Когда мне было двадцать три года, я работал официантом в известном кафе в центре Киева. Это место постоянно гудело недорогие блюда, громкая музыка, длинные очереди на обед. У меня не было никакого договора, не было страховки, вообще ничего. Зарплату мне выдавали каждый день, если появлялся на смене. Прогул не получил ничего. Заболел никому нет дела. Но я всегда приходил первым и уходил последним. Знал заказы наизусть, терпел грубых посетителей, убирал столы голодным и усталым, но деньги были нужны отчаянно.
В день, когда узнал, что у меня будет ребенок, меня охватила паника. Я боялся не малыша, а работы. Все же решил не скрывать зашел в кабинет управляющей, закрыл за собой дверь и сказал:
Я скоро стану отцом, но хочу работать дальше.
Она даже не поздоровалась. Холодно посмотрела и ответила:
Нам не детсад тут нужен. Отец будет постоянно отвлекаться, болеть, просить поблажки. Мне нужны эффективные сотрудники.
Я попытался объяснить, что чувствую себя хорошо, готов подстроиться под расписание и очень нуждаюсь в работе. Она перебила меня, не дав договорить:
Сдай мне сегодня униформу и больше не выходи.
Эту смену доработал, плача в туалете. Вышел через черный выход, держа в руках униформу и пакет с личными вещами. Никто не попрощался, никто не спросил, что случилось. Дома я просто сел на кровать и впервые в жизни почувствовал настоящий страх как я обеспечу ребенка?
Следующие месяцы были самыми тяжелыми. Я убирал чужие квартиры, продавал варенье и пирожки у метро, разносил сладости по офисам. Оставался один. Бывали ночи, когда засыпал сидя, держа ребенка на руках, потому что коляски не было.
Тогда я начал серьезно готовить соседка заказала обед для мужа, потом другая попросила ланч для небольшой фирмы. Начал с пяти обедов в день, потом десять, потом двадцать.
Через время я арендовал маленькое помещение с плитой, двумя столами и старым холодильником. Назвал его своим именем «Артём». Стал продавать завтраки, обеды, закуски, десерты. Открывался в шесть утра, закрывался в семь вечера. Работы хватало. Сын рос рядом, наблюдая, как я трудился. В три года он уже подавал стаканы и помогал считать гривны. Потом я нанял помощницу. Потом ещё одну.
Сейчас у меня небольшой кейтеринговый бизнес обслуживаю корпоративные завтраки, делаю обеды по заказу и простой кейтеринг на дни рождения и встречи. Я не богат, но живу без страха. Оплачиваю аренду, школу сына, коммунальные и даже сумел купить своё оборудование.
Пять лет спустя в моё кафе зашла женщина и спросила, кто хозяин. Я поднял глаза и узнал её бывшая начальница, та самая, что уволила меня, когда я ждал ребёнка. Я изменился: стал худее, одевался проще. Она удивлённо посмотрела и спросила:
Ты владелец?
Я ответил:
Да.
Она села напротив, смущённая. Рассказала, что тот ресторан давно закрылся, дела пошли плохо, что сменяла работы и нигде не задержалась. Посмотрела мне в глаза и с трудом произнесла:
Мне нужна работа. Мне тяжело. Мы расстались плохо, но я прошу дать мне шанс.
Я несколько секунд молчал, потом спросил:
Помните тот день, когда вы выгнали меня из-за того, что я ждал ребёнка?
Она опустила глаза. Сказала: «Да». Призналась, что тогда думала только о бизнесе, совсем не о людях. Я сказал ей, что тогда она оставила меня ни с чем со страхом и животом, без объяснений и надежды. Шанса она не дала.
Она попросила прощения. Не плакала, но голос дрожал. Сказала, что жизнь её научила, что теперь она многое понимает. Я глубоко вдохнул и ответил, что не держу зла, но теперь веду бизнес иначе. Всем своим сотрудникам обеспечиваю расписание, уважение и достойное отношение. Я знаю, каково работать голодным.
В итоге предложил ей испытательный день, но только на моих условиях пунктуальность, уважение, никакого унижения. Она согласилась. Вышла с мокрыми глазами.
Я остался за стойкой и смотрел на свою кухню, на столы, на кастрюли и путь, что прошел сюда.
Я не почувствовал мести. Я понял, что не из тех, кто исцеляет боль, причиняя другим боль.
