ПРЕДЧУВСТВИЕ БЕДЫ
Анастасия проснулась посреди ночи и больше не смогла сомкнуть глаз до самого утра. То ли дурной сон приснился, то ли какие-то неясные тревожные мысли крутились в голове, но спалить не оставляли ни на минуту. На душе так тяжело стало, что слёзы сами полились по щекам. Откуда всё это Настя понять не могла, только ощущала, как грудь сжимает ледяной рукой. И вот налетело на неё это необъяснимое чувство надвигающейся беды с такой силой, что дышать стало трудно.
Настя посмотрела на спящего в своей кроватке маленького сынка. Маленький Семён улыбался во сне и забавно причмокивал губами. Настя поправила ему одеяльце, прошептала что-то ласковое сквозь слёзы и тихонько направилась на кухню. За окошком чёрная, кромешная ночь хоть глаз выколи.
Настюша, ты опять не спишь? вдруг послышался за спиной сиплый голос Аркадия.
Снова эта бессонница! устало вздохнула Настя, не понимаю, что со мной происходит, Аркаша.
Это, поди, та самая послеродовая депрессия у тебя, попытался пошутить муж, с трудом открывая глаза.
Да ну, какая депрессия, Семёну уже почти полгода, а тут вдруг накатило, как снег на голову
Женские штуки! развёл руками Аркадий, Гормоны шалят. Главное не гони волну, всё обязательно пройдет.
А мне по-настоящему страшно, Аркадий Настя уткнулась в широкие плечи мужа.
Всё будет по-человечески! твёрдо обнял её за плечи Аркадий.
Прошло три недели, и вот Настю вызывают на приём к участковому педиатру. Перед этим с Семёном прошли все плановые медкомиссии малышу стукнуло полгода. Кровь сдали, всех врачей обежали. Когда позвонила сестра из поликлиники, Настя сразу похолодела.
Что произошло? выдохнула она в трубку.
Настя Сергеевна, не нервничайте, пусть доктор всё сам объяснит, уговаривала медсестра.
Очередь как обычно длинная, терпения ни у кого нет, а Настю трясёт ещё сильнее. Когда наконец зашли, Настя еле держалась.
Присаживайтесь, страдальчески вздохнула врач, Анастасия Сергеевна, есть пара тревожных моментов. Нужны дополнительные анализы.
Что не так? Настя почувствовала, как земля уходит из-под ног.
У Семёна плохие показатели крови. Лейкоцитов выше крыши, остальное тоже настораживает. Кровь придётся пересдать, и лучше в специализированном центре.
Где это? еле прошептала Настя.
В областном онкогематологическом центре, ответила доктор.
Как дошла Настя до дома, вообще не помнит. Аркадий уже встретил её у двери, в глазах страх.
Настюша, что такое?!
Настя ничего не замечала, только всхлипывала:
Нас направляют в онкоцентр выдавила она.
Ну ведь это просто обследование, мало ли что, может, зря панику поднимаем! старался утешить муж.
А мне кажется, так просто не отделаемся, сказала она уныло, я чувствовала, что что-то не так, вот только что не понимала.
Настя крепко обняла сынишку и зарыдала. А Семён перевернулся во сне и еще по-богатырски захрапел.
Дальше всё завертелось, как в дурном сне. Острый лейкоз, постановил старенький профессор, дюжину лет кровушки изучавший. Начинаем лечение срочно.
Настя рыдала навзрыд. На химиотерапию её не пустили: Семён в реанимации, а маме можно только сидеть за дверью и ломать ногти.
Домой идите, не истязайте себя, уговаривала строгая медсестра, сегодня всё равно к ребёнку не попадёте.
Какой там домой! Что я там буду делать одна?!
Настя и Аркадий женаты восемь лет. Долгожданная беременность пришла аж только на восьмой год! По врачам обегались, гормоны проверили всё идеально, а чуда всё нет. Беременность Настюша выстрадала, на ручках Аркадий её носил, пакеты и то брать не велел «женщина в положении должна быть, как хранительница очага». Последний месяц Настя полежала в больнице так врач сказала, мол, опасность преждевременных. Но всё обошлось родился у них Семён, в честь отца Аркадия, который погиб при ужасных обстоятельствах несколько лет назад.
Бабушка, как услышала имя, всплеснула руками:
Нельзя детей называть именами тех, кто так трагически ушёл! наставляла она.
Бабуль, не надо суеверий! смеялась Настя.
…Сидит Настя возле кроватки Семён за месяц исхудал, стал бледным, круги под глазами, улыбается всё реже. Слёзы высохли не осталось даже сил их вытирать. Палата стерильная, Аркадий на дежурствах сменяет жену, но пустота всё равно тяготеет. Настюша выла под дверью реанимации, пока не вломилась к главврачу, и тот пустил её к сыну, махнув рукой «делайте, что знаете».
Этим заниматься у нас не умеют, накатил доктор Геннадий Васильевич, такие операции только в Израиле проводят. Но это стоит безумные деньги.
Мы всё найдём. Только подготовьте нужные бумаги! отрезала Настя.
Выписки отправили в израильскую клинику. Ответ пришёл быстро: берём, но сумма закатная больше 20 миллионов рублей!
Настя, даже если продадим квартиру и машину и четверти не наберём, вздохнул Аркадий, я уже повесил объявление, но столько быстро не достанешь.
Нам нельзя терять время! всхлипывала Настя, придумаем что-нибудь.
Деньги собирали всем миром: коллеги, благотворительный фонд, магазины, соседи. Администрация перечислила немного, волонтёры помогли, но и то едва половину наскребли. А время идёт, ждать больше нельзя.
Настюша, собирайся с Семёном лететь, устало сказал Аркадий, я буду по мере поступления переводить, может, и квартиру купят.
Настя с сыном отправилась в Израиль, денег хватило только на старт. Начались процедуры, анализы. Старалась не думать, где взять остаток. Молилась про себя, чтобы случилось чудо. Через месяц у Семёна день рождения годик!
В соседней палате ещё одна русская мама, Светлана, с сыном Игнатом, ему три года. Их случай тяжёлый деньги собрали, операцию ждали долго, лейкоз нашли поздно, болезнь всё ускользала Парня уже не раз откладывали в реанимацию, операция откладывается снова и снова.
Не плачь, Настёна! уговаривала Светлана. Всё наладится, вот погоняешь ещё Семёна в цирк, да в зоопарк в Красноярске. Мы с Игнатом были так он от бурых медведей глаз не мог оторвать! Жаль, что сразу не поняла, что беда. В зоопарке кровь у мальца пошла, а я не развила тревогу, потом всё хуже Эх!
Света, держись, всё образуется! Ещё всем вместе в ваш зоопарк схлопаемся! теперь уже Настя поддерживала подругу.
Я ведь видела, что что-то не так! Игнат худел, бледнел, не ел, а я думала, просто устал. Мать ругалась: «В больницу иди!» Я не хотела верить… Вот и дождалась, рыдала Светлана.
А через несколько дней Игнату стало хуже, его срочно забрали в реанимацию. Светлану туда, разумеется, не пустили. Она сидела в коридоре и выла на всю клинику.
Свет, пойдем, приляжешь уговаривала Настя.
Нет! Я должна быть здесь. Игнат знает, что мама тут ему легче, упрямо повторяла та.
Сил не осталось, укололи успокоительное и погрузилась Светлана в какое-то оцепенение. Только и ждёт.
Вечером звонил Аркадий.
Настюша, я тут только сто тысяч смог отправить, больше пока нет. Квартиру посмотрела пара, обещали подумать…
Ладно, шепчет Настя, а ты
Тут из коридора раздался страшный крик. Телефон выпал из рук, Семён проснулся и захныкал. Настя кинулась в коридор всё стало ясно. Светлана рыдала, оседая на колени, вокруг нее суетились медсёстры, надрывались: воды, укол… А у самой в глазах ни капли жизни. Настя покрепче прижала её.
Света, держись, ради Игната, ради себя
А зачем мне жить?! Сына нет! Я же виновата ломалась в истерике Светлана.
Настя дождалась, когда Свету увели в палату.
Пусть пока поспит, у неё своё горе, устало кивнул дежурный врач.
В ту ночь Настя не сомкнула глаз ни на минуту. Просто сидела у кроватки и смотрела впрок.
На следующее утро Светлана зашла к ней будто на десять лет постарела за ночь. Глаза потухшие, но слёз больше нет.
Пусть у вас всё получится, пользуйтесь шансом! Мне теперь только похороны, девятый, сороковой, памятник поставить а потом она передала Насте слегка помятый конверт. Почитай, когда уйду.
Когда Настя осталась одна, распечатала записку:
«Дорогая Настя! Я очень хочу, чтобы Семён жил как и для моего Игната. Пусть он радуется, взрослеет, катается на лыжах и гоняет мяч. А ещё сходите с ним в наш красноярский зоопарк и передайте привет большому медведю! В конверте остаток денег, они нам уже не пригодятся. Пусть хоть вам помогут!»
Настя рыдала и от счастья, и от боли.
Аркадий, не продавай квартиру! Теперь нам будет куда вернуться!
Откуда у нас деньги? спросил в растерянности он.
Есть! Всё будет хорошо!
На следующий день, после первого дня рождения Семёна, операция состоялась. Настя, как и Светлана до неё, пережидала под реанимацией. Только на этот раз прогноз врачи давали обнадеживающий. Через некоторое время сыну разрешили посещения, ещё через неделю перевели их в одну палату. Предстоял карантин, потом долгие месяцы восстановления но это уже пустяки. Главное чудо сбылось.
Семён постепенно оживал: по чуть-чуть ел, вновь стал улыбаться, даже лепетать. Настя расплакалась, когда сынишка впервые внятно произнёс: «мама».
Медеь! показывал пальцем малыш на огромного лохматого мишку в зоопарке.
Не «медеь», а медведь! хохотала Настя.
Они гуляли по тому самому зоопарку, передавали привет «от Игната», а Семён ел мороженое и забирался на плечи Аркадию. Жизнь вернулась, тревоги отошли в прошлое. Иногда ночью Настя всё равно подходила к кроватке, слушала негромкое дыхание сыночка И с облегчением укрывала его потеплее: впереди у них ещё целая жизнь за себя и того мальчика, который подарил Семёну этот шанс на счастье.
