Слушай, я раньше вообще не думал, что какие-то там пять минут могут реально перевернуть всю твою жизнь. А вот ведь взяло и перевернуло.
Было это года три назад. Тогда я впервые увидел, как она торопится ко мне на остановку. Ну, как «торопится» это громко сказано. Бабушка, лет под восемьдесят, с палочкой, семенит изо всех сил, сумку волочит и свободной рукой размахивает, будто от этого зависит её судьба.
Ну я, конечно, затормозил. Как не затормозить тут?
Спасибо тебе, дорогой, выдохнула она, ухватившись за поручень. Старые кости совсем уже не те
Да ничего, садитесь, ответил я.
С того момента она стала моей постоянной пассажиркой. Каждый вторник и пятницу ждала меня на этой же остановке то в поликлинику, то у сестры бывала. Приезжала всё время прямо в ту минуту, когда мне уже пора было выезжать.
Второй раз вижу в зеркало поглядел она опять идёт, еле плетётся. Коллега за спиной шепчет:
Давай, поехали уже, опаздываем!
А я на неё смотрю: зелёное пальто, пакет в руке идёт как на праздник.
Подождём, говорю.
Во, догонят же
Пусть догонят.
Залезла в салон, смотрит глазами такими светлыми и шепчет:
Ты как ангел.
Так и повелось. Каждый вторник и пятницу я останавливался и ждал её. Тридцать секунд, минуту, две сколько нужно, столько и стоял. Никто даже и не ругался. Люди её уже знали, полюбили даже. Иногда кто-нибудь выглядывал:
Вон, идет наша бабушка!
Потом она стала приносить мне домашние пирожки.
Внучка испекла, говорит. Хотя я, честно, не особо верил.
А вот однажды это уже середина июля была её не оказалось. Ни в этот пятничный день, ни на следующей неделе. Прошла неделя, потом ещё. А я всё притормаживал, смотрел нет её. Не идёт.
Заболела, видно, сказала мне женщина из пассажиров. Возраст, что уж
Недели через три смотрю идёт. Ещё медленнее, теперь на ходунках. Я не выдержал, вышел к ней.
Всё ли у вас в порядке?
Слёзы у неё на глазах.
Я в больнице лежала. Но дочери своей сказала должна ещё раз успеть на твой автобус.
Я помог ей зайти, и все в автобусе зааплодировали, представляешь?
А во вторник на прошлой неделе у меня был последний рабочий день на маршруте. Тридцать с лишним лет откатал и на пенсию. Подъезжаю к остановке и глазам не верю: там не одна бабушка, а человек сорок! И пассажиры, и соседи по району, даже продавец с рынка.
Плакат держат:
«Спасибо тебе! Ты научил наш район, что доброта никогда не бывает поздней».
Вышел я растерялся. Бабушка подошла, внучку держит, обняла меня.
Ты меня всё время ждал, говорит. Сегодня мы все ждём тебя.
Речи были, табличку вручили. Сказали, что теперь остановка будет носить моё имя «Остановка человека, который всегда ждал».
У меня голос дрожал.
Да что… Я же просто стоял, ждал. Разве это что-то особенное?
Кто-то сзади закричал:
Особенное! В нашем городе все бегут, а никто не ждёт!
И все снова аплодировали.
Когда вечером всё рассказал жене, она сказала:
Вот за это я тебя и люблю. В мире, где все куда-то мчат, ты всегда знал, когда нужно остановиться.
Табличку ту я поставил рядом с фотографиями детей. Но больше всего осталась в душе её улыбка. Каждый раз, как заходила, и тихое: «Спасибо, дорогой».
Все говорят я сделал что-то невероятное. А я ведь просто подождал.
Иногда думаю может, это правда самое невероятное, что можно сделать: подождать другого, когда весь мир тянет тебя идти дальше.
