28 марта 1950 года. Сегодня, записывая свои мысли в черный журнал, я вновь вспоминаю зимний холод, что

После похорон моего мужа, сын притащил меня к краю МКАД и прошептал: «Вот здесь ты спрыгнёшь»… Он и не

28 марта. Дневник. Сегодня утром моя невестка Лада позвонила и попросила меня заехать за нашим внуком

Зимний 1950‑й год в нашей деревне Сухая был пронизывающим до костей. В тёмной избе, стены которой были

Год прошёл, и я наблюдал, как мама медленно гасси́ла от неизвестного недуга, а вчера заметил, как её

— «Когда же меня уже не будет?» — прошептала невестка, прислонившись к моему больничному койке, не подозревая

После похорон мужа я шла с сыном к краю деревни. Он остановился, посмотрел на меня и сказал: «Тут и спешишь».

Мальчик терпел ежедневные наказания своей мачехи… пока одна служебная история с кобелем не заставила

Год я медленно исчезала от неизвестной болезни, а вчера заметила, как невестка подсыпает белый порошок

С того времени, когда я еще помню, моя дочь возвращалась домой в час ночи, а её тень оставалась где‑то позади.










