А ты салфетки куда положила, Витя? привычно бурчала Марина Петровна, нарезая лимон тонкими прозрачными кругляшками: Я же просила взять те, что с серебристым узором, они лучше к скатерти подходят.
Большинство вечеров перед Новым годом её муж уже давно бы уселся перед телевизором в ожидании голубого огонька. Но сегодня Виктора всё ещё не было дома. Марина говорила почти в пустоту это уже привычка. До наступления полуночи, до боя курантов, оставалось часа три. В духовке румянилась утка с антоновскими яблочками тот самый рецепт, который в их роду передавался от бабушки к маме, теперь вот ей. В квартире сияющая чистота, огоньки на ёлке, всё по полочкам, и в душе то особенное предновогоднее трепетание, которое не угасает даже когда тебе за пятьдесят.
Руки вытерла о полотенце, посмотрела на часы Витя уже с полчаса как должен быть. Говорил: заедет в офис заберёт подарок для неё, мол, забыл Марина улыбнулась: опять что-то замыслит, старался же. В этом году серебряная свадьба, двадцать пять лет вместе, решили встречать Новый год вдвоём, без гостей и детей, которые в своих семьях давно.
И вдруг хлоп, щёлкнул замок! Марина мигом поправила причёску, сняла фартук, осталась в любимом бардовом платье. Спешит встречать и застывает в коридоре.
Витенька, ну где ж ты был, у меня утка почти…
Но замерла: в дверях Виктор и не один. Рядом с ним девушка, молоденькая, наглаженная, в яркой рыжей шубке из норки, с копной рыжих, распущенных волос, красной помадой, с коробкой мандаринов. Виктор виновато и суетливо улыбается, держит шампанское.
Маришка, встречай гостей! звонко, слишком уж бодро объявляет он. Познакомься, это Лидочка! Лидия Игоревна наш новый гл. бухгалтер.
Марина почувствовала всё внутри похолодело. Она переводила взгляд с Виктора на незваную гостью, стараясь подобрать слова.
Здравствуйте, выдавила наконец. Мы мы разве ждали гостей?
Лида ни капли не смутилась. Подлетела, руку протягивает в кожаной перчаточке:
Ой, Марина Петровна, добрый вечер! Вы не представляете, какая драма: прямо кино какое-то! Витя меня спас уж не знаю, что бы делала, на улице бы ночевала. Квартиру мою затопило, трубы прорвало, света нет! А мастер придёт через неделю, я одна, родных нет Вот Виктор Анатольевич меня и пригласил к вам!
Витя, как мальчик, скидывает ботинки и ни разу не глянул на Марину.
Ну Маруся, ну пойми дело такое Зашёл в кабинет, а Лида сидит, в слёзы. Куда человеку деваться в ночь на Новый год? На вокзал? Ты у меня добрая, не выгонишь. Давай, пусть с нами встретит, веселее же будет! Я потом ей такси вызову, отвезём в гостиницу. Ну или устроим на диванчике в зале…
Марина слушает и внутри всё рушится: двадцать пять лет мечтали о тёплом семейном празднике, а тут девочка в норковой шубке. Но привычка брать себя в руки пересилила.
Проходите, сухо сказала. Раз уж пришли.
Лида прошествовала, наполнила всю квартиру тяжёлым духом парфюма, который заглушил запах утки с яблоками.
Ух, как у вас мило! весело оглядела комнату всё в ретро-стиле, прямо музей советского быта. У бабушки в деревне такой же сервант был, атмосфера супер!
Марина стиснула челюсть. Сервант, между прочим, итальянский, и стоил целое состояние! Только объяснять это Лиде смысла нет.
Витя, помоги раздеться Лидии Игоревне, бросила, и ушла на кухню. Нужно перевести дух. Руки дрожали еле-еле нарезала огурцы.
Витя через минуту врывается на кухню, виновато шепчет:
Марин, ну не дуйся, а? Действительно ей некуда Ну что, нам жалко что ли? Это же Новый год. Она присядет, поест, потом уйдёт. Ну не смущай при ней, пожалуйста! А то потом на работе всем расскажет, что выгнал прям в пургу. Мне с ней ещё до пенсии работать…
Марина смотрит: не узнаёт мужа. В ком тот самый надёжный, заботливый мужчина? Тут перед нею озабоченный начальник отдела, пытающийся произвести впечатление на молодую красивую сотрудницу.
Пусть сидит, цедит сквозь зубы. Только если ещё раз про музей упрекнёт
Да-да, обещаю, не скажет такого! тут же оживился Витя, но к поцелуям Марина не подпустила «Сервируй стол для троих», отрезала она.
Ужин начался в вязкой и гнетущей атмосфере. Лида к тому времени освободилась от шубки и оказалась в облегающем синем платье с вырезом будто собралась не на домашний ужин, а на ночную вечеринку. Села за стол, ножку на ногу, фужер крутит.
Витя, открой шампанское сейчас? Старый год проводить надо! томно глядит на него.
Марина чуть не уронила салатницу, замешкалась:
Шампанское у нас только под бой курантов. А сейчас морс клюквенный, домашний.
Лида поморщилась:
Морс Ну, я сладкое вообще не люблю. Фигуру берегу! А сухое вино, брют может? Полусладкое ведь это для пенсионеров, говорят.
Виктор заметался:
Сейчас в барчике гляну, может коньяк найдём! Будешь коньяк, Лидочка?
Чуть-чуть, согреться. У вас свежо Наверное, экономите на отоплении?
Марина напротив этой парочки, чувствует себя чужой на собственной кухне. Виктор суетится, Лиде и икры положит, и шутит всё вокруг новой звезды.
А вы, Марина, где трудитесь? вдруг Лида повернулась к хозяйке, хлебая бутерброд.
Я технолог на кондитерской фабрике, спокойно отвечает Марина.
Вот как! приподняла брови Лида. По виду такая домашняя, прямо хозяйка. Супы, борщи, муж прихода ждёт Витя говорил, чудеса кулинарии, но говорит, что иногда и поговорить особо не о чем быт заел, зато пироги вкусные.
Наступила тишина. Только телек бубнит на фоне. Витя покраснел, начал задыхаться от неловкости.
Я не так говорил! пытался оправдываться. Лидочка, ты что-то напутала…
Марина медленно положила вилку. Внутри что-то оборвалось тонкая нить терпения лопнула окончательно.
Так, Лидия, продолжайте, очень интересно: что ещё Витя успел рассказать?
Лида, почувствовав неладное, попыталась перевести разговор:
Да ну что вы! Мужчины все такие им драйва всегда мало. Виктор Игоревич у нас на корпоративе ламбаду танцевал, весь отдел в восторге. Он и говорил мол, дома не потанцуешь, жена устает, ноги болят.
Марина смотрит на свои ноги под столом не болят они у неё вообще-то. Только когда третий день крутится у плиты и всё для семьи.
Виктор, кажется, понял пахнет бедой.
Давайте выпьем! выкрикнул вдруг, как спасительную идею. За мир во всём мире!
Нет, погоди, Марина холодно сверлила Лиду взглядом. А у вас что с трубами, напомните?
А? замялась Лида. Ну, да! Прорвало, вода рекой! Я Вите то есть Виктору Анатольевичу только и могла звонить: единственный надёжный мужчина! Не то что бывший.
Странно. У нас минус пятнадцать на улице. Если бы кипяток лился и электричество выключили вы бы сюда даже не дошли с такой укладкой, а пахли бы сыростью и мазутом, а не салоном красоты и чужим парфюмом.
Лида аж вспыхнула, брониться хотела.
Я гостья всё-таки!
Витя вжался в стул.
Мариш может, Лида сейчас уйдёт и всё, только не ругайся
Марина встала из-за стола, подошла к окну, отдёрнула штору: на улице петарды хлопают, снег летит.
Знаете что, концерт окончен. Лидия Игоревна, собирайте вещи и уходите.
Та рот открыла, собралась возмущаться, но, встретив взгляд Марины, осеклась.
Витя! Ты же не дашь меня выгнать?! пищит последней надеждой.
Витя, надутый, а может, от коньяка разгорячённый, хлопает по столу:
Марина! Прекрати! Тоже мой дом! Я гостя пригласил Лида останется.
Ага. И кто я после этого? Марина спокойно, без слёз: Мегера? Пусть будет так.
Она достала дорожную сумку, вывалила конфеты на пол, кинула сумку Вите:
Хочешь праздник с «гостем», вот тебе независимость. Только квартира мамино наследство, и я заявление на развод и выписку подам первого числа, как МФЦ откроются. А сейчас оба на выход.
Ты что, серьёзно? побледнел Витя. Куда идти-то ночью?!
Вот и иди туда, где драйв. Домой к Лиде у неё там же весело: потоп, трубы, романтика. А здесь скука, музей.
Марина! Прости! Ну глупость совершил! Ну останься Лида уйдёт! заканючил он.
Марина посмотрела с брезгливостью: пару минут назад был готов гостью грудью защищать а теперь бросает.
Нет, Витя. Ваш салат Оливье протух вместе с нашими отношениями. Пять минут на сборы.
Лида, видя что вечер закончился, сунула мандарины в сумку и ушла, хлопнув дверью:
Психичка! Витя, такси сама вызову!
Шлейф духов и тяжёлого осадка остался после неё в коридоре.
Витя с пустой сумкой и жалобным лицом:
Мариша ну прости, ну не прав был Утка остывает…
Марина подошла к духовке, вынула противень пахнет яблоком и корицей. Но, вместо радости, внутри пустота.
Забудем? Ты привёл чужую девушку в наш дом накануне серебряной свадьбы, обсуждал меня за глаза, позволил унижать в моей кухне
Взяла блюдо с уткой тяжёлое, любимое керамическое.
Витя, уходи. Не выйдешь вызову участкового. Ты и так нынче навеселе.
Он помялся, ушёл собираться по квартире разносится хлопанье дверей и шуршание одежды, через пару минут появляется в спешке, пуховик нараспашку, рубашка торчит из сумки:
Ещё пожалеешь! почти выкрикнул напоследок. Останешься как старая ненужная!
Себе я точно нужна, спокойно ответила Марина, захлопнула за ним дверь на два оборота.
В квартире сразу воцарилась чудесная тишина. Марина села на пол, прислонившись к двери слёз нет. Внутри пустота, но лёгкая. Как будто выбросили из комнаты тяжёлую старую мебель, и стало дышаться.
Она зашла на кухню, взглянула на стол: шикарный ужин, салатики, икра, утка. Всё как декорация к отменённому спектаклю. Взяла Лидину тарелку с недоеденным бутербродом и красной помадой в мусорку! Послушала звон разбитого фарфора. Красиво.
Вслед за ней Викторова тарелка. В мусорное ведро. Дзынь!
Оставила только одну любимую с золотой каймой. Налила себе добротный бокал холодного шампанского.
По телевизору уже президент поздравляет народ. Куранты отсчитывают секунды нового года. Этот год унёс все иллюзии, но вернул самоуважение.
С новым годом, Маринка, сказала она своему отражению в тёмном окне.
Оторвала себе самую румяную уточью ножку, положила ложку Оливье, который оказался в самый раз.
Телефон пиликнул сообщение от дочки, Кати: Мамочка, с наступающим! Любим вас! Через неделю приедем с внуками!
Марина улыбнулась. Вот она настоящая жизнь. Дети, внуки, работа, любимая квартира. А хлам отвалился и пусть.
Глоточек шампанского пузырьки щекочут нос, приятно кружит голову. Впервые за долгие годы не думает о том, у кого пустой бокал или кто хочет добавки. Просто наслаждается моментом.
За стеной соседи кричат Ура!, запускают ракеты праздник идёт. И у Марины тоже праздник. Свобода.
Через час всё, что не осилить одной аккуратно разложила по контейнерам. Завтра отнесёт тёте Вале из подъезда и дворнику Михаилу пусть тоже праздник будет.
Утку доест сама. Теперь заслужила.
Перед сном смыла макияж, глянула в зеркало: смотрит на неё ухоженная, красивая женщина с мудрыми, живыми глазами. Никакая не домомучительница.
Драйва ему не хватало, тихонько усмехнулась Марина. Ну что ж, Витя, драйва теперь тебе бери полные пригоршни. Жильё ищи, дели имущество, объясняйся с детьми.
Легла поперёк кровати, растянулась звездой столько простора, сколько не бывало лет. Простыни пахнут лавандой и счастьем.
А утром её разбудило солнце. Первая мысль: не бежать кашу мужу варить, а хочу кофе с пирожным в той новой кофейне на углу. И знаете, это было счастье.
Что там будет потом развод, долгие разборки неизвестно. Всё это не сейчас. Сейчас у неё целый день тишины, покоя, вкусной еды. И никакая больше Лида не скажет про музей быта, а её жизнь уже не покажется скучной.
С новым годом!
