У моей мамы большая семья. Когда-то у неё было шесть братьев и сестёр, сейчас остались только трое. Мама и одна её сестра живут в одной деревне, работают всё лето, а зимой живут на том, что удалось заработать и накопить. Ну и, конечно же, у всех у нас свой огород это ведь почти как национальный вид спорта: картошка, капуста, огурцы Куда ж без них!
Другая мамина сестра переехала в город. У неё просторная квартира и дача на берегу озера. Муж директор какого-то строительного предприятия, прямо почти местный олигарх. Хотя и они когда-то жили в деревне и ходили в кирзовых сапогах. Тогда им помогали как могли: то банку солёных огурцов пошлёшь, то мешок картошки. Но стоит им разжиться о родне забыли начисто.
В один прекрасный день мама чистила картошку и случайно узнала от какой-то соседки, что у её городской сестры дочка замуж вышла прям из-под носа увели, понимаешь ли. Мама сначала опешила, потом, чтобы виду не подать, сделала вид, будто всё знает: «Ну да, поздравляю», а сама обиделась до глубины души. Ну а кто бы не обиделся? Родная сестра свадьбу дочери закатывает, а тебя даже не позвали как будто ты заразная или что.
Пришла мама домой всё, трагедия. Рассказала всё своей деревенской сестре, той самой Маргарите Павловне. Та и сама в шоке: «Да как так, мы ж им по гроб жизни помогали!» Решили вдвоём позвонить городской сестре и поздравить, думают: пусть хоть стыдно станет. А та в ответ сухое «спасибо» и тут же трубку бросила.
Но, видимо, на старуху нашла светлая минута спустя пару недель приехала в деревню с дочкой и зятем. Привезли они мясо, бутылку дорогого вина, чуть ли не из Франции (ну или из Краснодарского края кто их разберёт). Но мама уже так обиделась, что встречать их было не рада: выставила всех за дверь, сказав, что если нас на свадьбе стыдились, потому что мы «деревенские», а они теперь чуть ли не графья, то и ходить к нам незачем.
Зять, Василий Сергеевич, только усмехнулся и сказал, мол, если б позвали нас в ресторан, от нас бы всё заведение пахло свининой. Вот уж действительно задел за живое! Тут уж мама их окончательно выставила вон и велела на порог больше не показываться, а прощать никого не собиралась. Маргарита Павловна, разумеется, поддержала маму во всём: мол, и мне с такими родственниками не по пути.
Вот так из-за бутылки вина и коробки мяса чуть ли не вековую родню разогнали по углам. А обиды, как известно, в России хранят дольше, чем солёные грибы в погребе.
