Слушай, расскажу тебе про своих маму и папу. Мама у меня, знаешь, красавица была, вот правда. Была потому что полгода назад она ушла, папа чуть раньше, на две недели. Хотя им обоим было уже далеко за восемьдесят, всё равно кажется, что они могли бы прожить больше Ну, потому что это же мой папа и моя мама.
В общем, маму все всегда красивой считали, и я это тоже видел хоть и сын, но мужик ведь. А папа вообще постоянно этим гордился. Даже когда мама на меня сердилась за двойки или ещё что-нибудь, папа приходил ко мне, садился рядом, вздыхал печально, руки между коленями зажимал ну, прямо как я помолчит, а потом говорит:
Слушай, сынок, ты на нашу маму не сердись Ну, покричала, поругалась, ну а что, мы с тобой ведь ещё те подарки, а она у нас девочка всё-таки. Нам обеим дышать без неё не на что. Давай, иди, попроси у неё прощения.
А я прямо вот сейчас готов был возразить, так уже воздуха побольше наберу и глазами на папу сверкаю. А он, видя, что сейчас меня прорвёт, руку так выставит ладонью вперёд жестом, мол, рот на замок, и сурово так:
Ты мне про жену плохого слова не скажи!..
И я сдувался спорить не мог. Потому что и папу, и маму свою очень любил.
А ещё мне они по секрету рассказывали, как познакомились каждый по-своему, и оба по секрету. Мама тогда в Московском университете училась, на первом курсе ещё была, к свадьбе с каким-то Антоном уже готовилась.
И вот приходит Антон на свидание к маме с другом своим, Григорием. Тот только что в столицу приехал, не знал, куда себя деть, ну, Антон его и притащил на свидание. Познакомились и Гриша с моей мамой целый вечер вместе гуляли.
По парку бродили, крыша веранды вместо билетов на летний кинотеатр идея папина, Антон бы до такого не додумался точно. Папа маму на крышу и затащил богатырь был уже тогда, плечистый. А Антон ну, даже и не помню как он выглядел, но папа всё равно надёжнее.
Антон всё шутил, стихи читал, рассказывал, как они с мамой жить будут, когда выпуск получат, а Гриша молчал, слушал, только сопел, как мама рассказывала.
Когда вечером прощались, тут папа вдруг сказал, держит её ладошку:
Кира! Не слушай его, выходи за меня.
Мама прямо опешила:
Когда?..
Папа не моргнул глазом:
Хоть завтра.
Ну, и добавляет:
Сын у нас будет, сильно-сильно его любить будем. Благодаря ему ещё больше друг друга полюбим. И назовём его Олег, в честь князя.
Ладно, согласилась мама, и они поженились.
Антон даже свидетелем со стороны жениха на свадьбе был.
Потом родители вместе закончили университет и уехали работать в Коми, оба геологи-геодезисты. Там им выдали первую свою квартиру точнее, переделали подсобку при местном доме культуры в жильё, начальник шахты так распорядился, для молодых специалистов.
Потом через сколько там месяцев родился я долгожданный Олег. Оба меня прямо обожали, как папа маме обещал.
Папа даже достал с фермы старую лошадь Зорьку, чтобы маму и меня забрать из роддома.
Когда подъезжаем к дому-кладовке, а Антон уже стоит на крыльце дома культуры с детской ванночкой в руках. Где-то там достал, по великому блату. Эта ванночка мне и купалкой стала, и почти что кроваткой в первое время. В неё мама клала пуховую подушку из своего приданого, всё основательно. Когда мылись подушку на кровать, а я плескался. Папа всегда с работы бежал, чтобы главного события в жизни купания сына не пропустить. Держал мне голову, а мама в княжеском омовении преуспевала.
Ну, скажу честно князя из меня не выросло, но геолог я вроде бы тоже вышел неплохой, в родителей.
А самое смешное: жена у меня тоже геолог, с ней на экспедиции познакомился, сразу и мама, и папа Таню полюбили. Всегда, когда родители к нам или мы к ним, папа меня на балконе задержит и тихо так:
Вот знаешь, Олег Мне дважды в жизни повезло: первый раз когда встретил нашу маму, второй когда ты Таню себе выбрал. Береги её, она же, всё равно, девочка
Папа ушёл вдруг ночью, тихо. Мама это сразу почуяла, проснулась
После его смерти как-то резко состарилась, многое стала забывать. Даже забывала, что папы уже нет Когда мы забрали её к себе, все равно сидела у окна, ждала папу с работы. И до последнего своего дня жарила свои котлеты рубленые как Гриша любит
Вот так вотИногда, по вечерам, я выходил с ней на лавочку жара спадала, тихо, трава пахла солнцем. Мама брала меня за руку, как когда-то в детстве, и рассказывала мне свои истории путаные, перепутанные, порой странные, но полные такого света, что сердце сжималось от нежности. И всё чаще она путала папу со мной, называла моим именем его, и наоборот как будто мы жили втроём, просто слегка в разном времени.
В последнее утро она снова ждала его, смотрела туда, к дороге, выискивая знакомую походку. Я обнял её тонкую, совсем лёгкую. Она долго молчала, а потом шепнула:
Скажи ему, что я тоже без него дышать не могу
Когда её не стало, было страшно пусто. Но я чувствую их. В каждом своём шаге, в каждом добром взгляде Тани, когда она целует меня на прощанье, на пороге. В том, как сын наш хохочет, сбивая соседа снежком, у него папины глаза, а у дочки наша с мамой ямочка на щеке.
Может, мы и не князья, просто обычные люди но все эти смех, слёзы, любовь и истории делают нас чем-то большим. Знаешь, наверное, в этом и есть наш семейный секрет: крепко держаться друг за друга, не отпускать, и всегда, всегда ждать друг друга дома.
