Кот Барсик спал с моей женой Дарьей. Он прижимался к ней спиной и всеми четырьмя лапами упирался так, что мне на кровати места почти не оставалось. А утром смотрел на меня нагло и с укором, словно говоря: «Тут мой дом, а не твой». Я ворчал на него, конечно, но поделать ничего было не могу. Любимец, что уж там. Ласковая душа, солнышко ненаглядное. Жена только смеялась мол, не ревнуй, он и тебя любит, а мне совсем не до смеха было.
Для этого самого «солнышка» жарилась самая свежая рыбка, потом Дарья старательно выбирала из нее косточки и аккуратно раскладывала хрустящую золотистую шкурку рядышком с сочными ароматными кусочками прямо на его специальную тарелочку. Барсик впивался в меня своим взглядом, скривив усы в пренебрежительной ухмылке. Как бы намекал: «Смотри, кто здесь главный. Не ты, а я любимец и царь горы».
От рыбки мне перепадали те куски, что не угодили барину. Издевался над моей гордостью, как хотел. Я ему отвечал: легонько отталкивал от рыбки, иногда спихивал с дивана. У нас с ним, можно сказать, была своя маленькая война.
Изредка в мои тапочки и ботинки было заложено минное поле: то шерсть напихает, то чего похуже подложит. Жена только смеялась и гладила своего Барсика: «Не надо его обижать». Серый кот смотрел на меня свысока почти как профессор, который считает тебя двоечником. Я тяжело вздыхал: чего уж там, жена у меня одна и менять её на кого-то другого не собирался, потому и терпел.
Но вот в то утро…
Собираясь на работу, я услышал в коридоре отчаянный крик Дарьи. Я рванулся туда и увидел: шесть килограммов пушистой злобы с растопыренными когтями нападали на жену, как разъярённый кабан на охотничью собаку. Барсик, почуяв меня, бросился на меня с такой силой, что я вылетел из прихожей и растянулся на паркете. Подскочив, я схватил стул и, выставив его как щит, ухватил Дарью за руку, потащил её в спальню. Кот прыгнул, зацепился за ножку стула и истошно взвыл.
Но этому зверю и этого было мало: он продолжал атаку, пока мы не захлопнули дверь в спальню и не остались втроём я, жена и куча царапин. Прислушались за дверью шипение и неприятная тишина. Достали из аптечки спирт, йод и стали мазать свои раны. Жена с дрожью в голосе позвонила на работу, объясняла, что наш кот Барсик сегодня будто с ума сошёл, напал на нас и нам теперь не на службу, а в больницу надо. Затем те же слова повторил я своему начальнику.
И тут…
Дом неожиданно затрясся, стекла в кухне со звоном посыпались на пол, в ванной лопнуло окно. Я выронил телефон. Стало так тихо, что аж в ушах зазвенело. Мы с женой, забыв о Барсике, кинулись в кухню и выглянули во двор: перед домом огромная воронка, куски автомобилей разбросаны вокруг, будто кто ими играл гигантского петушка во дворе. Узнал машину соседа Вити его старенькая «Газель», работавшая на газу и нашпигованная баллонами, теперь была только груда металла. Перевёрнутые легковушки на стоянке крутили колёсами, как черепахи, перевёрнутые на спину. Вдалеке завыли сирены «скорая» и полиция.
Оглушённые, мы с Дарьей повернулись к коту. Барсик сидел в углу, жалобно прижимая к груди сломанную переднюю лапку, и тихонько повизгивал от боли.
Жена вскрикнула, подхватила Барсика и прижала к себе. Я выхватил ключи и мы, забыв обо всем на свете, побежали на улицу, минуя лифт и перескакивая по лестнице через две ступеньки разом. Семь этажей промчались молча, только сердце стучало как молоток. Пусть меня простят все, кто пострадал во дворе, но для нас пострадавший был здесь.
К счастью, наша «Лада» стояла за домом целёхонькая. Прыгнули в неё и поехали к знакомому ветеринару Сергею Петровичу. У меня на душе скребли кошки, под аккомпанемент Микаэла Таривердиева его «Двое в кафе» как раз зазвучало из динамиков.
Через час, выйдя от врача, Дарья несла Барсика на руках, а он гордый герой показывал забинтованную лапу всем в зале ожидания. Когда люди услышали нашу историю, все стали тянуться к нашему коту, гладили, жалели, кто-то даже предложил помощь.
Дома Дарья принялась за приготовление любимой рыбки для Барсика: жарила, вытаскивала косточки, складывала хрустящую шкурку горкой. Мне, как обычно, достались остатки.
Барсик, ковыляя на трёх лапах, осторожно подошёл к своей тарелке и попытался глянуть на меня прежним презрением, но боль так скривила ему морду, что смотреть было жалко. Я был занят, но, когда закончил, подошёл к его тарелке и положил туда свой кусок очищенный, как он любит.
Барсик с удивлением посмотрел на меня, жалко прижав больную лапу, и тихо мяукнул. Я осторожно поднял его, прижал к лицу и сказал:
Может, я и неудачник, но если у меня есть такая жена и такой кот значит, я самый счастливый неудачник на свете. И поцеловал Барсика в пушистую морду.
Кот тихо замурлыкал и ткнулся головой мне в щёку. Я опустил его на пол, и он, морщась, стал есть свою рыбку. Дарья обняла меня за плечи, и мы вдвоём смотрели на Барсика и улыбались.
С тех самых пор Барсик спит только со мной. Смотрит мне в глаза так внимательно, а я молю Бога об одном: чтобы он дал нам побольше лет быть вместе втроём: мне, Дарье и Барсику.
В остальном мне ничего не надо.
Честное слово.
Потому что так и есть настоящее русское счастье.
