Наши внуки, конечно, родные и любимые, но у нас уже нет сил на всё это.
Говорят, что дети это счастье. Внуки тем более. С этим трудно поспорить, но только пока их не слишком много, и пока ты в состоянии помогать. У нас с мужем была одна дочь, Марина. Я помню, когда ей исполнилось всего девятнадцать лет, вдруг сообщила нам, что ждёт ребёнка. А потом выяснилось будет сразу двое, близнецы. Ну, вышла замуж, как положено. Я тогда думала, что, может, со временем всё у них наладится.
Но всё это обрушилось на нас, как гром среди ясного неба. Молодая мать с двумя малыми детьми, её муж такой же зелёный, как она, едва сводил концы с концами на копейки. В основном, всё ложилось на наши плечи. Нам с мужем Сергеем пришлось искать подработки, чтобы прокормить и дочку, и внуков. С утра до ночи старались, из последних сил.
Первое время молодые жили у нас в квартире в Краснодаре. Я каждое утро выходила на работу не выспавшаяся, потому что ночью бегала к близнецам: то один заплачет, то другой закапризничает. Хотелось, чтобы Марина хоть немного поспала. Я и не заметила, как моё здоровье пошатнулось.
Так пролетело три года. Молодые, вроде, на ноги чуть-чуть встали, дети подросли. И тут Марина заявляет нам, что снова ждёт ребёнка. Я сразу сказала ей, что, может, пусть не рожает? Двух детей и так нелегко воспитать, а тут ещё один… Но Марина упёрлась нет, родит и всё тут. Ну, родила, и всё пошло по той же колее: снова денег не хватает, ещё один рот кормить. Муж её стал зарабатывать чуть больше, но а как ему пятерых человек содержать на одну зарплату?
У Сергея случился инсульт, а у меня сердце стало шалить. Мы оба понимали: дальше так не вытянуть. Я прямо сказала Марине: теперь вам самим нужно выкручиваться. И тут она огорошила нас: снова беременна, уже четвёртым.
Я просто остолбенела слов не нашла. О чём они думали? Видимо, надеялись, что мы с Сергеем вечно будем их поддерживать. А у нас уже больше нет сил ни моральных, ни физических. И совесть мучает не хочу, чтобы нас упрекали за то, что не помогаем дочери, единственной. Но мы уже сделали для них всё, что моглиНо тогда я впервые осознанно выбрала себя. Со слезами на глазах, дрожащими руками вытерла щеки и сказала дочери твёрдо:
Мариш, мы так больше не можем. Посмотри на нас с отцом мы любим вас, любим ваших деток но не справляемся. Пора вам самим взрослеть.
Я боялась, что она заревнёт, закричит, а вместо этого Марина вдруг сникла, села рядом, уткнулась лбом мне в плечо и тихо сказала:
Мам, прости Я правда не думала, что делаю вам плохо. Я просто боялась одна
Я обняла её. В этом объятии было всё: прощение, усталость, и любовь. Нам пришлось учиться отпускать себе позволить отдых, а Марине самостоятельность. Не бросили мы их совсем: иногда помогаем советом, иногда остаёмся с детьми на вечер. Но своё здоровье и спокойствие уже не жертвуем просто любим свою семью по-новому.
Прошёл год. Марина с мужем нашли работу получше, переехали в съёмную квартиру, стали учиться планировать не только жизнь, но и быт и своих, и детей. А мы с Сергеем будто заново научились дышать в новой, чуть тише, но такой же тёплой жизни.
Иногда дом всё равно наполняется криками и топотом внуков. Но теперь это редко и оттого особенно радостно. А ещё я поняла: счастье не в том, чтобы всё тянуть самой, а в том, чтобы вовремя отпустить и дать вырасти и детям, и себе.
