Какой же это был удар прийти в больницу навестить подругу и застать своего мужа, ухаживающего за ней. Я тут же вывела свои средства и заблокировала их обоих.
МУЖ ЗАВЕРЯЛ, ЧТО ЕДЕТ В «КОМАНДИРОВКУ», НО В БОЛЬНИЦЕ Я УСЛЫШАЛ ЕГО ГОЛОС ИЗ ПРИПРИТОРОПЛЕННОЙ ДВЕРИ СПОКОЙНО ПЛАНИРУЮЩЕГО МОЁ УНИЧТОЖЕНИЕ
Тем утром я поправил галстук мужа Артёма и поцеловал его на прощание под хрустальным светом в нашем доме в престижном районе Печерска, уверенный, что живу почти как во сне. Он уверял меня едет на срочную встречу в Харьков, чтобы доказать моему отцу, что способен сделать карьеру без помощи моего семейного капитала. Я верил ему без сомнений.
Я Дмитрий, наследник, тихо оплачивающий его дорогие костюмы, машину и проекты, которые он называл «своими». Я полностью ему доверял.
Позже в тот день я решил съездить в Днепр и навестить мою лучшую подругу Оксану, которая пожаловалась на тяжёлую болезнь якобы тиф и сообщила, что лежит в больнице.
Когда я приехал в частную больницу и остановился у палаты 305 с корзиной фруктов, время будто замедлилось. Дверь была чуть приоткрыта. Но я не услышал стонов боли только смех.
И тогда услышал это.
Голос моего мужа.
«Открывай рот, солнышко. Сейчас самолётик прилетит».
Меня охватил холод. Артём должен был быть на пути в Харьков, за сотни километров отсюда. Сердце бешено стучало, я приблизился и заглянул через щёлку.
Оксана не была больна. Она выглядела прекрасно расслабленно лежала на белоснежных простынях, а Артём сидел рядом, кормя её фруктами с заботливостью настоящего мужчины.
Но предательство было куда серьёзнее обычной измены.
Оксана жаловалась тихо на необходимость скрываться и невнимательно гладмила живот. Она была беременна. Артём смеялся и наконец сбросил маску. Холодно и спокойно он раскрыл свой план.
«Терпи. Я потихоньку перевожу деньги из компании Дмитрия на свои счета. Когда соберём достаточно для нашей квартиры, выгоню его. Он слишком доверчив думает, я верный. На деле он просто мой банкомат».
Что-то внутри меня сломалось.
С того момента доверчивый, мягкий Дмитрий исчез.
Я не стал кричать, не стал выяснять отношения.
Я вытащил телефон и записал всё каждое слово, каждое движение, каждый откровенный разговор о мошенничестве и предательстве.
Потом я ушёл.
Вытер слёзы, позвонил начальнику службы безопасности и сказал с ледяной спокойствием:
«Сергей. Заблокируй все счета Артёма. Отключи его карты. Уведоми юристов. И завтра очисти квартиру, где живёт его любовница».
Артём считал, что играет со мной.
Но он не понял, что только что объявил войну не тому человеку.
Тем утром Киев был непривычно серым, а на душе у меня было почему-то хорошо. Я Дмитрий, занят тем, что помогаю мужу Артёму справиться с галстуком перед огромным зеркалом в нашей спальне. Наш дом в Печерске был свидетелем пяти лет того, что я считал счастьем. Конечно, это было заблуждением до того самого дня.
Может, я соберу тебе что-то перекусить в дорогу? спросил я тихо, похлопав Артёма по широкому плечу. До Харькова далеко.
Артём улыбнулся той самой улыбкой, что всегда отзывалась в душе спокойствием. Он поцеловал меня в лоб и сказал:
Нет, дорогой. Я спешу. Клиент из Харькова хочет срочную встречу. Для меня этот проект важен. Хочу доказать твоему отцу, что всё могу сам, без вашей фамилии.
Я кивнул, гордясь им. Артём «трудолюбивый» муж. Хотя в действительности бизнес, Toyota Land Cruiser, костюмы по индивидуальному пошиву всё это куплено на мои деньги, на дивиденды компании, которую я получил в наследство и теперь возглавляю. Но никогда не указывал на это. Ведь в браке всё общее, правда?
Береги себя, сказал я. Напиши, когда будешь в гостинице.
Артём согласился, взял ключи и вышел. Я смотрел, как он исчезает за массивной дубовой дверью, чувствуя смутную тревогу. Предчувствие, которое я отогнал. Может, просто радость несколько дней в доме будет тишина.
После обеда, после нескольких деловых встреч, я снова подумал о Оксане подруге с института, которая накануне написала, что её положили с острым тифом в больницу Днепра. Оксана жила одна, в городе далёком от дома. Я всегда старался помочь ей дом, в котором она жила, принадлежит мне, и я позволил жить бесплатно.
Бедная Оксана, пробормотал я. Наверняка ей тяжело одной.
Я посмотрел на часы два. На удивление, вечер свободен. Почему бы не заехать, порадовать её любимым борщом и корзиной свежих фруктов?
Я хотел вызвать водителя Виталия, но вспомнил, что он на больничном. Поехал сам, на своём красном Mercedes, представляя, как Оксана обрадуется. Вечером собирался рассказать Артёму о своей заботе слышать, как он хвалит меня.
К пяти я добрался до парковки элитной частной больницы в Днепре. Оксана была в VIP палате 305. Это удивило у неё нет работы, откуда деньги на такую палату? Но я быстро успокоил себя может, накопления, а если нет покрою расходы сам.
С корзиной фруктов я шёл по коридорам с запахом антисептика; всё было дорого и аккуратно. По мрамору шаги гулко отдавались. Сердце билось не тревожно я спешил увидеть подругу.
Лифт остановился на третьем этаже. Палата 305 была в конце тихого коридора, немного в стороне. Подойдя, заметил дверь не закрыта до конца.
Я поднял руку, чтобы постучать и застыл.
Из палаты доносился смех.
И мужской голос тёплый, шуточный, слишком знакомый.
Открой рот, дорогая. Самолётик летит
У меня оборвалось дыхание. Этот голос утром целовал мой лоб. Этот голос обещал Харьков.
Нет, не может быть.
Потрясённый, я приблизился к щёлке и задержал дыхание, заглядывая внутрь.
То, что я увидел, было как удар молотком.
Оксана сидела на кровати здоровая, красивая, в шёлковых пижамах, а не в больничном халате. Рядом, терпеливо кормя её яблоком, был Артём.
Мой муж.
Глаза у него были мягкие, нежные такие, какими он смотрел на меня в первые месяцы брака.
Моя жена избалована, сказал Артём, вытирая уголок губ Оксаны.
Моя жена.
У меня закружилась голова, пришлось опереться о стену, чтобы не упасть.
Оксана жалобно, интимно прошептала, как яд:
Когда скажешь Дмитрию? Я устала скрываться. А теперь и ребёнок ему давно пора узнать.
Ребёнок.
Их ребёнок.
Как молния в груди.
Артём отложил тарелку, взял Оксану за руки, поцеловал пальцы будто она принцесса.
Терпи. Если сейчас развожусь с Дмитрием потеряю всё. Он умный всё оформлено на него. Машина, часы, капитал для проектов все деньги его. Он усмехнулся, словно восхищаясь моей полезностью. Но не волнуйся, мы с тобой тайно женаты уже два года.
Оксана надула губы:
Так и будешь паразитом? Ты ведь хвастался гордостью
Артём засмеялся спокойно, уверенно.
Конечно, горжусь. Нам нужно больше денег. Я потихоньку вывожу деньги с его фирмы на перерасходы, фиктивные проекты. Подожди. Когда накопим на квартиру и бизнес, я выгоню его. Надоело притворяться. Он властный. Ты лучше ты покорная.
Оксана хихикнула.
Дом в Днепре надёжен? Дмитрий его не заберёт?
Надёжен, отвечал Артём. Документы пока не на моё имя, но Дмитрий наивен. Думает, там никто не живёт. Не знает, что «бедная подруга», которой он помогает, настоящая королева в его доме.
Они смеялись легко, беспощадно.
Руки мои сжались так сильно, что корзина воткнулась в кожу. Хотелось ворваться, разбить дверь, вырвать её волосы, бить мужа, чтобы он забыл, как лгать.
Но в голове знакомый совет зазвучал сквозь ярость:
Если враг атакует, не бейся на эмоциях. Действуй неожиданно уничтожь фундамент, и рухнет вся постройка.
Дрожащей рукой я достал телефон, выключил звук и включил видеозапись. Осторожно навёл объектив в щёлку.
Я записал всё.
Артём целует живот Оксаны. Их «тайная свадьба». Признания в краже денег и предательстве. Их смех над моей добротой. Всё четко и беспощадно.
Пять минут, будто пять жизней.
Потом я медленно отошёл и ушёл, сдерживая рыдания, жмущее горло. В пустой комнате ожидания сел, глядя на видео.
Слёзы текли недолго.
Смахнул их ладонью.
Плакать не для отбросов.
Всё это время прошептал я, голос дрожал, когда любовь превратилась в ледяную ненависть. Я спал со змеёй.
Оксана, которую считал сестрой, оказалась паразитом с улыбкой. Я вспомнил её притворные слёзы, якобы голод, как давал ей дополнительную карту, как Артём «задерживался на работе» на самом деле был в моём доме, с той самой женщиной.
Боль превратилась в лед.
Я открыл банковское приложение. Я владел всеми счетами даже тем, которые «вел» Артём. Быстро действовал.
Проверил баланс.
1 250 000 гривен должно было быть инвестировано в проект.
Посмотрел траты.
Переводы в бутики. Ювелирные магазины. Гинекологическую клинику в Днепре.
Наслаждайтесь вашим смехом, прошипел я. Пока ещё можете.
Я не собирался устраивать сцену в палате. Это слишком просто слёзы, жалость, извинения, дешёвая драма.
Нет.
Мне нужно было наказание, соответствующее предательству.
Я встал, выпрямил пиджак и посмотрел на дверь палаты 305 как на мишень.
Наслаждайтесь медовым месяцем в больнице, произнёс я. Завтра начнётся ваш ад.
Выйдя к машине, даже не завел мотор позвонил Сергею, моему надежному начальнику ИТ и безопасности.
Сергей, начал я холодным голосом, который мне был не знаком.
Дмитрий Николаевич? Всё в порядке?
Никогда такого не было, но сейчас нужна твоя помощь. Срочно. Полная конфиденциальность.
Конечно.
Во-первых: заблокировать платиновую карту Артёма. Во-вторых: заморозить его счёт объявить внеплановую проверку. В-третьих: подготовить юристов к возврату имущества.
Ни слова лишнего Сергей умён, не спрашивал причины.
Когда выполнять?
Сейчас. Немедленно. Пусть уведомление придёт, как только он попробует что-то купить.
Понял.
И ещё, добавил я. Найди лучшего слесаря и пару крепких охранников. Завтра утром идём в дом в Днепре.
Как скажете, Дмитрий Николаевич.
Я завершил звонок, завёл машину и взглянул в зеркало.
Тот Дмитрий, который плакал в коридоре, исчез.
Остался только я руководитель, который понял цену милосердия.
Телефон завибрировал сообщение с Viber от Артёма:
«Любимый, приехал в Харьков. Устал. Ложусь спать. Целую. Люблю тебя».
Я засмеялся тихо, резко, с горькой насмешкой.
Ответил спокойно:
«Спокойной ночи, дорогой. Пусть тебе снятся хорошие сны ведь завтра реальность будет неожиданной. Я тоже люблю тебя».
Отправил.
И когда экран погас, уголки губ скривились в решительную улыбку.
Игра только началась.
