Муж однажды сказал: «Не спорь со мной». Я не стала возражать я перестала соглашаться. Вот тут всё и началось.
Максим зашёл на кухню с видом маршала, заключившего Брестский мир, хотя на деле купил только буханку хлеба и бутылку кефира. В плечах гипсовая важность. С той поры, как его назначили «и.о. заместителя начальника отдела», он не ходил он шествовал.
Валя, произнёс он, смерив мой ужин взглядом генералиссимуса (я запекла карпа). Я сегодня вымотался. Принимал судьбоносные решения. Поэтому давай так: дома покой и полное согласие. Хочу, чтобы ты просто всё одобряла. Мне нужен отдых от напряжённой среды.
Я завис в воздухе с вилкой на полпути. Это было вызывающе и ново. Учитывая, что мы живём в моей квартире в Харькове, а моя зарплата ведущего аналитика позволяет не волноваться о ценах, требование звучало так, будто хомяк у кошки отвоёвывал балкон.
То есть я должна стать твоим эхом? переспросила я, чувствуя, как внутри пробуждается тот самый стальной дракон, что помогает мне быть лидером в коллективе и внушает пиетет даже свекрови.
Я хочу, чтобы ты уважала мой авторитет, торжественно изрёк Максим, вытянув шею и посвёжев в парадном галстуке, который зачем-то был надет даже к ужину. Мужчина стержень. Женщина фон. Не ломай мой стержень, Валентина.
Я посмотрела на него: в глазах у него сияла непрошибаемая уверенность того, кто решил перебежать проспект Гагарина на красный свет.
Конечно, милый, улыбнулась я, отрезая кусок рыбы. Никаких споров. Я вся согласие.
С этого момента началась моя любимая игра: «Осторожнее с желаниями они исполняются буквально».
Первый акт фарса случился в субботу. Максим собирался на корпоративный выезд именуемый им «бизнес-конференцией», а мной «дачей для офисного планктона».
Он крутился перед зеркалом, натягивая новенькие брюки собственного выбора. Штаны были жёлто-горчичного оттенка и висели мешком на бёдрах, зато на икрах сидели так плотно, что напоминали оболочку для докторской колбасы.
Ну как? важничал он. Солидно? Лидер видно сразу?
В обычное время я бы деликатно подсказала, что этот образ больше отдаёт клоуном из бурлеска, чем боссом. Но я пообещала не спорить.
Безусловно, Максим, не отрываясь от книги, кивнула я. Смело и ярко. Ярче лидера никто не узнает!
Он сиял как медаль. Ушёл гордый, как белый журавль из песни. Вернулся злющий и почему-то в джинсах соседа по офису. Оказывается, во время креативного конкурса «Перетягивание успеха» штаны разошлись так, что звук был слышен даже уборщице на крыльце.
Почему ты не предупредила, что они малы в нужных местах?! злился он, бросая лоскуты на тахту.
Милый, я же соглашалась: ты говорил твой стиль под стать статусу. Просто, видимо, твой статус оказался крупнее материала.
Но настоящий шторм разразился, когда в дело включилась тяжёлая артиллерия Лидия Васильевна, маменька «стержня». Приехала с ревизией, а Максим, окрылённый моей покорностью, почувствовал себя цезарем на параде достоинства.
За чаем Лидия Васильевна барышня с укладкой разгневанный пудель и взглядом контрольной комиссии внимательно осматривала гостиную.
Валечка, у тебя на окнах шторы унылые, поучает она, уплетая пирог. На карнизе пыль. Хорошая хозяйка не даёт пыли и шанса! Максимке нужно тепло, а тут сплошной офис.
Максим поддакнул:
Верно, Валя. Мама права. Ты слишком занята работой, а дома запустение. Может, меньше работай? Я теперь руководитель, денег хватает.
Смешно его «надбавка» разве что на бензин да ланч покрывает. Но я не спорю.
Согласна, Лидия Васильевна, абсолютно. Я взглянула им в глаза. И ты, Максим, прав. Я, действительно, усердно горю на работе. Шторы лицо женщины.
Вот это разговор! обрадовалась свекровь.
Поэтому, продолжила я, решено: отныне клининговая служба нам не нужна.
Пауза повисла, как дублёр у циркового купола.
Какой клининг? нахмурился муж.
Та женщина, что по вторникам и пятницам убирает всё наше семейное гнёздышко, пока мы в офисе. Ведь ты говорил, надо экономить ради престижа. А мама что уют руками жены создаётся. Я согласна! Увольняю домработницу. Сама займусь уборкой. По выходным.
А… в будние дни? растерянно спросил Максим.
А в будни мы будем вкушать сладость энтропии. Ты ведь не желаешь перенагружать жену после аналитических баталий?
Следующие две недели превратились для Максима в настоящую школу выживания. Я приходила после работы, брала книжку и отдыхала. Гора посуды разрасталась, как мусор на Ждановке. Пыль теперь лежала на полках так гордо, будто это семейная реликвия. Рубашки, утратившие свежую глажку, выглядели как уставшие воздушные шары.
Валя, у меня нет чистых рубашек! кричит он во вторник утром.
Знаю, милый. Я вчера выбирала тебе новые шторы, как советовала твоя мама. И сил на утюг не хватило. Но, дорогой начальник, делегируй эту заботу себе!
Максим ухватился за утюг, вскоре прожёг на рукаве дыру, чертыхаясь, надел свитер и выглядел так, будто проиграл бой быту.
Кульминация наступила, когда он решил устроить дома «деловую встречу» со своим истинным начальником Николаем Егоровичем и двумя коллегами.
Валя, это мой шанс, мечется он на кухне. Нужно показать, что у меня дом крепость, тыл надёжный, жена-поддержка. На столе должно быть по-нашему сытно, по-домашнему! И, главное: в разговоры не встревай. Просто подай, улыбнись и молчи. Ну надень что-нибудь женственное.
Как скажешь, Максим.
Я подготовилась скрупулёзно. Нарядилась в цветастый халат с рюшами подарок Лидии Васильевны для «хозяйственного настроения». На голове сооружение между гнездом и шпилем собора. Отложив элегантные блюда, выставила на стол холодец из кулинарии (дрожащий, как сам Максим перед шефом), гору варёной картошки да огромный кусок запечённой свинины, будто исполин угощает батальон солдат. Ни тебе салфеток с кружевами, ни китайских палочек. Всё по-русски.
Гости пришли. Николай Егорович, интеллигент, в очках с толстыми дужками, сдержанно взглянул на мой наряд, но промолчал. Максим покраснел, стал сливаться с малиновыми обоями.
Прошу к столу, дорогие гости! сказала я в духе застольной свахи.
Ужин начался. Максим изо всех сил пытался блистать: говорил что-то об «оптимизации процессов», употребляя слова, которых никто не понимал.
Максим, простите, мягко прервал его Николай Егорович. Но если мы распределим потоки так, мы потеряем одесский контракт. Валентина, а вы что думаете? Слышал, вы ведущий аналитик в ИнвестПартнере?
Вот это поворот! Максим застыл в глазах грозовые тучи: «Молчи!».
Я широко и благоговейно улыбнулась мужу.
Ой, ну что вы, Николай Егорович! захохотала я, звеня браслетами. В нашей семье от всех решений зависит Максим он же у нас главный вектор! А я занимаюсь окружением: картошка, мясо, уют. Он мне строго запретил думать о таких сложностях, говорит, у женщин от этого морщины.
Николай Егорович поперхнулся картошкой. Коллеги переглянулись.
Максим побледнел, на лбу выступил пот.
Нет, ну правда, продолжила я с вдохновением. Максим утверждал, его предложения миллиардная перспектива. Куда уж мне со своими финансовыми отчётами догонять такого стратегического гиганта! Кстати, Максим, расскажи Николаю Егоровичу, как ты хотел заменить всю систему на «Облачный Эксель». Ну, чтобы не отставать от прогресса!
Это был попадание в яблочко. Про «Эксель» в облаке смеялись даже уборщицы на этаже, но дома он преподносил это как революцию.
Правда, Максим? Николай Егорович снял очки, посмотрел на мужа как на исткренне удивительного представителя исчезающего вида. Вы это серьёзно предлагали?
Я ну, это была только мысль, забормотал Максим, пряча глаза в холодец. Валя не так поняла…
Как не так? искренне удивилась я. Ты же сам весь вечер доказывал: ты визионер, начальство тормоза. Я соглашалась, не спорила!
Максим дёрнулся, уронил соусник. Бордовая лужа упрямо поползла к его брюкам. Он напоминал капитана теплохода, который сам прорубил пробоину в своём корабле.
Гости вскоре ушли, ссылаясь на срочные дела. Николай Егорович на прощание пожал мне руку и тихо сказал:
Валентина Андреевна, если надоест варить картошку место заместителя по стратегиям в отделе ждёт такого таланта.
Как только дверь захлопнулась, Максим обернулся весь дрожал.
Ты ты меня опозорила! Ты специально? Ты выставила меня дураком!
Я? искренне удивилась я, снимая халат. Максим, весь вечер я делала только то, что ты просил: не спорила, не лезла с мнениями, создавала фон. Если на таком фоне ты выглядел смешно может быть, дело не в фоне?
Он набрал воздуха для громкой речи, но я подняла ладонь.
А теперь слушай. Только не спорь: мне нужен отдых от твоих амбиций. Твои вещи собраны. Чемодан стоит в прихожей. Пусть твой «вектор» дальше лежит на диване у мамы в Соломенском районе. Там и шторы понравятся, и никто спорить не станет.
Ты не смеешь! Я муж!
Ты был мужем, пока был равным партнёром. А захотел быть царём не забудь, что трон стоит на моей жилплощади.
Я сидела у окна, наблюдая, как он грузит чемодан в такси. Мне не было грустно. В квартире пахло свободой и отголосками запечённой свинины это проветрится быстро.
Девочки, вот мой вывод: никогда не спорьте с мужчиной, уверенным, что умней вас. Просто отойдите в сторону пусть сам со всей дури врежется в суровую реальность. Грохот падающей короны лучшая музыка для женских ушей.
