Одна бабушка из-под Белгорода завела себе щенка кавказской овчарки. Пёс рос не по дням, а по часам и охранял каждый уголок двора. Таз еды исчезал за секунду, забор бабушка была вынуждена чинить каждую весну уж очень пес любил чесаться спиной, отчего доски стояли буквой «зю». Иногда даже старушку тащил за собой, если она проходила слишком близко. Ну а что молодому щену хоть какие-то развлечения нужны!
А потом бабушка тихо скончалась. Не по вине собаки, нет, просто не дотянула до девяноста. Вот съехались дети и внуки в её добротный дом с вишнёвым садом. А у забора на цепи сидит тот самый друг величественная, как Илья Муромец в лучшие годы, овчарка. Смотрит на родню с таким выражением, что ясно: ну наконец-то гости, а значит, будет витаминная радость и куры гриль без брёвна в горле.
Стали родственники думать, что делать с богатырём. Жалко усыплять, страшно держать рядом, да и отпускать на свободу не по-христиански. Мир не такой уж злодейский, чтобы такие испытания устраивать прохожим и почтальонам. Решили искать добрые руки. Хоть и с доплатой не жалко, лишь бы забрал кто-то с душой добрее.
Нашёлся мужик по имени Фёдор, который мечтал о тёплом друге, чтобы тазиками кормить и за ушами чесать не руками, а специальной грабелькой. Какие только психологические потребности ни бывают у русского человека! Позвали ветеринара дело серьёзное.
Ветеринар объяснил, как действовать: усыпить красавца снотворным и доставить на новое место. Главное не забыть перекрестить нового владельца, свечку за здравие поставить ну, или за упокой, запасаемся на все случаи жизни.
В условленное время доктор явился с ружьём. Ветеринар, как всегда, храбрец с большой буквы. Зарядил в пушку шприц с снотворным, одним глазом на собаку, другим на восторженную родню бабушки. Выстрел и пес покоится в Царстве Морфея. Отцепили от забора, уложили на простыню и потащили в сторону новой судьбы.
Погрузили здоровенного пса в багажник, а сами расселись кто где: ветеринар впереди комфорт лучше доверить профессионалу, Фёдор сам у руля (думает, достойный способ открыть новую жизнь!), сзади вся родня, словно на экскурсии. Едут, песни поют, да тут собака начинает приходить в себя.
Сначала приоткрыла один глаз, потом другой. Вокруг люди, все переминаются и на неё, красавицу, косятся. Ветеринар глаза выпучил вот это поворот! Новый хозяин перестал смотреть на дорогу ему тот момент казался важнее Преображенского собора! Родня замерла.
«Вот это да!» думает собака.
«Есть ли на том свете рай для таких, как мы?» думает родня.
Пёс мигом начал переваливаться в салон, поближе к людям. А Фёдор тем временем лихорадочно дёргал за ручку: вдруг получится выпрыгнуть на ходу? Но пес, не дождавшись приглашения, облизал всех разом. Ведь это почти семья! Родному хозяину спасибо, родне уважение, ветеринару особый поцелуй за необычный способ транспортировки. Ну, человек-человеком, а стрелять в друзей не по-русски!
Так и поехали дальше мокрые от макушки до пят. Поверху от обилия собачьей нежности, которую невозможно проморгать. Снизу от нахлынувших чувств и не до конца переваренного адреналина. Вот такая у нас, родная и любимая дача под БелгородомИ вот, когда добрались они до нового двора, Фёдор, ещё не до конца пришедший в себя, открыл багажник, а пёс уверенно спрыгнул на землю и тут же начал обнюхивать будущий дом, будто именно он, а не люди, выбирал, подходит ли ему этот новый очаг.
Постояли все у крыльца молчат, смотрят друг на друга. И вдруг у кого-то из родни срывается смешок, за ним второй, третий понеслось! Смех весь напрямик, сквозь лёгкую грусть и нелепый страх, становится светлым и почти детским. Даже ветеринар отпускает с плеч ружьё и, неловко перекрестившись, подмигивает Фёдору дескать, живи да радуйся, богатырь!
Пёс лезет в самую гущу, будто чувствует теперь он охраняет не просто двор, но целую память: разом и бабушкину любовь, и семейные секреты, и хранившийся в саду запах счастья. Он бросается к заборам, что царапались его спиной, нюхает старый фартук, оставленный на лавке, и ловит на лету упавшее яблоко да так ловко, что дети визжат от восторга.
А Фёдор встаёт на крыльцо и зовёт: «Пойдём, друг, покажу тебе твой новый диван!» Пёс смотрит на него долгим взглядом, в котором будто отражается мгновение перехода из одной жизни в другую, но обязательно вместе с человеком.
Родня садится пить чай. В седых сумерках, под вишнями, светятся окна, а в них тёплый свет и огромная собачья тень. И кажется всем вдруг, что бабушка совсем не ушла: она гдето рядом, улыбается, глядя сквозь прозрачный парник и собачий нос на людей, которые наконец-то вспомнили, как просто быть семьёй.
А пёс, распластавшись на новом ковре, знобя пол и семейные сердца теплом своего могучего тела, тихо сопит. В этот миг никто не боится, не грустит и не вспоминает о плохом, потому что счастье, как часто бывает, пришло в дом на четырёх лапах.
