Мама, зачем ты опять лезла к Ольге? Она собиралась уходить из-за твоих слов!
Я просто сказала ей правду. Думала, что она тебе совсем не подходит. Вот была бы у тебя Екатерина настоящая женщина, заботливая хозяйка…
Какая ещё Катя? Мама, что ты выдумываешь?
С самого детства сын всегда был для меня светом в окне. Когда я сама воспитывала его в нашей двухкомнатной квартире в Кирове, я старалась совмещать и материнскую, и отцовскую заботу: училась латать ему штаны, катать его с горки и даже собирать старую «Юность» вместе, когда он учился крутить педали. Было тяжело муж вечно пропадал на вахтах далеко от дома, на него нельзя было ни в чём полагаться, всё сама. Я часто думала, что теперь должна обеспечить сыну всё лучшее в жизни.
Так бы и жила, да сын мой вырос, женился и вдруг его место в доме стало занимать другая девушка. Вот уж что давалось мне с трудом, так это отпустить ребёнка, понять, что уже не только я отвечаю за его комфорт и счастье. В голове крутились мысли: люблю я его до невозможности, никто так не полюбит и не защитит, как я.
Жена у сына Ольга девушка, честно сказать, мягко говоря, странная. Всё у неё через пень-колоду: ни обеда, ни хоть какого-то уюта, за мужем как не следила, так и не следит. Сын приходит домой в раковине горы посуды, по полу разбросана нескончаемая коллекция её сумок и туфель. Всё на белом свете не так: вещи валяются, супа нет, даже чай не сварит лишний раз. Я знала: если сама не вмешаюсь, сын будет ходить в мятых рубашках и с грязными носками.
Вот я и стала потихоньку наведываться к ним ключ у меня был, сын сам ещё год назад дал, «мам, чтобы не терялась в подъезде, когда придёшь». Я тихонечко, никого не тревожа, пока оба на работе собираю весь его набор одежды, иногда и Ольгины вещи, потому что всё равно скинет потом всё в кучу. Стираю, глажу, сворачиваю, укладываю обратно. Даже свитер, который ему сама на сорок лет связала, перешивала заново настолько его умудрились испортить. Не могу так бросить: ведь он мой сын, и здоровье, и счастье его для меня всегда на первом месте.
Такая забота, видно, Ольгу ужасно раздражала. Она ворчала: «Пусть сын ваш сам учится! Что вы его ни на шаг без себя не отпускаете?» А я ведь не из вредности просто мне спокойнее, когда знаю: всё под контролем, всё у сына в порядке.
Муж меня ругал: «Дай ребёнку взрослеть! Пусть сам свою жизнь справляет, раз женился». Только разве такое сердце материнское? Я не могла не помогать.
В тот день решила в последний раз разобраться с вещами и навсегда оставить всё им на волю. С утра рано, когда они оба ушли, забрала всё бельё сыново, даже кое-что Ольгино, ведь если сложить потом грязь с чистым всё будет беда. Выпроводила мужа на рыбалку, чтобы не мешался. С постиранной и выглаженной котомкой добралась до дома сына. Лифт не работал, штырит ремонт, пришлось на свой третий этаж волоком всё тащить. Взмокла, ноги ныли но привычка сильнее.
Отперла дверь, думала никого нет, быстренько заброшу бельё и домой вернусь. Но тут вижу: по коридору разбросано много новых туфель, раньше я их не замечала. Заходу в комнату, на полу мужские брюки думаю, забыла постирать, хоть поглажу дома у сына. Поднимаю и вдруг слышу из спальни приглушённые звуки. Глянула а там, в постели, сын мой с неизвестной девушкой. У неё длинные каштановые волосы совсем не похожа на Ольгу.
Я стояла, как громом поражённая. Сын увидел меня, вскочил:
Мама, выйди, пожалуйста! Дай спокойно жить!
Стояла, как вкопанная Потом робко сказала:
Можно поговорить пять минут? Я быстро
Он вышел весь красный в моём подаренном халате.
Мам, ты почему дома?
Ты ж мне ключ давал, сынок. Я пришла бельё ваше принести, думаю, заодно порядок наведу.
Ну ведь договаривались предупреждай, пожалуйста.
Я осторожно спросила:
Это новая подруга? Ольга ведь совсем другая.
Мам, нет Это просто знакомая, нехорошо получилось. Я и не знаю, что сказать.
Тут я села и тихо сказала:
Какая бы у тебя ни была женщина рядом, помни счастье не только в том, чья рубашка глаженее, а в том, чтобы ты был честен с собой и с теми, кто рядом. Я всегда буду тебя поддерживать, но помни: неправда и скрытность делают хуже и тебе, и тем, кого любишь.
Я поставила стопку свежего белья в шкаф. Вышла молча, понимая: судьба сына теперь не моя дорога, не мой выбор. Только сердце болело: ведь кто ещё ему скажет простые слова о порядочности, кроме матери?
Через неделю я зашла в любимый магазин за хлебом, встретила там Ольгу. Она набирала в корзину дорогих фруктов, сыр и салат. Поздоровалась:
Ну, Оля, что, на диету опять? Балуешь себя?
Добрый день, Анна Петровна. Мы с Серёжей летом хотим на юг, вот и собираемся форму держать, отвечает холодно.
На юг? А Серёжа что, с тобой собирается? Я думала у него другая теперь! удивилась я нарочно.
Какая другая? Что опять выдумываете?
Да вот Видела у него тут недавно приличную девушку. Дома порядок, суп на плите я обрадовалась! Думала, ты отошла от дел.
Ольга чуть не вспыхнула:
Анна Петровна, что вы мне голову морочите? Лучше бы делом занялись, чем интриги разводить!
Она хлопнула корзиной и ушла. А я ещё долго стояла никак не могла отделаться от беспокойства.
Вечером звонит сын:
Мама, почему ты лезешь в нашу жизнь? Оля из-за тебя чуть вещи не собрала!
Я просто хотела, чтобы ты был счастлив. Подумай, Серёжа, разве плохо, если рядом заботливая женщина? попыталась сказать я.
Мама, хватит! Больше не приходи, ключи отдай. Я сам свою жизнь устрою.
Положил трубку, а у меня на душе тяжесть.
Порой, отпуская самых любимых, мы совершаем ошибки, слишком стараясь их уберечь. Но главное, чему учит жизнь уважать чужую границу, слушать сердце, но помнить, что счастье взрослого ребёнка строится не нашими руками, а их собственными. Иногда любовь это умение вовремя отойти в сторону.
