Свадьбы не будет
Лена влетела в комнату и застыла прямо на пороге. Перед ней, вся в белом, стояла ее подруга Оксана просто глаз не оторвать! Платье мечта, сама Оксана светится, такая воздушная тишина счастья в глазах. Лена невольно залюбовалась и выдала с места в карьер:
Батюшки, Оксана, ты у нас сверкаешь, как новогодняя ёлка на Манежной! Вот уж правда, наконец ты выкарабкалась из этой истории с Павлом и открыла сердце новым чувствам! Гордость нашей школы!
Оксана тут же немного поморщилась, и всё сияние испарилось. Она замоталась с молниями и крючочками, взгляд упрямо в пол:
Пожалуй, сниму пока. От свадьбы две недели осталось. Если не дай бог зацеплю что в Питере второе такое не сыщешь!
Лена прикусила язык неугомонная, всё бы ей воспоминания полоскать! Павел этот, что ему ни говори, стоил только нервных тик и пары нервных клеток Оксаныным родителям. Всё началось так романтично любовь-морковь, планы на светлое будущее. А потом пошло-поехало: стал чужим, встречаться тянет как на медкомиссию, всё и всех критикует и друзей, и мечты, и даже борщ по маминому рецепту. Дошло до того, что уволилась с перспективной работы, отказалась от стажировки в Германии ради его «мальчишеских комплексов». В конце концов, еще и уговаривал профессию поменять: то ли правоведкой быть хотел, то ли дома борщи варить Мама Оксаны всё пыталась ее растрясти, но дочь только скандалы устраивала Павел, мол, её принц, а все вокруг клевещут! Родители руки опустили.
Павел в какой-то день просто исчез по-нашему, пороссийски: без смс, без звонка. Лишь чайник оставил кипеть и пятно на кофте. Оксана с этим как-то справилась и ещё с сыном, которого решила никуда не деть, пусть бы даже отец на Луну переселился.
Сейчас Лена смотрела, как подруга, не глядя, снимает с себя платье, и кусала губу ну зачем ей эти воспоминания? Разве сейчас, когда у Оксаны уют и перспективный жених, нужно лезть в прошлое? А прошлое, как зимняя каша сама по себе невкусна, только желудок портить.
Маленькому Павлику уже четыре. Воспитатели в садике в восторге: любознательный, всё время влезет туда, где не просят, но и вопросы задаёт космические. Сначала почему Кремль не взлетает, потом куда облака ночью тащатся, то рассматривал жука, будто это новый президент. У бабушки с дедом и на английский водят, и в бассейн, и хореографию добавили как на подбор московские пенсии, тощие, но от сердца. Оксана сына только пару раз в неделю видит, больше часа не выдерживает.
Беда в том, что Павлик этот копия папаши: такие же лихие волосы, привычки, даже улыбка, от которой у Оксаны сердце екает. Каждый раз берет мальчика на руки и как будто чугунная печаль в груди: всё помнит. Ласкает его, а сама боком отворачивается, глотает слёзы…
Однажды забирает сына вечером от родителей, а тот на полу собирает пазл старательно, даже бровь сморщил, как дед мониторщик. Мама пришла он рад, зовёт показать картинку: домик, дерево и вот тут, мама, собака!
Оксана криво улыбается:
Молодец, аккуратный мальчик, всё сам!
А он вдруг серьёзно:
А мама, а где мой папа? У всех в садике есть, а я что, хуже, что ли?
Оксана замерла, на сердце мороз по коже, а сказать надо спокойно:
Папа далеко сейчас, сынок, но он тебя помнит. И гордится тобой, наверное.
Почему не звонит? Я бы ему рассказал, что научился шнурки завязывать!
Он, наверно, сильно занят
Павлик кивнул серьёзно мол, ладно, маму не буду мучить вопросами, и продолжил собирать свой домик.
Оксана рядом, гладит мальчика по голове, слёзы колет, старается проглотить, вдыхает запах дешёвого детского шампуня и думает, что когда-нибудь всё-таки объяснит ему, почему у них всё не как у людей. Лишь бы хватило смелости наделать меньше глупостей, чем в своё время мама.
Про Павла старшего она, конечно, не забывала: где-то внутри все равно думала а вдруг что случилось, вдруг беда? Возможно, это спасало от отчаяния, позволяло держаться хоть за что-то. Родственники и друзья молча мотали головами: «Оксана, очнись!» Но она слушать не хотела, спорила, уходила в морозильную камеру воспоминаний и строила воздушные замки.
Иногда лазила по соцсетям, искала Павла в «Одноклассниках» вдруг напишет? Без толку! Но этот самообман порусски привычная гимнастика, чтобы не свалиться в тоску.
А тут вдруг, спустя почти пять лет, встречает Егора. Познакомились на юбилее у майора-медика. Мужчина, как ни крути, получился настоящий: без фокусов, без понтов, простой, добрый даже слишком для нашего времени. Оксана сразу почувствовала рядом с ним можно быть собой, не бояться ляпнуть что-то глупое или расплакаться. Егор наливал чай, смотрел любимые комедии, решал бытовые «ужасы», впору подумать, что сам мечтал стать идеальным мужем. Особо радовало, как он с Павликом общий язык нашёл. Первый вечер оба сидят, обсуждают мультики, через час уже конструктор собирают, а Оксана стоит и не верит, что такое вообще бывает.
Вскоре Егор стал частым гостем у родителей. С Павликом гонял на велике, кормил мороженым «Пломбир», читал сказки и как-то спросил: «Я бы стал ему настоящим папой, если позволишь. Усыновлю!»
Лена за подругу нарадоваться не могла такой позитив даже метеорологи отмечали. Самое главное: Оксана менялась, глаза блестели, а по лицу перестал ползать мрак русской тоски. Но вот Лена вспомнила Павла в самый неподходящий момент и теперь надеялась, что не испортила праздник жизни.
Но Оксана только улыбнулась и сказала с неожиданной иронией:
Вот взрослая уже тётка стала! Понимаю, надо всё старое отпускать. Иногда жалею, что сына назвала Павлом. Прямая, глупая, не хотела слушать Как вы меня вообще терпели?
А ты сына к себе заберёшь? деликатно спросила Лена.
Да, Егор настаивает. Даже говорит: давай имя сменим, чтобы мне легче было. Всё равно потом документы переделывать, раз усыновлять собирается.
Смотрит на дождь за окном:
Раньше думала, сын мне будет вечным напоминанием, теперь понимаю это наше будущее, за которое надо бороться!
Так спроси у него, как будет новый привыкнет быстрее! поддержала Лена.
Не знаю Надо ещё подумать
На самом деле дело было не только в сыне. Оксана любила всё ещё… и прошлое, и Павла, но даже сама устала от этого дурмана. Родители всё чаще беспокоились, а друзья и вовсе крутили у виска. Прошлое надо отпускать в Яндекс-картах вместе со всеми бывшими.
К свадьбе, например, готовиться!
Только как же это сложно на самом деле
Егор, мужик чудесный. Но не Павел. И сколько бы она ему не улыбалась, в душе всё равно казалась чужой, а за сильной рукой прятала надежду на то, что Павел когда-нибудь вернётся.
********************
Свадьбы не будет! объявила Оксана с таким восторгом, что у Лены чуть чай из чашки не выплеснулся. Всё, финита, разъезжаемся, как троллейбусы после девяти!
Егор смотрит, как белка перед фарой не верит глазам и ушам: за неделю до торжества меню утверждено, тамада пробует голос, гостям отправлены сообщения в Вайбер, а тут вот такой кульбит!
Как это не будет? Ты что, шутишь?! спросил он, уже не понимая, где реальность, а где сериал.
Но Оксана не собиралась биться в истерике порусски просто металась по комнате, паковала вещи, всюду улыбка не та, от которой лоб мокнет, а бодрая как после бутылки кваса.
Павел вернулся! радостно выдала она. Вчера прилетел, мы всё выяснили… Не верю, что такое бывает, но он снова рядом!
В её голосе счастье, как в рекламе сладких сырков, и ни грамма жалости к недоумевающему Егору.
Спасибо тебе за всё, правда, ты человек золотой, но у меня появился шанс на счастье и я не могу его упустить.
Егор, как после холодного душа на Крещение внутри пусто и муторно. Опять Павел! Ну сколько можно? Смотрел бы сериал про инопланетян и то развязка логичнее! Думал было, что изменит её, наполнит собой, окажется тем самым «форте», а тут Пшик.
Что он сказал? Опять устал, опять за границей был? выдавил Егор.
Нет! Просто признал ошибку и сказал, что всё это время любил только меня!
Вспомнила она потом тот самый разговор телефонный, дрожащий.
Оксана, родители гнали учиться в Германию. Не мог ни позвонить, ни написать карта заблокирована, телефон отобран, а я сам по уши в долгах! Простит ли ты меня?.. Больше никуда не уеду!
Вот она и поверила. Надежда дороже стабильности, хоть стабильности у нас и не было.
Я всем уже сказала. Свободен, как ветеран на параде 9 мая. Не звони, не пиши, у меня всё решено!
Егор стоит, сжимает кулаки, язык прикушен не закричать бы, не сорваться. Голос свой собирает в гармошку:
Может, рано? А если он сына не признает? Если уйдёт через неделю? Или с предложением затянет?
Оксана у двери замерла, чемодан чуть не уронила.
Нам надо поговорить! Этого достаточно!
Она снова потянула чемодан, шутливо буркнула:
Мог бы и помочь!
Егор было шагнул, но остановился зачем помогать тому, кто вычеркнул тебя в один миг? В глазах Оксаны уже будущее, уже счастье без следа сожалений… и видно, что летит она в облачную неизвестность без страховки.
Только Павел вовсе не собирался жениться и уж тем более в прошлое окунаться!
***
Павел открыл дверь и, честно говоря, чуть не сел: на пороге Оксана с чемоданами, вся сияет. Он, если уж напрямик, был уверен прошло! Он давно уже вроде бы обустроился: живёт с женой Татьяной, дети рисуют на обоях, а тут призрак прошлого собственной персоной.
Я здесь! Мы опять вместе! Оксана счастлива, как турист на Красной площади без пробок.
А Павел сделал шаг назад:
Оксана ты, пожалуй, чего-то не поняла. Я женат. Два года уже. Семья, дети Ты прости, я только хотел поговорить, объясниться почеловечески. Подумал, что правильно поставить точку, всё.
Оксана сначала как в проруби молчит, потом вдруг: слёзы, крики, вещи разлетелись по прихожей, соседи за дверью сопереживают и обсуждают на кухнях. Павел вежливо, порусски, на лестничную площадку её выпроводил, дверь плотно закрыл
Оксана стояла, кричала, звала, угрожала, что вернётся в общем, полный набор гроз русского расставания. Соседи покрутили у виска кто-то старушку чуть не вызвал, кто-то полицию пообещал. Но Оксана ушла.
***
Плелась Оксана по городу, глаза как в фильме «Скорость»: всё мимо, если бы кто окликнул не услышала бы. Мысли метались, как метель в январе. Дом Егора последний островок надежды.
Позвонила. Егор вышел, посмотрел мимо, ни слова не сказал. Оксана взмолилась мол, всё поняла, простит, только дай шанс.
Егор тихо сказал:
Ты всё сама решила. За несколько часов к бывшему ушла, а теперь, когда не сложилось назад. Нет, Оксана. Больше я не поверю твоей искренности.
Она только прошептала: «Пожалуйста» Но дверь закрылась.
Так она и осталась сидеть на лестнице, рыдать на этот раз уже не от обид, а от настоящей пустоты… потому что счастье, понашему, иногда уходит, прихватив все документы, кеды и даже солёные огурцы из холодильника.
