Виталий Александрович устроился за рабочим столом в своей квартире в Москве. Перед ним стоял стакан крепкого черного чая и открытый ноутбук. Работы было невпроворот, но Виталий уже привык к такому ритму жизни. Вдруг его отвлек телефонный звонок с незнакомого номера.
Алло, слушаю вас, ответил Виталий немного настороженно.
Это Виталий Александрович Ларионов? Заговорил пожилой мужчина с легким северным акцентом. Беспокою из Московского роддома. Вам знакома Кузнецова Алёна Игоревна?
Нет, впервые слышу такую фамилию. В чем дело? удивился Виталий.
Дело в том, что Алёна скончалась вчера при родах… Мы нашли контакты ее матери, а она сказала, что вы отец новорожденной. Вам нужно подъехать завтра в роддом на ВДНХ. Обсудим дальнейшее.
Прошу прощения… Какой отец? Какой ребенок? Вы ошиблись номером! Виталий начал сердиться и нервничать.
Алёна родила девочку. Если вы действительно Ларионов Виталий Александрович, прошу быть завтра в роддоме. Меня зовут Николай Петрович, сразу ко мне подойдите.
После короткого гудка Виталий еще минуту пытался осознать услышанное. В голове крутились мысли. Он начал ходить по комнате, как по кругу, бормоча:
Алёна… Кто эта Алёна? Что за чепуха? Надо подумать… Девять месяцев… Сейчас июнь, значит, дело было в сентябре. Вспомнить бы…
В поле зрения попала початая чашка чая. Он отставил ее в сторону. Как не кстати сегодня эта новость! Но тут в памяти всплыли события осени: две недели в Ялте, море, солнце… и симпатичная девчонка с зелёными глазами. Алёной, кажется, звали. Приятный курортный роман, не больше того. Таких было немало, зачем все запоминать? Ему сорок лет, ни жены, ни детей и он всегда думал, что так и будет. Ему хватало его независимости, свободного времени, дорогого хобби и вечеров в кругу друзей.
Она же совсем молодая была… вслух произнёс Виталий, растирая виски. Лет двадцать, не больше…
Сигареты у него не было он завязал год назад, но сейчас хочется вспомнить старую привычку. На душе стало тяжело; непонятное чувство тоскливо грызло изнутри.
Ребенок… Пусть бабушка забирает, она же родная. Да и откуда знать, что это вообще мой ребенок?
Для себя он уже решил: завтра съездит, поговорит с врачом, подпишет отказ, будет жить по-прежнему. Но той ночью заснуть так и не смог. В памяти всплывали смешные моменты, ее взгляд, смех, пряди волос на ветру В груди что-то саднило, как будто сердце просило не торопиться с решениями.
Утром Виталий приехал в роддом, не зная, чего ждать. Едва шагнув в коридор, увидел пожилого врача Николая Петровича.
Посмотреть хотите на дочь? спросил главный врач.
Сначала поговорите с ее матерью. Где она? сухо сказал Виталий.
Вон там, в конце коридора, кивнул врач. Ждет вас.
Худенькая женщина в темном платке сидела, уронив голову на руки. Виталий подошёл к ней, скомкано поздоровался.
Я Вера Игоревна, мама Алёны, представилась женщина, и в её голосе дрожала боль.
Виталий смутился, не зная, что сказать. Его всегда пугали женские слёзы. Вера вытерла глаза и с надеждой на него посмотрела:
Прошу вас, не отказывайтесь от малышки! Я, если потребуется, совсем одна её на руках подниму, только помогите. У самой у меня слабое сердце, много на себя взять не могу. Просто признайте отцовство, пожалуйста. Больше ничего просить не буду.
А вы же бабушка, вам её отдадут, попытался возразить Виталий.
Не могу я оформить опекунство из-за болезни Только вы можете. А я уж помогу, чем смогу, прошу вас, слёзы снова блеснули на щеках женщины.
Виталий отвёл Веру в кабинет главврача.
Что для отцовства нужно? спросил он.
Анализ ДНК, и всё решим, ответил Николай Петрович. И, кстати, имя для девочки подумайте.
Не знаю не готов сейчас, замялся Виталий.
Вопрос решили быстро. Через несколько дней лаборатория подтвердила: девочка его дочь. Решение давалось тяжело. Он не хотел быть отцом, не собирался жертвовать привычным образом жизни. Но оставить ребенка без защиты было не по-человечески. Виталий решил: поможет деньгами, купит всё необходимое, а дальше видно будет.
В день выписки, когда сестра вынесла закутанную в розовое одеяльце малышку, Виталий впервые почувствовал настоящее волнение. Вера нежно взяла внучку на руки, откинула уголок одеяла:
Посмотри на кроху!
Но позвала её медсестра, и женщина поспешила в кабинет врача, передав свёрток Виталию.
Он остался с малышкой один на один. Девочка спала, а затем резко заплакала, задвигалась. Виталий испугался, посмотрел в крошечное лицо и словно увидел себя в детстве. Её черты были его собственными: подбородок, глаза, родинка над бровью. Малышка утихла, взглянула на него, и показалось даже улыбнулась.
Вера вернулась, протянула руки:
Давайте, я ее возьму…
Нет, я сам… Она только что мне улыбнулась! вырвалось у него. Он улыбнулся самым искренним образом за долгие годы. Поехали домой, Вера. Вместе поедем, сказал он, и впервые почувствовал, как незнакомое счастье наполняет сердце.
Только в трудные моменты мы начинаем по-настоящему задумываться о счастье и ответственности. Иногда жизнь сама показывает нам, что смысл не в бегстве от сложностей, а в том, чтобы принимать решения и брать на себя заботу о близких. Так и Виталий понял: только открыв сердце другому, можно найти истинную радость и новый смысл жизни.
