Последнее время, после пятидесятилетия, часто сижу у окна и думаю о своей жизни. Нельзя сказать, что она была счастливой вот прям настоящего женского счастья не испытала. Всё вертится вокруг Юрия, моего мужа. Ведь ведь изначально по любви сходились и я любила, и он меня. А когда всё пошло не так, не заметила этого перелома. Вот уж действительно, всё проходит незаметно
Жили мы в родной деревушке, в доме его матери Анны. Всегда старалась, чтобы в семье был покой, не ссорилась, уважала Анну, она ко мне с добром. Моя мама жила в соседней деревне с моим младшим братом, болела часто.
Бывало, подходили к Анне женщины из деревни возле колодца или в сельмаге, любили посплетничать:
Анн, ну как тебе с невесткой Таисией уживается? Без скандалов?
А она с достоинством отвечала:
Нечего плохого не скажу. Тасечка уважительная, всё умеет, хозяйка от Бога. Мне помогает одной бы не справилась.
Соседки только шмыгали носами, не верили:
Да ладно! Когда такое было, чтоб свекровь свою невестку хвалила? Нет, такого не бывает!
Анна на них махала рукой пускай думают что хотят.
Дочку Вареньку я родила, вся семья ликовала. Анна разглядывала во внучке свои черты, а я смеялась: мне всё равно, главное, что здорова.
Когда Вареньке исполнилось три, у меня появился сын Лёша. Опять хлопоты радостные. Юра работал, я с детьми. Анна помогала, как могла. Дом был в порядке, муж не пил, не гулял жила, как все, обычные семейные будни. А кое-какие соседки едва мужей из-за клуба вытаскивали уж там напьются, ночёвки под лавкой устраивают, жёны ругаются, плачут
Когда третий ребенок под сердцем уже шевелился, громом среди ясного дня узнала о Юриной измене. Тут в деревне ничего не скроешь только промелькнул слух, уж все знают. Валентина-соседка, любительница «новостях», пришла первой.
Тася, вот носишь ты третьего, а Юра твой… и словами не гнушается гуляет, неблагодарный! По бабам бегает.
Я только глазами хлопаю:
Валь, неужто? Не замечала ничего такого
А когда тебе замечать, ты вся в хлопотах. А он живёт для себя. Таня-вдова даже не скрывает связь с ним.
Расстроилась страшно. И Анна знала, но промолчала жаль ей меня. Мужа ругала, он отнекивался:
Мать, что ты, бабские разговоры. Не был я у неё! Ты что, видела?
Валентина тем временем опять под горячую руку прибежала:
Только что видела, Юра твой к Таньке забежал! Ты одна останешься, подумай! Иди, разберись с этой бессовестной! Ты же беременная он не посмеет!
А я боялась в открытую с Таней сцепиться, знала, характер там боевой. Жили они плохо, муж её в реке утонул, ругались, дрались Таня закалённая. Но всё же решилась: схожу, глаза мужу посмотрю, пусть признается.
Пойду, Анна, хоть узнаю правду, сказала я.
Куда ты с животом? Не надо… только вздохнула свекровь.
Поздно было, осень темень. Постучала в окно Татьяне, жду. Та, за дверью прячась, только кричит:
Чего тебе? Чего стучишь?
Открой знаю, Юра у тебя! Люди добрые сообщили!
Только смех в ответ и ни двери не открыла, ни на порог не пустила.
Пришла домой, муж вернулся за полночь, пьяный впервые за долгое время.
Где был?! Я знаю, у Таньки! спросила.
Вот что ты выдумываешь Я с Геной пил, сидел не заметили как ночь прошла.
Я промолчала поздно, да и смысла в скандале нет. «Не пойман не вор», как у нас говорят. Всю ночь думала:
«Куда пойдёшь с двумя, скоро третьим? Мама больная, брат с семьёй, тесно там, куда? Куда податься?»
Мама мне всегда советовала:
Терпи, дочка. Вышла замуж терпи ради детей. Мне с твоим отцом было не легко. Пил, гонял, прятались по соседям. Бог всё видит, унес его. Юра хоть не пьёт, не лупит. Женская участь терпеть.
Не совсем я с ней согласна, но понимала выхода не было. Анна тоже успокаивала дочка, что нам двоим делать? Куда с детьми пойдёшь?
Третий ребёнок дочка Арина родилась слабенькой, часто болела. Видимо, переживания дались ей в утробе. Потом окрепла, Анна много сил вложила.
Тась, слышала? опять как птица прибежала Валентина, новое Таня к себе Мишку пустила, тот от жены ушёл.
Пусть живёт, не до неё мне, сказала я. Про себя же пусть хоть моего Юру стороной обходит, станет.
Но месяца через два Валя опять:
Мишка вернулся к жене! Танька одна! Теперь опять мужика искать будет. А ты Юру держи, не ровен час опять вернётся к ней.
Юра остыл, работал, домой. Время шло, муж ушёл из буйной жизни в диванную. Здоровье уже не то: вот сердце болит, вот спина, вот колени ноют.
Тася, сердце прихватывает Тася, суставы что-то Может в райцентр к врачу?
Мне его теперь уже не жалко. Сколько слёз, сколько разочарования, пока угомонился.
Здоровье подводит теперь пусть бывшие заботятся, думала я.
Анна тихо ушла, похоронили рядом с мужем. Теперь в доме тихо, спокойно. Иногда приезжают дети и внуки, радость для обоих.
Юра жалуется детям на здоровье, даже упрекает меня, что не лечу его. Варя, старшая, лекарства привозит, с отцом носится, мне ещё замечание:
Мам, не ругайся на папу болеет же…
Больно мне: дочь на его стороне.
Дочь, он сам виноват. Молодость была бурной. Я и свою не железная, сколько здоровья истратила, пока переживала, оправдываюсь.
И сын приезжает, к отцу тянется. Мужики…
Дети меня словно не понимают: сколько я терпела, как не могла уйти, думала об их судьбе. Всё объясняла, что отец их изменял. В ответ только:
Мама, не вороши прошлое, не изводи папу, Варя строго.
Сын успокаивает и гладит по плечу:
Мам, что было то прошло…
Больно, конечно, но понимаю, и не обижаюсь сильно. Такая уж судьба.
Спасибо за добрые слова, подписку, вашу поддержку. Пусть у всех будет счастье и покой в семьях.
