Сегодня снова открыл дневник. Не могу не поделиться тем, что случилось многое понял за это время.
Когда-то моя младшая сестра Людмила, по-домашнему Люська, пела от радости, и я хорошо помню этот день. У неё появилась своя квартира: без ворчливой хозяйки Варвары Ивановны, любившей выключать свет в одиннадцать, проверять каждую мелочь, грозить за кипящий чайник газа перекрыть. Не разрешала ни фен, ни утюжок для волос «мало ли чего» О ванне и мечтать не приходилось только душ, да и то под контролем: стояла у двери и стучала, чтоб шумно воду не лила.
Год Люська терпела «воспитательницу», которая сочла себя наставницей. Как только исполнилось ей восемнадцать упросила родителей пустить её в общежитие. А там новый этап жизни: клопы, тараканы ерунда по сравнению с тем, что твою жареную картошку выкрали вместе со сковородкой! Соседки устраивали посиделки с парнями. Год прожила в этом хаосе, пока папа не приехал проверить, да глаза на беспорядок не открыл. Сразу сказал: ни дня больше!
Пять лет Люська снимает жильё у доброй бабушки Зои. Человек с причудами, но от души. После учёбы начинает работать, по-прежнему копит гривны мечтает о своей квартире, пусть крошечной. Подруги тратят зарплату на платья да косметику, а Люська собирает и собирает. Даже баба Зоя просит её погулять, расслабиться уговорам не поддаётся, упрямо идёт к цели.
Тут и родители приехали, разговор завели: решили помочь Люське с мамой, с двоюродной бабушкой Варварой Фёдоровной (старообрядка была, всю жизнь преподавала, ни семьи, ни детей; родственников держала на расстоянии, слушала только моего отца). Маму очень ценит у них единство взглядов, и обе были учителями.
Однажды бабушка Варвара попросила устроить её в дом престарелых. Папа отмолчался, с мамой поехали посмотреть место, а потом, не сговариваясь, просто сделали её комнату в своей квартире. Дочка уехала в Днепр, место освободилось. Варвара голову имела светлую, всё понимала, но к нам переехала. Говорит: «Не мучайтесь, всё равно характер не сахар, всякое впечатление обо мне разрушу.» Но родители настаивают: так всем спокойней и животные под присмотром у нас кот Барсик и попугай Гриша, которых на время поездок постоянно по друзьям расселяли. А тут всем выгодно.
Так бабушка Варвара и прожила у нас, надышалась семейной любовью, спокойно отошла, оставив всё имущество отцу. Мне же вручила старинное ожерелье своей прабабки, которое даже в сложные времена не продала. Я до сих пор его храню, пересматриваю память
Папа предложил продать бабушкину квартиру в Кривом Роге, добавить моих сбережений, купить мне в самом центре Киева двушку. Там, где работа и друзья, новая жизнь складывается. На ремонте помогали обе родни. Я придумывал планы, а отец всё терпеливо выполнял. Мама тут же решила и дома всё обновить, я пообещал дизайн не так страшен ремонт, когда семья рядом.
Со временем освоился в этом городе, полюбил его. На работе познакомился с Катей весёлой, деловой девушкой, сдружились, стали ходить друг к другу в гости. Часто вспоминали детские проделки. Я рассказал, как в детстве с соседкой Тоськой лазили на крышу нашего многоэтажного дома греться на солнце слабо тогда думали о последствиях.
Катя смеётся: «Главное, чтобы вас там не заперли!» А ведь один раз дворник Василий Петрович, туговат на ухо, действительно так и сделал. Еле дождались, когда отец пришёл с работы и выпустил.
«Папа меня никогда не наказывал мама строже была, а папа прикрывал», смеюсь. «В детстве баловала себя, а меня-то лупили!» делится Катя.
Решили поговорить с дворником, дядей Сашей. Он сначала упирался, но потом согласился: «Без шалостей только!» Лежали полдня на крыше, наслаждались летом.
Однажды услышали шорох на крыше. Думаем, кто бы это появляется пожилая женщина, ухоженная, аккуратная, сидит, ест бутерброд.
Вы кто тут? спрашиваем.
Я Я Валентина Сергеевна, отвечает, неловко жуя. Мне кажется, я видел её раньше.
А вы ведь хозяйка квартиры бывшей?
Да, милый, я вам её и продала! и расплакалась.
Оказывается, история у неё непростая. Муж сбежал, осталась с сыном Олежкой на руках. Всю жизнь для него институты, работа Олег всегда был примерным, а вот с девушками не везло. Вдруг познакомил с девушкой-сослуживицей Светланой: умница, хозяйственная, всё для мужа. Купил большую квартиру, но жили с матерью удобно.
Потом Светлана родила внучку Полину, потом Сашу и Игоря. Когда младший родился, попросили Валентину Сергеевну продать квартиру мол, всё равно у нас живёшь, деньги пригодятся. Вот и оказалась бабушка в маленькой комнатке: ей поручили дом, готовку, присмотр, подняли детей, а в воспитание не пускают: «Твоя задача накормить, вымыть, переодеть, уложить, а воспитаем мы!» От усталости свалилась с давлением врач сказал «тишина нужна», а где её взять?
Когда летом все уехали к морю, бабушка осталась одна с тремя внуками. Надумала «к подруге ехать», а сама ходит по городу, в музеи и выставки. Спала у реки на лавочке не родной уже дом. Вот и пришла раз, открыла дверь на крышу, решилась остаться на ночь
Мы её с Катей уговорили остаться у меня. «Красота, как преобразилась квартира», восхищается. «Жалею, что эту ошибку совершила, что послушалась тогда детей».
Катя, как юрист, спрашивает, куда деньги пошли за квартиру:
Всё сыну отдала, Валентина Сергеевна вздыхает. Он пообещал половину мне под проценты «что тебе одной, а наши расходы большие».
Катя сразу сказала: «Вы могли купить себе отдельную однушку, это вполне возможно». Я обещал помочь с ремонтом.
Через месяц Валентина Сергеевна уже жила в новой квартире в своём родном доме: Катя поговорила с Олегом, и тот нехотя деньги вернул. Светлана обиделась, перестала общаться. Внуки теперь каждую неделю ночуют у бабушки, а сноха смирилась. Друзья вновь появились стала гулять с моей сестрой, ходить по выставкам.
Катя, смеясь: «Нет, я когда стану старой, буду только на своей жилплощади, никаких уговоров лучше уж крыша и лавка, чем так!»
А я понял главное как важно уважать себя и родных, не бояться просить о помощи и уметь вовремя отстаивать свои границы. Сейчас утром открываю окна, вдыхаю свежий воздух своего города и мысленно благодарю близких. Вот что главное поддержка. Крепко обнимаю всех, кто рядом.
