Правда, что сдавила все внутри
Как сейчас помню, еще в те годы, когда только начиналась весна, я развешивала белье во дворе у дома в сибирском поселке, и вдруг услышала тихое всхлипывание. За чахлым штакетником сидела наша соседская девочка восьмилетняя Олеся. Училась она во втором классе, но была маленькая, худенькая словно ей и шести не дашь.
Олесь, опять тебя обидели? Пойдем, милая, ко мне, позвала я и отодвинула старую доску в заборе, которую сама же прибивала не раз уж часто Олеся прибегала прятаться у нас.
Мамка выгнала сказала: «Вон отсюда», вытирая слезы, рассказывала девочка. С дядей Сережей там у нее праздник опять.
Ладно, пойдем в дом. Катя с Петей как раз обедают я тебя тоже накормлю.
Не в первый раз я спасала Олесю от жестоких рук ее матери Валентины. Как повезло, что мы соседи, через дорогу. Забирала к себе, кормила, обогревала, и домой не отпускала, пока мать не успокоится.
Олеся всегда с завистью смотрела на моих Катю и Петю, на домашнюю теплоту у нас. У нас было тихо, по-доброму, муж Дмитрий заботился о детях, я никогда не кричала на них. Олеся это понимала с самого малого: ей так хотелось быть нашей, жить в этом покое, будто камень лежал на душе, и ком подкатывал к горлу. Она любила бывать у нас, в этой родственной, сердечной атмосфере.
Дома же у Олеси все было запрещено. Валентина заставляла ее носить воду, чистить курятник, пропалывать огород, мыть полы. Валя родила дочку без мужа, как в народе говорят, «в девках». С самой первой минуты не взлюбила ее. Когда еще жила бабушка мама Вали, было терпимее: бабушка любила Олесю, защищала, но болела тяжело, и вскоре ушла. После смерти бабушки жизнь Олеси стала невыносимой.
Валя озлобленная одиночеством, всё искала себе нового мужа. Работала уборщицей на местной автобазе, там мужиков пруд пруди. Только появился новый шофёр Сергей, быстро закрутилось всё. Сергей был недавно разведен, сыну алименты платил. Валентина тут же пригласила его жить к себе, и тот, конечно, согласился крыша над головой не помешает.
Сергей только посмеивался, наблюдая за Олесей: «Пусть бегает под ногами, вырастет будет мне помогать по дому». А Валентина всё внимание уделяла Сергею, дочкой пренебрегала, всё гоняла, ругала, порой и била.
Не будешь слушать меня сдам тебя в детдом! грозила Валентина.
Олеся иногда не в состоянии была выполнить работу, тогда садилась под кривой куст жимолости у забора и тихо плакала. Я замечала забирала к себе, угощала, спрашивала, что произошло. Олеся росла запуганной, необщительной.
Соседи, конечно, осуждали Валентину в маленькой деревне все друг друга знают. Осуждали за отношение к дочери. Я тоже не молчала, пыталась образумить, но Валентина пустила по поселку слухи: мол, я заглядываюсь на Сергея, поэтому придумываю, будто бы они обижают Олесю.
Валентина с Сергеем часто отмечали праздники, напивались, Олеся тогда убегала к нам ночевать, и я понимала её горе как никто.
Шли годы. Олеся училась хорошо, взросла. Окончила девять классов с отличием, решилась поехать в город поступать в медучилище. Но мать заявила ей строго:
Поедешь работать, уже взрослая, сидеть на шее мне не будешь!
Олеся расплакалась, выбежала на улицу дома плакать было нельзя.
Едва успокоившись, пришла ко мне, со мной поделилась. Катя с Петей уже учились в городе. Я не выдержала пошла к Валентине.
Валя, ты ведь не мать, а злыдня. Люди для своих детей стараются, а ты свою дочку гнобишь. Нет у тебя к ней любви, но хоть материнский долг должен быть! Олеся почти на отлично учится, ей бы учиться дальше это твоя кровь, вспомни хоть сейчас, на старости ведь к ней ползти будешь
Ты кто такая, чтобы у меня тут распоряжаться? завелась Валентина. Гляди за своими, не надо мне про мою Олесю рассказывать! Она привыкла к тебе бегать жаловаться.
Валя, опомнись. Сергей своего сына учиться отправил, хоть не живёт с ним, а ты свою дочь ни во что не ставишь! Да что ж ты творишь?
Валентина кричала, спорила, а потом упала на диван.
Ну да, строга я, обижаю Олесю, но это на её благо: чтобы не выросла такой, как я, чтобы не принесла мне в подоле Ладно, пусть едет и поступает, махнула рукой.
Олеся поступила в училище без труда. Радости её не было предела. Немного стеснялась одевалась очень скромно, выделялась среди городских. Но рядом были такие же деревенские девчонки, не бросалась в глаза простота её одежды. Домой приезжала редко.
Не хотелось ей приезжать к матери и отчиму. Но летом, во время каникул, приходилось. Первым делом забегала ко мне. Я, как всегда, встречала усаживала за стол, кормила, расспрашивала. С мужем вдвоём были ей как родные.
А у Валентины новые проблемы: Сергей загулял с молодой продавщицей магазина. Валентина нервничала, скандалила, когда Олеся приехала. Мать встретила её злобно:
Чего приперлась? Сидеть тут на шее? У тебя каникулы, иди работай.
В этот раз Сергей пришёл домой, стал собирать вещи.
Куда намылился? Не пущу! Валентина кричала, но он ответил холодно:
Рита ждет от меня ребёнка, и я своего не брошу. Тебе твоя дочь не нужна, а мне мой ребёнок нужен. Не позволю, чтобы чужой мужик моего сына обижал. С первого дня у моего младшего будет и мать, и отец, будет жить в любви. А твоя Олеся с малых лет не знает материнской нежности, как будто ты подобрала её где-то собрал вещи и ушёл.
Эти слова Валентину сразили. Молча села, даже плакать не смогла. Сергей сказал правду ту, что сдавила ей всё внутри, не дала ни вздохнуть, ни шевельнуться.
Олеся всё слышала, не утешала мать, перед глазами стояла картина: за любой шум, пока отчим отдыхал, ей доставалось от матери, выгоняли из дома. Сергей хоть и не трогал Олесю, но насмешливо смотрел, чувствовал себя хозяином.
На последнем курсе Олеся устроилась работать в городской больнице, зарабатывала сама себе на жизнь, домой не ездила: мать пила, совсем опустилась, еле сводила концы с концами. Из забитой девочки Олеся стала красивой девушкой, работала с душой и добротой, её уважали, хвалили, говорили «какая хорошо воспитанная», да только Олеся молчала, улыбалась:
Какое уж там воспитание Всё это тетя Нина, ей одной спасибо за защиту, понимание, заботу и за то, что помогла выбрать профессию.
Валентина всё чаще приводила домой странных, пропащих людей. И хотя Олеся редко приезжала, каждый раз ей было тяжело видеть матерь в таком виде. Валентину давно уволили. Олеся не находила слов, понимала ничего не изменить. Хотелось бы всех выкинуть, начисто отремонтировать дом, наладить отношения забыть обиды. Но мать опускалась всё ниже.
Сдержала себя, слёзы не потекли
Окончив медучилище, Олеся приехала домой. Валентина была одна, зло глянула на дочь:
Чего явилась? Надолго? Есть нечего, холодильник не работает. Дай денег, у меня сердце болит.
У Олеси ком в горле, но сдержалась, не заплакала.
Не задержусь Я закончила училище с отличием, уезжаю работать в областную больницу. Часто приезжать не смогу, иногда буду высылать деньги. Прощай, мама.
Видимо, до Валентины не дошло, что сказала дочь только бы выпить добыть.
Дай денег, надо голову «поправить», вот ты какая дочь не жалеешь мать
Олеся достала несколько рублей, положила на стол, тихо закрыла дверь. Постояла за порогом ждала: вдруг матерь выбежит, обнимет? Не дождалась. Тихо пошла ко мне, к Нине.
Я была счастлива усадила Олесю с нами за стол.
Ну-ка, Олесенька, с нами обедать! муж мой уже ждал.
Совсем забыла Вот тебе подарок за отличную учёбу, тут ещё пару купюр положила первое время пригодятся.
Олеся поблагодарила и расплакалась.
Тётя Нина, ну почему так? За что мать так со мной поступает, будто я ей чужая?
Не плачь, Олесенька, не плачь Уже ничего не изменить. Такая она Валя. Тебе просто не повезло, но ты умница, обязательно вырастешь любимой и счастливой.
Олеся уехала в областной город, работала медсестрой в хирургии. Там она встретила судьбу: молодой врач Алексей полюбил её сразу, вскоре поженились. На свадьбе рядом с Олесей сидела я, Нина, радовалась за неё всем сердцем.
Валентина получала от Олеси переводы, хвасталась перед соседями:
Вот вырастила, она теперь мне деньги шлёт, благодарит меня, я её выучила! Только вот на свадьбу не позвала, и не приезжает, и внуков я не вижу. Даже зятя ни разу не видела.
А вскоре нашли Валентину мёртвую в доме, сколько так пролежала никто не знает. Я забеспокоилась, что во дворе не слышно ни шума, ни голоса. Олеся с мужем похоронили мать, дом продали, и теперь изредка приезжали ко мнеЯ зашла в хату, и от холода и пустоты сжалось сердце. Валентина лежала на диване, лицо усталое, в комнате полумрак, тишина, забытый календарь на столе. Я позвонила Олесе:
Олеська, мама твоя Ушла.
После короткой паузы она тихо ответила:
Я приеду.
Через день Олеся приехала с мужем. Она долго стояла у окна в родной, но чужой теперь хате, молча глядела на искривлённый забор, желтую жимолость, будто вспоминая все свои слёзы, упрёки, мечты. На столе лежало раскрытое письмо видно, ею же написанное когда-то матери, короткая строчка: «Я очень хочу, чтобы ты меня любила».
Мама не умела любить, сказала Олеся Алексею. Но благодаря болью, я теперь знаю как нужно.
Олеся сходила на кладбище, положила скромные белые цветы и помолилась. Прощаясь с матерью, она наконец отпустила все свои обиды сердце освободилось, словно заново вздохнула.
В тот же вечер у меня в доме распахнулась дверь, и Олеся с маленьким сыном на руках и с Алексеем зашли, улыбаясь.
Тётя Нина, пусть у внука будет бабушка, настоящая бабушка, которую любят и ждут. Мы теперь всегда будем приезжать к вам.
Я села рядом с Олесей, и новая весна наступила в нашем доме в тепле, в смехе, в любви. Олеся наконец стала по-настоящему счастливой. Всё, что было тяжёлым ушло, а впереди ждала жизнь добрая, наполненная светом и теплом.
