Наша племянница Анна была всего тринадцати лет, когда мы впервые отправили её на две недели к бабушке в деревню. Тогда это казалось отличной идеей свежий воздух, покой, смена обстановки. В начале Анна с радостью проводила время с бабушкой, между ними быстро установилась тёплая связь. Но годы шли, девочка взрослела, и атмосфера старой украинской деревни во Львовской области теряла свою магию для столичной барышни. Всё сильнее ей хотелось обратно: по друзьям, по вечерним прогулкам по Киеву, по кино, по тем развлечениям, которые может дать только городская жизнь. К тому же Анна была единственной внучкой бабушки, и каждое её посещение было для пожилой женщины настоящей радостью.
Помню, как однажды отец Анны привёз её к бабушке, когда мать, Мария, рожала второго ребёнка. Решили, что Анне будет полезно подышать деревенским воздухом, пока в доме суета. К тому же зять отец Анны всегда помогал теще деньгами, когда внучка гостила у неё, чтобы на всё хватало и внучка ни в чём себе не отказывала.
Сначала бабушка не ждала помощи по хозяйству: ей просто хотелось почувствовать рядом живое присутствие и поговорить по душам. Она ценила возможность обменяться новостями и вместе пить чай долгими вечерами. Но со временем Анна стала более требовательной, нередко жаловалась. Она знала: отец переводит бабушке гривны, чтобы внучке покупали все самые лучшие продукты, и ожидала соответствующего обращения.
Однажды всё изменилось из-за пустяка. Как-то раз Анна устроила целую сцену, обнаружив, что кто-то съел её любимый булочник. Она сразу обвинила дальнюю родственницу, что жила в доме вместе с бабушкой. Ссора разрослась, пришлось даже вызвать отца, чтобы тот уладил конфликт. После этой истории в семье стало неспокойно, остались неприятные осадок и недосказанность. Тогда родственники решили больше не отправлять Анну к бабушке.
Для бабушки это решение оказалось тяжёлым испытанием. Она по-настоящему дорожила встречами с внучкой, несмотря на возникающие трудности: в этих редких днях было много тепла и света. Но так сложились обстоятельства. С тех пор встреч с внучкой больше не было. А бабушка стала всё чаще задумчиво смотреть в окно, вспоминая счастливое время, когда в её доме детский смех расплескивал жизнь по углам.
