Мы пытались отнести ваши вещи в комнату находок, сказал полицейский. Но… Кот у вас воинственный, никого не подпускает. Забирайте скорее ваши вещи и кота. У нас тут своих забот полно
Жду я на вокзале… Опять это бесконечное ожидание. Каждый вокзал свой где-то простор, где-то теснота, где уютные сиденья, где жёсткие лавки. Но все мы тут сидим, каждый со своей тревогой лишь бы не опоздать, лишь бы не забыть ничего, и мысленно ругаю себя: чего я так рано приехала, зачем это нервное ожидание?
Идут минуты, люди глядят в телефоны, газеты шуршат, кто-то бутерброды жуёт, дети капризничают, мамы им шикают… И вдруг замечаю к перекусывающим подходит кот.
В зале, что выходит прямо на Невский проспект, где пахнет чаем и чебуреками из пакетов, кот этот и появился впервые на моих глазах.
Он был крупный, немного неухоженный, серый такой, как дучий Петербургский туман. На шее у него синяя ленточка, а к ней табличка с номером телефона. Сразу видно был чей-то.
Люди его прогоняли, особенно женщины с детьми:
Брысь отсюда! Медведь какой-то, а не кот. Только не хватало нам тут ещё болячек.
Кот отходил, не пытался выпрашивать, просто садился рядом и смотрел в глаза. Смотрел так, будто сам не знал, зачем подошёл. Может, надеялся на что-то… может, просто хотел тепла.
Он хотел есть я это поняла сразу. Но как попросить?
Про кота мне потом рассказали его недавно сюда привезли. Хозяин умер, квартира досталась дальним родственникам. Те его без лишних слов в коробке на такси довезли до Ладожского вокзала:
Здесь хоть кто-нибудь покормит, буркнули, оставили и поспешили обратно.
А как просить о помощи кот не знал. Вот так он и сидел среди безразличия, вдыхал дымок пирожков и копчёной курицы.
Людям, втянутым в свои хлопоты, не до него было. Ждали поезда, думали о делах никто бы не захотел взять на себя ещё и кота.
В тот день Артём приехал на вокзал заранее: командировка короткая, ночь в поезде, утром в офис, вечером домой. 40 минут до отправления делать нечего, решился понаблюдать за жизнью вокруг. И тут, когда дерзкая мамаша отгоняла кота, Артём заметил зверя.
Ошейник приманил его внимание. Скорее всего, кот потерялся, решил Артём. Он достал из дорожной сумки котлеты, которые накануне вечером пожарила жена Лида. Открыл крышку, запах разлетелся вокруг.
Котик, иди сюда, позвал Артём тихо, нарочно не громко, чтоб не обратить внимания других.
Кот не подошёл сразу видимо, не раз огребал. Артём положил котлету на салфетку.
Не бойся, сказал он. Я добрый.
Кот, не сводя взгляда, подошёл и начал осторожно есть, как будто ощущал каждой крошкой своё прошлое. Артём быстро проверил номер на табличке не отвечал.
До поезда осталось минут двадцать, а ситуация запуталась. Артём позвонил Лиде жена всегда находила выход:
Лида, что делать? Кот домашний, номер не работает. Его тут гоняют…
Все у тебя как всегда выдохнула Лида. То кот, то воробей, то голубь… Ладно, зал ожидания, говоришь?
Да, обрадовался Артём.
Тогда говори номер, я попробую найти людей, а ты покормленного кота пока оставь, где нашёл.
Перед выходом на платформу он аккуратно отвёл кота к стене, оставил котлеты.
Жди Лиду, сказал Артём, погладив его. Она добрая, тебя не обидит.
Кот посмотрел в душу как благодарный взрослый человек, мягко ткнул лапой по руке будто и сам понимал, что кто-то о нём позаботится.
Теперь жди, малыш, не уходи. Мы тебя не бросим
Весь следующий день Артём звонил жене, спрашивал, как дела.
Искала, кормила, спрашивала всех, ответила вечером Лида. По базе нашли жильё. Вышло так хозяин твой умер, родственники выставили на улицу…
Тяжело стало на душе Артёма. Лида пообещала утром поехать ещё раз и найти кота:
Позвоню зятю с дочкой, вместе поищем.
Артём убеждал себя: «Ну, кот как кот, мало ли их бездомных. Но тревога жгла всё сильнее. Ночью приснилось опять ходит в зале, ищет глазами своё тепло».
Утром Лида сообщила искали до обеда, опросили уборщиц кота нет.
В чувство вины не отпускало. Едва поезд прибыл в Петербург, Артём, не заехав домой, побежал на вокзал.
Полтора часа искал: по залу, двору, вдоль гаражей, между мусорных баков, заглядывал под машины. Вскоре подъехала Лида с мужем дочери, начала его ругать, но тоже искала.
К двум ночи сели на лавку перед входом, закурили.
Промёрзла, сказала Лида. Что делать будем? Вещи где твои?
Оставил у пассажира… Он уехал давно!
Ну идём за вещами, вдруг не украли. Сдадим в машину снова поищем кота.
В зале их тут же остановил патруль:
Ваши чемоданы? Почему бросили?
Искали кота, ответили в один голос.
Вот этого? показал полицейский на их багаж.
Там, на сумке, развалился их серый котяра.
Хотели определить ваши вещи в комнату находок, объяснил сержант. Но кота от них не оттащишь.
Не пропал. Ждал.
Артём растаял, увидев мурлыку: тот сам бросился навстречу, начал ласкаться, жался к руке.
Ох, Артём, всегда у тебя всё необычно, улыбнулась Лида и поцеловала его. Ну, пошли, хватит искать приключения.
Артём взял вещи, Лида кота. Тот радостно мяукал, ластился, пытался облизать ей щёку.
Дома Лида первым делом устроила коту баню намылила хорошей хозяйственной мылом, смыла всё грязное прошлое, потом аккуратно вытерла, сняла синий ошейник, дала большую миску куриного бульона.
Ночью кот осторожно забрался на кровать, устроился возле неё и чуть слышно мурлыкал, будто боялся, что его снова выкинут.
Лида погладила его по шёрстке:
Спи, сиротиночка, спи. Тут твой дом теперь…
Кот замурлыкал громче и уснул.
Уснул и Артём, ему опять снилось, будто они ищут кого-то, зовут, а находят уже дома. Коту снилось, что всю жизнь искал дом и наконец нашёл.
А в это время где-то на Витебском вокзале бегала ещё одна рыжая, пугливая кошечка, смотрела исподлобья на прохожих и жалобно мяукала. Люди отвернулись, заторопились прочь.
«Не всех спасёшь, не всех накормишь…» подумали они.
Вот такие мысли сегодня у меня на сердце.
