда-сюда так и останешься, как надкусанное яблоко. И уж чтоб, боже упаси, с женатыми мужчинами Даже не думать связываться! Мол, чуть-чуть «попылю» и разбегусь да куда там, всё равно в пропасть сорвёшься, а счастья не увидишь.
Мои-то родители душа в душу полвека прожили для меня всегда как пример были. Отец маму до безумия любил, хотя и пришлось им из родной деревни переехать из-за маминых старых грехов: у неё старшая дочка Софья родилась до замужества, никто толком не знал от кого. Позор был жуткий на всё село, мама и сейчас вздыхает. Через пять лет, уже в законном браке с отцом, появилась я Ксюша.
В общем, в детстве и юности я сама себе пообещала ни за что не повторю судьбу мамы, никаких внебрачных историй, никаких мужчин «на стороне». Но ведь как в русской поговорке не гони лихо, пока оно тихо.
С Софьей, кстати, всю жизнь какие-то тёрки ей всё кажется, что родители меня любят больше. Соревнуемся невольно: кто роднее. Глупость, конечно, но сердце ведь не прикажешь.
В 20 лет я познакомилась с Егором он тогда ещё курсантом был, а я после медучилища на скорой работала. Встретились на танцах, моментально друг друга «заприметили», и уже через месяц свадьбу сыграли. Я за ним была как птичка к зерну куда он, туда и я.
Егор после училища распределился далеко, я, понятное дело, поехала с ним в гарнизон. Всё чужое, от дома далеко, мамы рядом нет, совет попросить не у кого вот и начались ссоры, мелкие обиды. Тогда родилась наша Танюшка чудо-девочка, но времена были непростые, лихие 90-е, зарплат толком нет, муж ушёл в запас и начал выпивать…
Сперва жалела его думала, ну, мужик, привыкший в строю, без дела тоскует, всё переживёт, оклемается главное, рядом быть. А он говорит, мол, Ксюша, понимаю всё, но не могу остановиться: выпью и все беды пустяками кажутся.
Позже Егор стал пропадать то на день отлучится, то на неделю. Как-то раз через месяц вернулся, заносит кейс, битком набитый рублями пачки такие, что я даже испугалась: откуда, что, почему? Он махнул рукой мол, не лезь, Ксюша, бери, трать, если мало будет ещё привезу.
Я тот кейс спрятала страшно было брать такие деньги, и вообще не прикасалась. Через время опять исчез и явился только через полгода. Худющий, какой-то злой, в глазах пустота. Приходит, требует мои золотые украшения: мол, долг нужно отдать, «люди серьёзные требуют». А это ведь то, что мне родители на свадьбу подарили, не отдам, хоть режь!
Я уже тогда поняла дела у нас совсем плохи. Отдала ему этот кейс: на, забери, нам с Танюшкой и скромнее хватит. А он только плечами пожал всё равно, говорит, мало.
И так круг замкнулся Егор пару дней был дома, потом снова в свои исчезновения. А я любила его, как дура тянулась, прощала всё, надеялась, что всё ещё наладится. Наутро после очередной «тёплой ночи» он ушёл: мол, не знаю, когда вернусь, жди. И ушёл на год, на два…
За это время у нас в больнице появился новый врач Дима, талантливый, добрый, красивый, да вот только женат. Он начал за мной ухаживать, уговаривал оставить всё, а у меня в душе каша: вроде как замужем, а мужа давно не видела, чувств нет, и поддержки ноль. Всё держало мамина мудрость, страх повторить мамину ошибку.
Перед самым Новым годом, когда уже елку Танюшке поставила, вдруг звонок в дверь. На пороге Егор. Я бросилась к нему с радостью а он сразу: мол, Ксюша, надо развестись, у меня сын родился, хочу быть рядом с ним. Вот так. У меня сразу всё внутри оборвалось… Даже не плакала просто окаменела, согласилась. Предложила Танюшку увидеть а он отказался, говорит, спешу, в другой раз, и ушёл. И больше никогда не появлялся.
Потом Дима начал настойчивее ухаживать, я всё держала дистанцию, но сердце же не камень втянулась, закрутились, чувства полыхали. Вроде даже счастливы были: он мне предлагал выйти замуж. Но я сама себя отрезвила: как на слезах чужой женщины и дочери строить счастье? Всё-таки ушла из больницы, чтобы и себя, и Диму не мучить.
И вот как часто бывает, встретила Василия такого простого, душевного мужчину. У него от первого брака сын остался, у меня Танюшка. Мы познакомились, когда Вася лечился у нас человек-улыбка, обаятельный, с ним рядом сразу тепло и спокойно. Стали жить вместе, и у нас всё ладилось: детей вместе растили, всю быт на двоих. Даже тени секретов не было повезло мне второй раз, честно.
С Васей мы уже тридцать лет вместе прожили, и ни разу не пожалела. Вот так судьба закрутила. А недавно представляешь! Егор вдруг позвонил моей маме и сказал: такой женщины, как Ксюша, больше никогда не встретил.
Знаешь, я тогда только улыбнулась а ведь всё правильно: свою судьбу надо беречь, как зеницу ока, а на чужом горе счастья не построитьТы знаешь, я не стала переспрашивать маму, что он там наговорил зачем ворошить старое. Пусть у каждого будет свой вывод. Я только вечером долго сидела на кухне, смотрела в окно на огоньки во дворе и вдруг поняла: сколько бы ни было вокруг ошибок, слёз, печали, в конце концов главное не то, кто нас любит, а кого мы сами выбираем любить и прощать. Именно так и складывается счастье не по книжке и не как у других, а по-своему, с ошибками и неожиданностями.
Я подошла к Васе, обняла его за плечи он газетку читал с очками на носу, щурится, будто снова двадцать лет и подумала: спасибо жизни за то, что не послушала свой страх быть «надкусанным яблоком». Оказывается, даже у надкусанных яблок самое сладкое внутри.
