Как я опозорила свою свекровь. Наверное, до сих пор вспоминает!
Эта история случилась в начале моей семейной жизни, когда мы с мужем только-только сыграли свадьбу. Могла бы догадаться, что впереди меня ждут приключения не хуже, чем в «Анне Карениной», но на тот момент я особо не напрягалась. Муж мой, Артём Ильич, как был, так и остался идеалом ну, а вот странности проявились у его мамы, моей досточтимой свекрови, Марии Павловны.
Началось всё с самой свадьбы: Мария Павловна ходила по ресторану с видом, будто не на свадьбе сына, а на похоронах любимого кота. После торжества пришлось нам жить у неё не хватало нам тогда ни московских квартир, ни питерских хрущёвок, да что уж говорить, зарплаты наши были на уровне районного библиотекаря. Поэтому и вынуждены были мы квартировать под её родным крышей.
Переступив порог, я столкнулась с такой «искренней» заботой, что даже прослезилась: думала, радуется счастью сына, просто на свадьбе здоровье подвело (я же оптимистка по призванию!). Но за её полуулыбкой скрывалось нечто более опасное пассивная агрессия, смешанная с колкими подковырками. Для пущего эффекта Мария Павловна обожала меня тихо упрекать.
Например, среди ночи начинала драить посуду, которую я мыла вечерами. Однажды, проснувшись в три ночи, спросила, зачем такие подвиги.
Да так, грязная посуда осталась, пришлось перемыть, отвечала она с невинным лицом пионерки.
Вот так я впервые задумалась: «Получается, у меня руки не из того места растут?..»
Но долго принимала эти намёки за мудрые советы бывалой матери, делилась с ней семейными секретами, вроде грозы над головой после неудачной ссоры с мужем.
И тут жизнь распорядился жестоким образом: мой хороший друг, Володя, трудился водителем в конторе свекрови, а уж коллеги там мастера на все руки в сплетнях семейных хроник. Поэтому вскоре о нашей «сладкой семейной» жизни узнали половина Марьиной Рощи если верить слухам, Артём был «бедный и жалкий», а я «злюка», втайне мечтающая о квадратных метрах мамы Артёма.
Эх, тут дошло свекровь мне не союзник, а затаённый конкурент!
Мария Павловна обладала талантом к чистоте, достойным отдельной премии от министерства здравоохранения. Квартира её напоминала операционную клиники имени Боткина: ни крошки на ковре, ни пушинки в ванной. И требовала того же от нас с мужем. Мы с Артёмом старались на славу, но её контроль был круче любого антивируса.
Вот поехала она как-то на две недели в Казань на конференцию, и строго наказала держать дом в кристальной чистоте валенки грязные на порог не ставить, кружки мыть трижды, а пол по шесть раз на день. Ибо малейший мусор вызывал у неё нервный тик и желание срочно вызвать «Скорую помощь».
В её отсутствие мы запланировали себе рай на земле: немного расслабиться, чуть пожить как нормальные люди, а генеральную уборку приберечь к возвращению Марии Павловны. Но она, как истинная стратег, дала нам ложную дату приезда, чтобы застать врасплох и продемонстрировать «беспорядок» подругам. Появиться намеревалась с отрядом боевых подруг и водителем-осведомителем, дабы устроить мне публичный разнос.
Но тут вмешалась судьба Володя, как честной дворянин, донёс мне о коварном плане. Меня аж закипело, и я решила: «Посмотрим, кто кого!» С Артёмом нарядились в бригаду по уборке: окна до блеска, ковёр пылесосили до дыр, в ванной чистота, что хоть щи наливать.
День X настал: Мария Павловна, окружённая тёплой компанией и Володей с лукавой ухмылкой, вернулась внезапно. Дверь открыли как командирские бронепоезда, вошли с видом, что сейчас обнаружат там свинарник.
Каким же было их потрясение, когда квартира блистала чистотой, как кремлёвские палаты к приезду президента! Подруги начали переглядываться, шептаться, а я вся такая спокойная, как Снегурочка на корпоративах, вытираю пот, ставлю тихонько пылесос на место и говорю:
Ну вот, Мария Павловна, откуда у нас такой чистый ковёр?
Свекровь только сопела и морщилась, как будто облизала лимон. Всё обнюхала, всё осмотрела, а я мысленно крепилась: «Ну, пробуй, не найдёшь ни одной соринки!»
В результате мой вычетанный дом стал городской легендой, зато свекровь прослыла слегка комичной на своей работе: все её рассказы перестали слушать, а многие даже прониклись ко мне уважением. Её самооценке был нанесён урон, как будто на распродаже рубашек в «Глории Джинс». С тех пор семнадцать лет прошло! по офису гуляет байка, а Мария Павловна, наверное, до сих пор печалится…
