С самого начала я ощущала, что младший брат моего мужа, Артем, странная и далекая для меня фигура, словно появившаяся из тумана какого-то другого сна. Теперь интуиция меня не подводит: мне тяжело объяснить мужу, что его брат уже не ребенок, и пора бы ему нести ответственность за хаос, что он приносит с собой. Артему уже 26, а он всё блуждает между тенями несбывшихся планов и призраков взрослой жизни.
Семейная беда накрыла их причудливо: когда мужу было 14 лет, умер их отец просто исчез, как растворяются домы в сонном утре, а Артему тогда было только 11. Спустя три года, их мать, словно птица, разбилась в авиакатастрофе, оставив мужа в объятиях сиротства, где главное утешение и бремя забота о младшем брате. Ради него муж бросил школу, стал для семьи кормильцем удивительно взрослым и сильным для своего возраста, хотя казался тогда еще ребенком, едва стоявшим на ногах. Но Артем как будто запутался в паутине собственного самодовольства, решив, что все проблемы развеются, стоит только ему попросить помощи у родни без труда, без воли.
Когда я впервые встретила Артема, мне показалось, что вижу перед собой героя забытой пьесы: он был надменен, неблагодарен, вечно зависал в нашем доме, будто не понимал, как сложна наша жизнь. Он пользовался поддержкой брата, даже не думая, что должен что-то давать взамен. Его постоянное присутствие и нежелание заняться делом только усиливали раздражение время текло через него, как песок сквозь пальцы, оставляя после себя только чувство пустоты. Несмотря на свои 26 лет, Артем не желал находить стабильную работу, а редкие подработки были ему скорее игрой, чем обязанностью; он менял их как причудливые декорации во сне, становясь с каждым разом всё менее заметным.
Муж всегда заступается за брата, словно защищает свою собственную тень: уверяет меня, что Артем ищет работу, что вот-вот ситуация улучшится, всё придет в норму. Но разве не в каждом сне есть нота тревоги, предупреждение? Я не могу не замечать, что Артем отказывается прикладывать какие-то реальные усилия, чтобы изменить свою жизнь. Это давление становится невыносимым для нашей семьи, разрывая внимание мужа между Артемом и нашим маленьким сыном, который тоже требует заботы и поддержки, как нежный росток под колючим луганским ветром.
Я не хочу, чтобы из-за этого разросшегося как туман по утрам отчаяния кончился наш брак. Но ноша, которую возложил на нас Артем своей инфантильностью и безразличием, давит на нас каждый день тяжелой монетой будто из тех, что уже давно вышли из обращения. Мне остается надеяться только на то, что муж откроет глаза во сне и увидит, как меняется наш мир под тяжестью этого бремени и что мы вместе сможем найти выход из этой странной, закрученной как лента Мёбиуса ситуации. Ведь где-то впереди, возможно, есть утро, где мы сможем проснуться в более светлом и легком будущем среди улиц Харькова, где весна всегда пахнет надеждой, а новые пути открываются за каждым сном.
