Когда я была маленькой, мне казалось, что взрослая жизнь это сплошная свобода: можно есть то, что нравится, ложиться спать когда хочется, гулять не спрашивая разрешения. Сейчас я улыбаюсь своему наивному детству. Реальность обрушилась на меня в тот день, когда я переехала в собственную квартиру в Киеве: уборка, готовка, оплата аренды, коммунальные услуги, покупки всё на одну зарплату, которой катастрофически не хватало. Я думала, свобода это выбирать ужин. А теперь вынуждена считать, хватит ли мне гривен и на рис, и на мыло одновременно.
Как-то я поняла, что уже несколько недель не садилась нормально позавтракать. Вскакивала утром, быстро принимала душ, заправляла кровать абы как и бежала на остановку, чтобы успеть на маршрутку. По дороге вспоминала, что не ответила на рабочий имейл, что до пятницы нужно оплатить интернет, и что счет почти достиг лимита. «Взрослая свобода» превратилась в бесконечный список обязанностей, а не в исполнение мечты.
Когда, наконец, возвращалась домой вечером, усталость наваливалась, будто на меня упала плита. Открывала холодильник с надеждой, что там появилось чудо готовая еда. Но, вместо этого, начиналась мойка овощей, нарезка, готовка, и новый виток уборки. Иногда ужинала кусочком хлеба с сыром, только чтобы не трогать сковороду. Но даже в этот момент мысли не отпускали: счет за воду опять высокий, надо проверить, почему течет в ванной, вещи с утра уже насквозь пропахли, потому что я забыла развесить их.
Друзья снова писали: «Давай встретимся!» И каждый раз попытка договориться разбивалась о новые проблемы: у одного сверхурочка, другой ухаживает за больной бабушкой, третий остался без денег, четвертый просто не способен от усталости. В подростковом возрасте мы виделись почти ежедневно, сейчас иногда проходит целый месяц, пока наконец не соберемся. И на встрече разговоры только о том, как мы устали, о счетах, о том, что болит спина. Мы ещё молоды, но звучим будто нам за восемьдесят.
Самое тяжелое осознать, что настоящего отдыха не бывает. Даже суббота превращается в список дел: стирка, уборка, планирование недели, магазин, ремонт сломавшегося стула. В один из вечеров я заметила, что закатываю истерику прямо во время мытья пола сказала себе: «Даже когда отдыхаю, всё равно работаю». В детстве я называла это свободой, а теперь делаю всё, что взрослые делали ради меня только теперь некому помочь.
И работа оказалась вовсе не той, что я представляла. Я думала, что труд приносит радость. Не знала, что в него входит улыбаться, когда совершенно не хочется, терпеть нелепые комментарии, гоняться за целями, которые меняются каждую неделю, и наблюдать, как большая часть зарплаты уходит на то, что даже не видно. Арестовала себя на мысли: либо обедать, либо купить абонемент на транспорт. Никто не говорит детям о том, что взрослая жизнь это бесконечный поток расчетов, умственных и финансовых.
Я считала, что взросление это свобода. А на деле это постоянное балансирование между усталостью, обязанностями и маленькими, мимолетными моментами тишины.
