Я возвращаюсь домой по проспекту Победы в центре Киева, только что вышел из поликлиники, чувствую усталость, шумит в голове. Мысли путаются, хочется скорее попасть домой, не видеть никого. Светофор загорелся красным я остановился. Случайно замечаю у разделителя измученную женщину с протянутой рукой и ребёнком на руках. Обычно таких много все проходят мимо.
Но тут у меня внутри всё сжимается. Это же моя дочь.
Я не сразу узнаю: худое, уставшее лицо, всклокоченные волосы, босые ноги, мальчик в слинге. Она прячет взгляд, будто надеется, что я не замечу. Я опускаю стекло.
Сашенька…
Дочь вздрагивает, отводит плечи, закрывает лицо ладонью.
Папа… пожалуйста, проезжай мимо.
Но я уже вылезаю из машины.
Поехали. Сейчас же.
Сзади сигналят, кому-то очень надо проехать, но мне всё равно. Я вижу только её и моего маленького внука, заплаканного и красного от жары.
В машине я включаю кондиционер, пару минут молчу. Наконец спрашиваю:
Где ваша квартира? Где машина, что мы вам купили? Куда делись деньги, которые я переводил каждый месяц? Саш, как вы оказались на улице? Где твой муж?
Сначала она молчит. Слезы блестят на щеках.
Муж с матерью всё забрали… и деньги, и квартиру, и машину, всё забрали. Нас просто выгнали, сказали: попробуешь спорить ребёнка заберут.
Я паркуюсь у обочины, смотрю на неё. Она вся сжалась, ждёт, что я её упрекну: «Я же говорил тебе». Но я просто беру её за руки, холодные и дрожащие.
Не реви, Саша. Я знаю, как поступить с этими людьми.
То, что я сделал дальше, повергло всех в шок.
Я не стал везти дочь домой. Мы направились в полицию.
Дочь испугалась:
Пап, не надо… они уверяют, что никто ничего не докажет, всё обошлось по закону.
Я спокойно отвечаю:
Докажем. Квартира ведь моя я же на себя оформлял.
Мы поехали с полицейскими в ту самую квартиру, которую я подарил дочери на свадьбу. Туда, где её с ребенком выставили за дверь.
Открывает дверь зять. Увидев полицию, побледнел. Его мать начинает кричать, что это «их жильё», «всё законно», «она имеет на всё право»!
Я достаю бумаги.
Эти люди незаконно заняли мою квартиру. Деньги, которые я переводил дочери, тоже украдены. Машина, купленная для неё присвоена против воли.
Квартира стихает.
Полицейские задают вопросы, осматривают документы, протоколируют ситуацию. Через десять минут на зяте уже наручники. Свекровь визжит, хватается за стены её тоже выводят.
Их задерживают прямо в квартире.
Квартиру, деньги и машину возвращают дочери по всем бумагам и в присутствии полиции.
Я смотрю на неё она снова прижимает к себе сына и впервые за долгое время по-настоящему улыбается.
А дальше я через знакомых делаю так, чтобы дело не закрыли, чтобы угрозы и воровство не списали на «семейные дела». Я добьюсь того, чтобы им выдали реальные сроки и больше никто не посмел так поступать.
