Да брось ты, Василиса, ну что ты жалеешь пару огурчиков соседу? Всё равно у тебя их столько все не съешь, переспеют, желтые станут, а у меня внучки в гости приехали, им витамины нужны! Не жадничай, мы же тут за одним забором живём, как родные!
Валентина наклонилась через низкую сетку рабицы, что делила наши участки, её круглое лицо растянулось в приторной улыбке. В одной руке миска с уже почти полной чужой клубникой, другой она тянется к моим кустам смородины.
Я, присевший на коленях в морковных грядках и выдёргивавший сорняки, медленно выпрямился. Спина хрустнула, отзываясь усталостью. Протер пот со лба чернозёмной рукой, посмотрел на соседку тяжёлым взглядом. «Свои люди» слышу от Валентины уже который год, с тех пор как мы с женой купили эту дачу и превратили заросший бурьяном угол в образцовый участок.
Валя, спокойно, но твёрдо сказал я. У тебя же своя клубника есть. Я сам видел. Ты почему свою не собираешь?
Да какая у меня клубника?! Мелочь одна, кислая, всю долгоносик извёл! Я не умею, как ты, с удобрениями и подкормками возиться у меня всё естественно, как есть! А у тебя ягода что яблоко! Грех такую красоту не собрать. Всё равно вдвоём живёте с Ирой, вам куда столько, захлебнётесь же.
Я вздохнул. Логика у этой соседки как броня! Для Валентины если у кого-то есть излишек, то делиться просто обязан, а лень другого не повод отказать.
На участке Валентины печаль: кривые яблони в мхе, грядки, давно не видевшие тяпки, сорняк на каждом метре, снежно-белые одуванчики колосятся по забору. Сама Валентина на даче только «отдыхает душой»: валяется в гамаке, жарит дешёвые сардельки на кирпичах и воет «Ретро FM».
А я фанат земледелия. Каждый куст знаю по имени! Заказываю через интернет редкие томаты, вставал с петухами парник проветрить, поздно ложусь, всё полив дорабатываю. Каждая помидорка мой пот, больная спина и ночи без сна в весенние заморозки.
Валя, ставь миску, сказал я. Клубнику собираю на варенье, не хватит иначе.
Ну, пошло! Валентина театрально закатывает глаза. Жадный ты, Иван! Спорить с тобой только нервы трепать. Я только чуть-чуть взяла, детям сладкое. Не вынимай же изо рта у ребятни!
Пока я не дошёл до забора, она схватила ягоду, демонстративно прожевала и, не оборачиваясь, отправилась к себе.
Я остался на грядке, злость кипит, хоть бы Виктору пожаловаться но муж предпочитает стороной держаться женских баталий.
Опять твоя Валюха? подошёл Витя с рубанком.
Она самая, кивнул я. Совсем страх потеряла. В прошлый раз, пока нас не было, кабачки срезала, потом сказала: «Думала, забыли, они же переспевают». А теперь ягодами балует внаглую.
Поставь забор высокий, предлагает Витя. Профнастилом, чтобы и не просочиться!
СНТ велит только сетку, высокий сплошной нельзя чтобы тени не кидал. Да и денег на забор нет, теплицу в этом году купили.
C каждым днём всё острее. Июль жаркий урожай с ума сходит. Помидоры по три кило грозди, огурцы хрустят, перцы жиреют. У меня изобилие у Валентины аппетит.
Однажды, в субботу, у Валентины целое сборище: человек десять, песни, ящики пива. К вечеру, когда я цветы поливал, Валентина сама к забору торопится, уже изрядно навеселе:
Иван! Сосед, выручай! Гости просили закусить принеси помидорчиков своих, «Бычье сердце», да зелени пучок. Магазин далеко, а без салата не весело.
Сидел я с лейкой, слушал.
Валя, помидоры не все уж поспели, а что поспело завтра в Питер дочке повезу.
Да брось! Валя давит на слёзливое. Стоят как фонари, для хороших людей жалко, что ли? Я потом тебе шоколад привезу!
Нет, сказал я, твёрдо.
Валя переменилась в лице улыбка исчезла, глаза злые.
Ну и сиди! Чтоб у тебя все огурцы лопнули! Сосед называется… Чуть что жадить! Тьфу!
Весь вечер с её стороны слышен смех, разговоры: «…питерская знать…», «…за копейку удавятся…», «…у всех свои химикаты…». Хоть в дом не заходи, хоть телевизор включай.
На утро вижу: теплица приоткрыта. Сердце уходит в пятки. Спешу к урожаю.
Что и потребуется доказать: нижние кисти томатов срыты, некоторые ветки переломаны, неразвитые помидоры валяются вперемешку со сломанной ботвой, снова огурцы исчезли, а зелени клочья, укроп и петрушка с корнями выдраны.
Стою, смотрю не просто ворует, а плюёт на мой труд и усилия.
Вить! позвал я хриплым голосом.
Витя, оценив урон, хмурится:
Это, Иван, уже уголовщина. Воровство, статья!
Да, Вить, да кто докажет? Камер нет, скажет, мы сами всё сорвали. Ты её знаешь будет до упора гнать свою линию.
Решил я, пора что-то делать. Поехал в город, в Леруа, закупил: ярко-жёлтый халат, маску-респиратор, опрыскиватель и пищевой краситель синий, плюс самое зловонное дегтярное мыло.
Вечером, когда Валентина с гостями чаи гоняли, я устроил шоу.
Надел халат, маску, резиновые перчатки, Витя в старой куртке и повязке. На глазах соседей, развёл в ведре смесь из воды, синего красителя и полбутылки дегтярного мыла запах тот ещё, вонь на пол-деревни. Наполнил опрыскиватель, жидкость чёрно-синяя, устрашающая.
Вить, держись подальше! гаркнул я в респиратор. Средство жуткое, не дай Бог без защиты близко подойти!
Начал обильно опылять овощи. Синие пятна тут и там будто большевики с химоружием пришли.
Валентина выскочила на оклик:
Иван, что ты творишь? Всё провоняло!
Я грозно ответил:
На форуме читал, напасть жидкая «мозаика вирусная с грибком». Купил экспериментальный препарат «Агро-Яд» всё убивает: жуков, птиц, мышей. И человеку смертельное отравление, если съесть до истечения 21 дня. А так, через три недели, безопасно…
А если дотронуться? голос у неё дрожит.
Если руки кислотой обработаешь поможет, а так риск велик. Даже костюм потом сжигать придётся!
Вернулся к обработке, Валентина белее стены. Потом слышу, орёт гостям:
Остатки салата выбросьте! Там что-то горькое мало ли отрава!
Я улыбнулся под маской: первый этап «Анти-Халява» удался.
Всю неделю Валентина к забору не подходила. Младших гонит: «Не дышите в ту сторону, отрава смертельная!»
Вечером с Витей поливали грядки, смывали краситель с огурцов, тихонько сами их ели и радовались.
Через неделю Валентина не выдержала, спрашивает:
Иван, почему ты сам свои огурцы ешь? Говорил же опасно!
Это покупные, Валя, невозмутимо врал я. Свои все в яду, видишь висят какие!
А помидоры чего не отмылись после дождя?
Несмываемый состав! Говорю ж, нанотехнологии!
Пробубнила ещё что-то про «гадят всю природу» и ушла.
Настоящий финал наступил в августе пора сбора урожая. Синеву дождями смыло, только чуть у плодоножки осталась.
Собирался в город, повесил на калитку амбарный замок, на забор табличку: «Ведётся видеонаблюдение. На участке используются экспериментальные агрохимикаты 3-го класса опасности. Употребление плодов без нейтрализации необратимые последствия для ЖКТ. Администрация СНТ предупреждена. При проникновении вызов полиции».
Камер, конечно, не было, но тест на внушаемость сработал.
Через два дня вернулся Валентина спорит с председателем СНТ Петром Ивановичем:
Пётр Иванович, она нас травит, мои внуки травятся, камеры поставила, кругом химия!
Пётр Иванович увидел меня:
Иван Николаевич, говорят тут у вас незаконная химия и видеонаблюдение…
Нет, Пётр Иванович, табличка для предупреждения, чтобы вредителей двуногих отпугнуть. А если у кого-то болит живот может, не лазить бы по чужим грядкам?
Кто лазил?! Докажи! возмутилась Валентина.
У меня запись есть, спокоен был я. Муляжи снял, настоящие камеры поставил. Сейчас посмотрим вместе!
Это был блеф. Но результат моментальный: Валентина побледнела, до неё дошло камеры могли быть и реально. Позора она опасалась куда больше приказа председателя.
Подавись своими химикатами! Я и сама вырасту! закричала, и хлопнув дверью ушла.
Пётр Иванович усмехнулся:
Иван Николаевич, химия суровая?
Да пищевой краситель, мыло и вода. От тли годится, а от жадных соседей лучшее средство.
Табличку оставьте, подытожил председатель. Для профилактики.
С тех пор началась «холодная война». Валентина, чуть завидев меня, демонстративно отворачивается, рассказывает всем: сосед колдун, отравитель. А мне хорошо урожай и правда весь до последнего съели.
Но удивил следующий сезон. Как-то приезжаем открывать дачу у Валентины кипит работа. Копает грядки, рассаду свою, хоть хилую, но свою, из какого-то рынка тащит.
Я подошёл к забору, она сразу с лопатой в руке:
Что, проверять пришёл?
Бог в помощь, Валя. Глубоко не копай там глина, лучше песочку добавить.
И без советчиков обойдусь! сопит. Сама вырасту, своё, без химии.
И правильно, поддержал я. Своё всегда вкуснее.
К середине лета у Валентины появились первые, пусть косые, но свои огурцы и помидорчики. Ходит, гордится, соседских детей гоняет:
А ну вон! Тут не стадион, а грядка, тут труд вложен!
Я с Витей только посмеиваюсь:
Видишь, Вить, уму-разуму и огород научит. Забор не всегда выход. Главное уважать чужой труд.
Осенью Валентина сама подошла:
Вот, буркнула, протягивая банку с огурчиками, пробуй. По рецепту из «Крестьянки».
Я взял банку бережно:
Спасибо. А тебе я «Бычьего сердца» на семена дам. В феврале сажать объясню.
Ну, если не жалко, промямлила Валентина.
Для тех, кто сам старается не жалко, сказал я.
Мы постояли у забора. Табличку давно дождём смыло, граница осталась только в памяти. Бывает, уважаешь соседа не по обязанности, а по заслугам.
В тот год я закрыл рекордное количество банок томатов. Всё по заслугам.
Если мой рассказ зацепил, подписывайтесь и расскажите как у вас с дачными соседями?
