Она отвергла его из-за одежды, но через минуту провал острыми углами кольнул её сон и она горько пожалела
Все знают: «Встречают по одежке, провожают по уму». Но когда отблеск дорогой ткани становится потолком для чувств, какие чудеса таятся в тенях того, что мы не замечаем? Этот сон случился в самом сердце Киева, и он был настолько реальным, что ледяной ветер гулял по брусчатке и портил лак на каблуках.
Картина почти вырезана из глянца
Вечер пятницы плыл, как черный чай с дымком, скользя по узким улицам Печерска. В окнах бутика свет танцевал на мокром асфальте. Перед дверью стояла пара. Варя сияла в алом платье серьги имели мелодию звонкого смеха, а ее волосы лежали в той причудливой укладке, что снится парикмахерам в лихорадочных грезах.
Рядом невесомо топтался Илья, в томной и почти невидимой куртке будто позаимствованной у полусонного дворника, и простых джинсах. Вдруг он коснулся одним коленом земли, достал коробочку невыразимого бархата и посмотрел в лицо Варе глазами, в которых солнце собиралось упасть:
Варя, я люблю тебя сильнее, чем все мосты Днепра. Ты обвенчаешься со мной? прошептал он, будто боялся разбудить ее, если она и вправду была сном.
Но вместо слез или улыбки ее губы скрутились в ломкую гримасу пряная смесь насмешки и брезгливости. Она посмотрела на кольцо с такой тоской, с какой няня глядит на разбитую чашку, а потом перевела взгляд на его куртку и посторонний холод пронесся меж домов.
Ты на полном серьезе, Илья? резко и внятно выплюнула она, скрестив руки, словно готовясь встретить метель. Оглянись! Ты думаешь, я я! выйду за парня, у которого на проезд в маршрутке последняя гривна? Эта твоя куртка Это даже не смешно! Мне нужен другой уровень, не кто-то, кто считает копейки до аванса.
Илья все еще стоял, едва дыша, будто держал на лбу ледышку; Варя же уже выворачивала плечо, чтобы уйти, как всегда резко и звучно, по стеклянным плитам собственного достоинства. Но вдруг сон завихрился и поменял правила.
Поворот как на сливках
Сквозь сонное мерцание фар, к тротуару подкатила блестящая, заледеневшая тонированная «Тойота Ленд Крузер». Хлопнула дверь и из машины вынырнул мужчина в строгом костюме, с планшетом с отражением уличных фонарей в руках.
Он почти бегом двинулся к Илье и Варе. Не обращая внимания на девушку в алом, наклонился к Илье:
Господин, извините, что отвлекаю Совет директоров уже ждет вашу подпись. Слияние почти завершено. Нам надо ехать, голос был словно шлифованный металл.
Глаза Вари выросли до размеров апельсинов, а мысли до лихорадочного ветра. Рот её открылся, закрыться забыл метался между роскошью внедорожника, серьезностью помощника и потертым воротником куртки Ильи.
Илья встал, отряхнул колено, щелкнул будто закрыв маленькую шкатулку с самыми острыми снами. Он не сказал ничего больше, чем нужно в сне, где тишина весомее слова. Он смотрел на Варю пристально, как волк смотрит на луну.
Пробуждение
Илья голос Вари подрагивал, как струна. Это что вообще? Какое слияние?
Он спрятал кольцо. Его слова легли на мокрую плитку мягко.
Варя, я всю зиму приходил в этой куртке и почти не говорил, как обстоят дела у меня в банке. Мне нужна была не та, что любит цифры, а та, что любит. Теперь я знаю и за это благодарю тебя.
Варя побледнела всем лицом в этом сне даже зрачки мерцали, как у рыб на прилавке. Рука ее метнулась к его пальцам:
Илья, дай сказать Я волновалась, испугалась давай начнем заново? Я не думала
Он очень осторожно, будто не хотел уронить сны, убрал свою ладонь.
Спасибо тебе, Варя. За честность во сне. Ты действительно права мы не из одного теста. Некоторым вкуснее сахар на этикетке, чем мед во взгляде. Прощай.
Он скользнул внутрь джипа, помощник захлопнул за ним дверь, и внедорожник растворился, прихватив с собой все ртутные отблески ночного Киева.
Варя осталась стоять одна на холодном тротуаре Печерска. Красное платье растеклось по лодыжкам и потеряло свет как сон, который был, но не был. В этот момент она вдруг осознала: иногда сон уходит и уносит любовь за горизонт и ничего нельзя исправить.
Что оставляет этот сон?
* **Все настоящее невидимо:** Статус, гривны, бренды можно просунуть в щель сновидения, а простые вещи кровь, доброту, смех не сотрет ни один дождь.
* **Не верь глазам:** Самые богатые души спят в простых одеждах.
* **Меркантильность хранит в себе пустоту:** Если душа ищет только кошельки, то окажется одна во сне и наяву.
*А что бы вы выбрали, если бы вдруг этот сон нахлынул на вас? Надо ли проверять чувства или стоит просто проснуться?*А Варя смотрела вслед исчезающим фарам и вдруг почувствовала, как хрупким стал этот город, как зыбко её сердце будто его прорезал ледяной луч молчаливого «прощай». Её каблуки больше не звенели по асфальту, а вместо затаённой гордости в груди пустота царапала изнутри. Она попыталась улыбнуться, но губы лишь шевельнулись, как у статуи, застигнутой дождём.
Словно только сейчас Варя увидела витрины без отражения, мокрый камень без блеска, вечер без тепла маленький, честный кусочек реальности в хрустале несбывшихся желаний. Она вспомнила, как смеялась сама над простой курткой и как этот смешок стал, пожалуй, самой дорогой ошибкой в её жизни.
По тёмной улице прошёл случайный прохожий, не обратив на неё ни взгляда, и в этом равнодушии было вдруг что-то освобождающее, как свежий, горький воздух после грозы. На миг Варе показалось если она сделает шаг в сторону от своей прежней тени, то сможет начать заново. Но только уже не для Ильи, а для себя. Может быть, это и есть ответ на загадку снов: любовь приходит к тем, кто разрешает себе разглядеть её за границами фасада, кто, просыпаясь, не отказывается от своего сердца, каким бы уязвимым оно ни казалось вчера.
Она провела пальцем по холодной стене, вдохнула глубже, медленно повернулась и пошла к свету следующего перекрёстка навстречу утру, в котором не понадобится извинять свои чувства и доказывать смысл простых вещей. Потому что только во сне можно потерять любовь, а проснувшись научиться быть собой и стать, наконец, по-настоящему свободной.
