На нашем Донецком заводе над фамилией Савелия часто подтрунивали. И мужики, и женщины особенно, когда впервые слышали. Вот и на днях на проходной появилась новая охранница, лет под сорок. Только Савелий показал пропуск, как она, пробежав глазами фамилию, тут же кивнула с ухмылкой:
Ого! Домовёнкин? Неужели бывают такие фамилии?
Ну, сама видишь, Савелий улыбнулся и сразу перешёл с ней на «ты», выглядела она не старше его. Откуда только у нас ни возьмись.
И кто ж у вас в роду такого придумал, интересно? не унимается девица.
Савелий этот вопрос слышал сотню раз и давно научился подшучивать:
Про дедову бабу у нас всякая разная байка ходит. Будто бы когда-то она с домовым шалости учиняла. Ну и фамилия такая прижилась.
Вместо смеха охранница так серьёзно посмотрела, что Савелий того и гляди, сам расхохотался.
Ты шутишь, что ли? шёпотом уточнила она, напуганно.
А то! ухмыльнулся Савелий. Говорят, у всех Домовёнкиных теперь чуть ли не сверхспособности. Так что ссориться со мной опасно: могу, если что, ночью к тебе заявиться в облике домового и спать не дам.
После этого взглянула на него подозрительно и строго велела:
Ты мне тут не страшись! Я, если надо, и на домового управу отыщу. Проходи давай, людей не задерживай.
Вечером, когда Савелий уходил с завода домой, та же охранница стояла на посту и, завидев его, аж нахмурилась.
Ты чего такая сердитая, красивая? с доброй усмешкой спросил он.
Не «красивая», а Полина Игоревна! отрезала та и фыркнула. Проходи, чего расслабился!
«Вот здорово, только подумал Савелий, выходя, кажется, врага нажил. Не до шуток ей.»
Утром Полины Игоревны в проходной не было, но днем в столовой она сидит у его столика, когда он привычно доедал своё картофельное пюре с котлетой, и шепчет через стол:
Сознавайся, Домовёнкин, это ты ночью меня до нервной дрожи довёл?
Савелий чуть не поперхнулся:
Ты о чём, Полина Игоревна? Чем это до дрожи?
Не увиливай, Домовёнкин! Там ночью такое было Я ж ещё вчера тебя слышала: ссориться с тобой нельзя!
Ты как я при чём?
Сам обещал ночью к домом соваться! Ну?
Полина Игоревна, да это же шутка была!
Шутка?.. А кто у меня ночью одеяло утягивал, а за ногу хватал? Я, чуть с ума не сошла сердце ведь не железное!
Ты что, думаешь, я к тебе через форточку лез?
Да как хочешь, так и считай! Но я твои пальцы точно почувствовала.
Может, это бывший муж пришёл? ляпнул он от растерянности.
Какой муж? и так с раздражением, Уже пять лет одна живу! Это только ты оставался.
С чего ты взяла?
А потому что ты ж Домовёнкин! Сам говорил бабка твоя с домовым!
Я руками развожу ну, шутка же! Всем рассказываю! Все смеются, одна ты…
Вот и дошутились
Вся ночь у меня теперь в кошмарах весь дом шумит, заснуть не могу.
Да показалось, что-то приснилось, попытался успокоить он её.
Нет, Домовёнкин, замахала головой строгая и непреклонная Полина Игоревна. Сам начал, сам и разбирайся. Узнала я, что ты не женат, так что сегодня у меня ночуешь раз никто тебя ждать не будет.
Как это ночую? растерянно выдавил Савелий.
По смене идём сразу ко мне. Я тебя накормлю, спать уложу. А в девять разбужу, чтобы всю ночь меня сторожил. И следи чтобы домовой твой родственничек не смел появляться!
Я понял кивнул испуганный Домовёнкин.
После той ночи Савелий от Полины Игоревны уже никуда не девался. Оказалась она, хоть и горячая, но душевная, заботливая и, как ни крути, ласковая. А мужику что ещё надо? Заботу да тепло больше сам найдёт.
