В городской библиотеке в центре Москвы всегда царит тишина, даже когда приходят читатели. Аграфена не замечала их, потому что, войдя в зал, где величественно возвышаются массивные стеллажи, люди сразу останавливались, оглядывались и только потом спокойно подходили к ней.
Добрый день, вежливо приветствовали каждый, кто входил, и сразу же просили нужную книгу.
Добрый день, отвечала она с улыбкой, внимательно выслушивая очередного посетителя.
Аграфена была посвоему доброжелательна и учтивa; работа в библиотеке подходила ей как нельзя лучше. Порой она думала:
Как здорово, что судьба привела меня сюда. Не представляю, где ещё можно работать так спокойно и с радостью. Чаще всего читатели тоже вежливы.
Иногда заходил ктонибудь, требуя книгу срочно, нервно поглядывая, пока Аграфена ищет нужный том, заполняет карточку. Она оставалась терпеливой, не позволяя себе возмутиться.
Чтение было её детской страстью, поэтому профессия не вызывала сомнений книги её стихия. Среди них она чувствовала себя уверенно, была начитана, перечитывала десятки произведений.
В то время как подруги бросались в свидания, спешили к ребёнку, переезжали, ссорились и мирились, Аграфена просто жила, тихо и размеренно.
У неё был тихий, спокойный голос, привычка поправлять очки, когда чтото не так, тёплый взгляд серых глаз, светлые волосы всегда в пучке на затылке, одежда аккуратна и строгa.
Ей было двадцать семь, и ровно через два дня после её дня рождения в библиотеку вошёл симпатичный молодой человек в очках. Окинув его взглядом, она подумала:
Приятный мужчина, лет тридцать, не меньше.
Она поймала себя на мысли, что раньше почти не замечала мужчин, приходящих в библиотеку, а теперь вдруг обратила на него внимание.
Добрый день, тихо и учтиво поздоровался гость.
Добрый день, ответила Аграфена.
Мне нужна книга, он задумался, будто вспоминая автора, а затем уверенно назвал название, надеюсь, у вас есть.
Подождите минутку, нужна будет чутьчуть времени, книга находится в верхнем ряду, сказала она, направляясь к стеллажу.
Это был Тихон, застенчивый инженер из архитектурного отдела, который перебирает старые чертежи и разрабатывает новые проекты. Дождавшись, когда Аграфена принёс ему том, он улыбнулся тёплой улыбкой.
Аграфена занялась заполнением карточки, узнав, что его зовут Тихон. Он поставил подпись, но стоял рядом с книгой, теряясь в нерешительности.
Спасибо, вспомнил, что не поблагодарил её.
Пожалуйста, ответила она.
В тот момент в зале чтото изменилось: они посмотрели друг на друга, но слова застряли в горле. Время тянулось бесконечно, пока Аграфена первой не нашла силы заговорить.
Тихон, вам ещё нужна какаято книга?
Да то есть нет растерянно пробормотал он, но собравшись, спросил:
Вы знаете моё имя, а как насчёт вашего?
Аграфена, скромно ответила она.
Хм, Аграфена красивое, порусски звучащее имя, улыбнулся он, заметив её застенчивость, ведь сама была похожа на него.
Спасибо, повторил Тихон, я обязательно верну книгу в целости. До свидания.
Я в этом не сомневаюсь, вежливо ответила она.
Тихон выглядел безупречно: отглаженные брюки, чистая рубашка, галстук, костюм, блестящая обувь. Он ушёл, а Аграфена ещё долго думала о нём.
Мы, кажется, родственные души, подумала она, улыбнувшись себе, но вроде бы я не обращала столько внимания на читателей раньше.
Тихон, покидая библиотеку, рассуждал:
Какая симпатичная девушка, в библиотеке ей место, а я всё както запнулся, не смог сделать комплимент. Почему я такой стеснительный? Моя скромность только мешает. Ой, а образ Аграфены теперь в голове всё время!
После обеда он с трудом сосредоточился на работе, мысли о ней мешали смотреть на чертежи.
Что это за наваждение? бормотал он, пытаясь отвлечься.
На следующий день в обеденный перерыв он вновь пришёл в библиотеку под предлогом взять ещё одну книгу.
Добрый день, Аграфена, она подняла глаза, и он удивился, как уверенно она смотрела на него.
Добрый день, улыбнулась она, как старому знакомому, нужна ли вам ещё книга?
Тихон, покраснев, признался:
На самом деле я пришёл к вам, а не за книгой. Мне очень нравитесь простите меня за откровенность.
Глаза Аграфены засияли, щеки её тоже порозовели.
Зачем извиняться? Вы мне тоже понравились вчера, честно говоря, я почти не спала всю ночь.
Он улыбнулся: Я тоже. Не сомкнул глаз, как только о вас подумал.
Повисла неловкая пауза, оба молчали. Наконец Тихон нашёл слова:
Аграфена, можно я проведу вас домой после работы?
Можно, ответила она, слегка улыбнувшись.
С того дня их встречи плавно перетекли в прогулки по парку, где он с вдохновением рассказывал о своей работе, а она делилась книжными новинками.
Тихон, книги, как люди, у каждой своя душа, говорила она, а он лишь кивал, понимая, как дорога ей эта работа.
Наступила холодная осень, они часто сидели за чаем на её кухне, молча глядя друг в друга и соглашаясь без слов:
Да, нам и в тишине хорошо.
Они делились мечтами. Аграфена хотела увидеть Венецию, читала о ней всё, а Тихон представлял, как они плывут в гондоле по узкому каналу.
Однажды Тихон пришёл в её выходной с букетом красных роз.
Это тебе, Аграфёнка, давай поженимся, я давно об этом мечтал Согласна?
Согласна, ответила она, радостно и без лишних слов.
Свадьбу провели скромно, без шумных торжеств, потому что им некуда спешить. Жизнь шла размеренно, оба были счастливы, нашедши друг друга. Единственное, что тяготило их, отсутствие ребёнка.
Не отчаиваясь, они взяли из приюта чёрного кота, назвали его Барсиком, купили дачу. Так шла их жизнь: работа, дача, вечерние книги, душевные разговоры за чаем, мурлыканье Барсика. На даче Тихон делал скворечники, она вязы носки, ухаживала за клумбами. Соседи иногда шептались за спиной:
Скучно живут, каждый день одно и то же.
А они не скучали. Тихон каждое утро варил кофе в старой турке, наливал его в красивые чашки, Аграфена крошила хлеб для синичек у окна. Летом проводили время на даче, зимой сидели у печки, слушая треск дров. Говорили мало зачем слова, когда всё понятно?
Прошли годы, они стали пожилыми, не спеша любили друг друга. На пенсии почти всё время проводили в даче, наслаждаясь тишиной, пением птиц, сбором грибов. С соседями жили в дружбе, за это их и уважали.
Однажды Тихон вернулся из магазина с красивой бутылкой хорошего российского вина и фруктами. Аграфена удивилась они почти не пили спиртное. Он достал два бокала, вытер их кухонным полотенцем, которое всегда использовал, когда она мыла посуду, посадил её за стол и налил вино.
Подняв бокал, Аграфена улыбнулась:
За нас?
Нет, сказал Тихон, вытаскивая из кармана два билета на самолёт, за Венецию.
Аграфена замерла. Они мечтали об этом всю жизнь, но всё откладывали: работа, дача, кот.
Но мы же уже старики, заметила она.
Не старики, а пожилые, поэтому и летим, ответил он.
Они полетели. Гондолы, узкие каналы, смех, словно подростки. Она в соломенной шляпке, он с фотоаппаратом в руках. Вечером, когда солнце опускалось в лагуну, он снова признался:
Как же я счастлив с тобой, Аграфёнка, люблю тебя безмерно
Я благодарна тому дню, когда ты сделал мне предложение. Знаю, как трудно было тогда. Спасибо, что исполнил мою мечту. Больше ничего не нужно, лишь бы мы были вместе.
Они рассмеялись, ведь это было их общее желание. Так и жили дальше, не спеша, наслаждаясь каждым мгновением.
