Я построил свой дом на земле моей свекрови. Муж умер, и она решила продать участок ради дочери. Я позвонил экскаватору.
Когда я встретил свою супругу, мы были молоды, влюблены, у нас не было ни рубля за душой. Мы быстро поженились, несмотря на все предостережения. Любовь внушала, что вместе нам всё по плечу. Мать жены предложила нам кусок своего участка в Подмосковье.
Стройтесь здесь, сказала она тогда. Земли много, мне одной столько не нужно.
Мы переглянулись, и внутри у обоих поселилась надежда. Это был наш шанс начать всё с нуля. Мы стали копить каждую копейку. Я работал на стройке с утра до ночи, а жена убиралась, шила, хваталась за любую работу. В выходные работали вдвоём, по кирпичику возводили наш дом.
Помню его руки все в мозолях от цемента и усталую, но счастливую улыбку в сумерках.
Будет красиво, говорил мне, целуя в лоб. Здесь наши дети будут расти.
Три года ушло у нас. Три года лишений, экономии, бессонницы. Но мы смогли. Поставили добротную металлическую крышу, пластиковые окна, настоящую плиточную ванную я каждую плитку выбирал сам. Муж даже соорудил в палисаднике небольшой бассейн.
Для детей, чтобы лето было веселей, гордился он.
Дом был не роскошный, но наш. В каждом кирпиче наш труд, наша любовь и мечты.
Свекровь бывала часто. Пили чай в саду, она говорила, что счастлива за нас. Её другая дочь, Лариса, приезжала редко. И каждый раз смотрела на дом так, будто ей было и завидно, и неприятно.
А потом пришёл тот злосчастный вторник.
Муж ушёл на работу, как всегда, рано. Обнял меня у двери:
Увидимся вечером. Люблю тебя.
Это были последние его слова.
Мне сказали, что всё произошло мгновенно. Бревно на стройке… не страдал. А я да.
Я погрузился в такую тоску, что порой забывал дышать. Спустя две недели после похорон узнал, что жена беременна. Четыре месяца. Девочка. Наша мечта уже без него.
Поначалу свекровь заходила каждый день, приносила еду, обнимала. Я думал, что не останусь совсем один. Но через месяц всё изменилось.
Был воскресный день. Я сидел в зале, гладил женин живот, когда услышал, как приезжают они. Зашли, не постучав. Свекровь не смотрела мне в глаза.
Нам надо поговорить, сказала она.
О чём? мне стало не по себе.
Лариса в сложной ситуации. Она развелась. Ей негде жить.
Жаль, сказал я искренне. Если надо, пусть поживёт у нас…
Нет, перебила она. Ей нужен именно этот дом.
Время остановилось.
Что?
Земля моя, холодно сказала свекровь. Всегда была моей. Вы строили, но землю я не отдавала. А теперь сына нет.
Но мы построили этот дом, голос дрожал. Каждый рубль, каждый кирпич
Очень жаль, подхватила Лариса. Но по закону дом стоит на участке, а участок наш.
Я жду ребёнка от вашего сына! выкрикнул я.
Тем более, ответила свекровь. Ты не справишься один. За вложения кое-что получишь.
Она сунула мне конверт. Внутри смехотворная сумма. Плевок в душу.
Это оскорбление, сказал я. Я не возьму.
Тогда уйдёшь и без этого, ответила она. Всё решено.
Я остался один в нашем доме, построенном любовью. Я рыдал за супругой, за ребёнком, за разломленной судьбой.
В ту ночь я не сомкнул глаз. Обошёл каждый угол, потрогал стены. Решение пришло само.
Если уж мне этот дом не получить никому не достанется.
На следующий день начал звонить всем подряд. Сняли крышу. Демонтировали окна. Бассейн. Трубы. Проводку. Всё, за что платили кровными рублями.
Вы уверены? спросил рабочий.
Совершенно, ответил я.
Свекровь явилась взбешённой:
Ты что творишь?!
Забираю своё. Вам ведь нужна только земля? Вот и оставляю.
Договоров не было. Только наш труд и пот.
В последний день подъехал экскаватор.
Точно делать? спросил водитель.
Это уже не дом, сказал я. Дом умер вместе с женой.
Железо заворчало. Стены, по которым текли наши мечты, падали одна за другой. Больно. Но легко.
Всё, что осталось, руины.
Сейчас я живу у матери, в маленькой комнате. Продал крышу, окна этих денег хватит, чтобы прожить до рождения дочки.
Я расскажу ей о матери. О том, как мы вдвоём строили дом своими руками. И научу: когда весь мир у тебя отнимают, главное сохранить достоинство.
А ты как считаешь правильно ли я поступил, что разрушил дом, или мне следовало уйти молча и оставить всё им?
