Ну что это такое, Ксения? Подойди, посмотри! Проведи пальцем, разве это пыль? Да тут уже сукно, хоть картошку сажай, честное слово! голос тещи, пронзительный и требовательный, рассекал воздух московской квартиры, будто нож ломоть черного хлеба.
Ксения со вздохом закрыла ноутбук и, уставшая после работы, нехотя поднялась из-за стола. Было восемь вечера; полчаса назад она пришла домой, весь день лихорадочно составляла отчет, и в голове гудело так, словно провода по МКАДу звенели. Сейчас меньше всего хотелось слушать наставления о чистоте, но Валентина Сергеевна, свекровь, была не из тех, кого легко проигнорировать. Она стояла на середине гостиной с фарфоровым зайцем в руке, глядя на сноху строгим, обиженным взглядом.
Валентина Сергеевна, я убиралась в прошлую субботу. У нас дорога под боком, окна открыты, пыль летит в миг, устало ответила Ксения, понимая, что оправдываться все равно бесполезно.
Окна у всех открыты, Ксюша, а срач только у ленивых, парировала свекровь, с демонстративной важностью вытирая палец о салфетку, заранее припасенную в сумочке. Антон придет с работы, усталый, голодный, а тут бардак. Мужчине уют надо, понимаешь? А на кухне у тебя две чашки в раковине с утра, небось.
Мы торопились утром, Ксения ушла ставить чайник. Антон кофе сам пил, мог бы и ополоснуть за собой.
За ней просеменили тапочки свекрови; она приносила свои, чтобы не ходить в чужих.
Мужчина посуду не моет! возмутилась Валентина Сергеевна. Ты что, не слышала: женщина хранительница очага? А ты, Ксюша, всё работаешь, отчеты, цифры А у мужа рубашки мятые, воротнички не крахмалены! Как стыдно: люди посмотрят скажут, мол, у Антона жены нет, сирота при своей супруге.
Ксения взяла печенье, стараясь не хлопать дверцей. Внутри всё закипало. За пять лет брака Валентина Сергеевна ни разу не промолчала сначала Ксюша и гладила, и мыла, и борщи варила, но работы у главного бухгалтера хватает. Антон не жаловался: его устраивали пельмени и призрачная пыль на шкафу, если только сам туда не лезет. Но свекровь была другого мнения.
В этот момент хлопнула дверь.
Я пришёл! бодро крикнул Антон.
Сынок! Валентина Сергеевна тут же преобразилась, заулыбалась и помчалась в прихожую. Я тут пирожков тебе с капустой принесла, а то Ксюша, бедная, всё работает.
Антон вошёл на кухню, с матерью обнялся, жену поцеловал и, устало вздохнув, опустился на табуретку.
О, пирожки! Ксю, а ужин есть?
Ксения с чайником в руке замерла.
Я только пришла, думала сделать макароны по-флотски, фарш разморозился.
Валентина Сергеевна всплеснула руками.
Опять макароны? Сынок, тебе ж суп надо, борщ наваристый, мясо! Я отцу твоему каждый день свежий суп варила и дожил. А тут…
Она многозначительно сжала губы.
Мам, давай не будем, отмахнулся Антон, вцепившись в пирожок. Сейчас Ксю сварит.
Как не будем? Я ж только добра хочу! Ты на себя посмотри осунулся. Всё из-за неправильной еды и недостатка уюта. Женщина должна создавать домашний мир, а тут Пыль, немытая посуда, да макароны! Ксюня, я тебе говорила ещё до свадьбы…
Валентина Сергеевна! громко сказала Ксения, с грохотом ставя чайник.
Свекровь удивленно замолкла.
Что «Валентина Сергеевна»? Я правду говорю, тебе неприятно? Я жизнь прожила, знаю, как надо мужа содержать!
Ксения оглядела кухню, посмотрела на усталого мужа и довольную собой свекровь. Что-то в ней щёлкнуло спокойно, ясно.
Вы абсолютно правы плохая из меня хозяйка. Рубашки делать не успеваю, супы не варю каждый день, полки не вытираю вовремя. Я работаю и зарабатываю, на новую Ладу Весту собираем, чтобы Антон маму в деревню возил. Но это, конечно, не оправдание.
Вот! Сама признаёшь! обрадовалась Валентина Сергеевна.
Только исправляться я не собираюсь, Ксения чуть улыбнулась. Просто не хватает сил. Но выход есть: раз вы так переживаете, раз лучше всех знаете, как ухаживать за Антоном, да и свободное время есть Предлагаю вам заняться бытом сына.
Чего?
Всё-всё. Я ухожу в тень. Живу тут, плачу свою часть за ипотеку и коммуналку а вы демонстрируете высший класс: готовите, гладите, убираете. Живёте в двух остановках ключи у вас есть.
Антон оторопел.
Ксю, ты чего?
Всё правильно, мама права. Эксперимент: месяц вы управляете бытом. Если Антон скажет, что так лучше я пойду на курсы или совсем уволюсь.
Валентина Сергеевна вдруг осталась без слов нагружать себя планами на трёхкомнатную квартиру и сына бальзаковского возраста
Хорошо! Покажу, как надо! поджала она губы. А ты мне только не мешай, кухня моя территория.
Даже трогать не буду. Питаться стану на работе или в кафе, Ксения развела руками.
Идёт! Завтра утром начну. Порядок наведу, а то стыдно.
Вечер прошёл в гнетущем молчании. В кровати Ксения отвернулась к стене.
Спи, сказала она мужу. Завтра начнётся новая жизнь с хрустящими воротничками.
Утром Ксения ушла на работу, а Валентина Сергеевна, будто маршал перед битвой, вошла в квартиру. Перемыла окна, перестирала шторы («серые, хоть выкидывай»), вынесла весь хлам из шкафов, переставила крупы.
Ксения после работы не узнала квартиру: пахло белизной и луком. На кухне свекровь в фартуке колотила кастрюлями, Антон сидел перед тарелкой борща со сметаной, рядом котлеты, салат из свежих огурцов и холодец.
О, появилась! буркнула Валентина Сергеевна. Руки мой, садись борщ настоящий, как у людей.
Спасибо, я в офисе поела, ответила Ксения и ушла.
В спальне сюрприз: бельё, аккуратно разложенное по цвету, всё личное убрано, книга пропала.
Валентина Сергеевна, где моя книга?
Ерунда, убрала в шкаф: ни к чему хлам. Тумбочки должны быть пустыми. И вообще, в шкафу теперь порядок, как надо.
Ксения стиснула зубы, напомнив себе: «Эксперимент».
Неделя прошла сытно уж блины, котлеты да борщи. Антон был доволен: ввечеру пиршество, мама всё рассказывает, убирает, кормит, уходит только к ночи. Ксения за неделю пережила, что у неё появилось аж три свободных часа: ни готовить, ни убирать, ни стирать не нужно. Стала ходить в спортзал, гулять по парку, читать вечером.
Зато во вторую неделю у Антона начал сходить блеск в глазах.
Ксю, долго ещё эксперимент? шептал он ночью.
Привыкай, месяц. Это же мечта борщ, порядок, хрустящие рубашки!
Вкусно, не спорю Но мама везде: мне телевизор врубить хочется, она рядом, разговоры как цены растут, кто заболел, кто у кого курицу украл Требует внимания: «Поешь, сынок», «Не объелся ли», «Пойду поглажу тебе рубашку». Чувствую себя пацаном.
Вот цена уюта, кивала Ксения.
И вещи всё переставляет: вчера счастливые носки искал выкинула!
Скажи ей.
Говорил обида, мол, я неблагодарный.
На третьей неделе сдалась сама Валентина Сергеевна: возраст, хозяйство немолодая уже. Мыть трёшку, носить авоськи с рынка и борщи варить каждый день в 65 не шуточное дело.
Однажды Ксения застала свекровь на диване с мокрым полотенцем на лбу; в квартире пахло корвалолом.
Давление, бормотал Антон. Мама пол дня варила холодец, потом полы руками, швабра не устраивает и вот…
Ой, Ксюша, сил нет Сердце колотится…
Ксения проверила давление высокое, но скорее переутомление.
Полежите пару дней дома, зачем себя гробить?
А кто Антона кормить будет? Он же голодный останется! Ты же
Не буду, отрезала Ксения. Такова договорённость.
Мам, ну хватит! Закажем пиццу, сварю пельмени! Ты себя совсем загоняла.
Пиццу с отвращением фыркнула Валентина Сергеевна, но не спорила. На следующий день звонок: не может встать радикулит.
Антон выдохнул впервые за месяц было спокойно. Вечером заказали суши, открыли бутылку вина, молча наслаждались отсутствием «главнокомандующего».
Ксю, давай заканчивать этот эксперимент, сказал Антон над тарелкой роллов. Я не могу так, люблю маму, но на расстоянии и пусть в гости только по выходным, как раньше. Макароны хоть каждый вечер, только бы никто не трогал мои носки и трусы!
А как же уют, хрустящие воротнички?
К чёрту воротнички! Куплю себе рубашки, которые не мнутся. Ты права: это каторга и если ещё работать
Ксения улыбнулась. Именно этого она и ждала.
Пару дней спустя Валентина Сергеевна поправилась и пришла «на инспекцию». Увидела коробки из-под пиццы, чашку в раковине и промолчала. Села за стол, задумавшись.
Ксения, сказала тихо, когда сноха вошла. Тяжело это, хозяйствовать на трёшке. Метраж, полы Антон ещё, оказывается, такой неряха носки бросает, крошки Ходила за ним весь день, говорю огрызается.
Ну так это мужчина, ему уют нужен, с улыбкой вернула Ксения её же слова.
Уют уютом, но совесть надо иметь! Я ему голубцы крутила а он нос воротит: капуста, видишь ли, жёсткая! Сказала: сам делай! А он «не бубни». Неблагодарный!
Ксения едва не рассмеялась. Почему-то оказалось, что родной сын в быту не так идеален когда мама стала прислугой.
Валентина Сергеевна, Ксения села напротив, взяла её за руку. Вы прекрасная хозяйка, у меня так не получится и я не хочу. У нас с Антоном свой лад: оба работаем, устаём, иногда едим пельмени, иногда грязно. Но нам так удобно. А когда захочется борща и порядка приду к вам на пироги, можно?
Свекровь помолчала, рассматривая мозолистые руки.
Можно Только предупреждайте заранее у меня рассада, сериал В санаторий бы, устала я. Антону скажи рубашки поглажены, висят в шкафу. Следующие пусть сам гладит, или ты, или с мятой ходит. Мне всё равно.
Допила чай, встала.
И ещё: книгу твою обратно положила на тумбочку. Фантастику какую-то читаешь ну и ладно.
Когда Антон пришёл домой пахло не белизной, не луком, а просто чисто и немного духами Ксюши. На плите варились обычные сосиски, на столе банка горошка.
Мама ушла? с надеждой спросил он.
Ушла. Полномочия сдало, эксперимент окончен досрочно по состоянию здоровья исполнителя.
Он прижал Ксению к себе крепко.
Спасибо.
За что? За сосиски?
За мудрость. И за спокойную жизнь. Люблю тебя даже если ты не идеальная хозяйка.
Я не плохая. Я просто современная. Кстати, сосиски «Докторские», высший сорт!
С тех пор Валентина Сергеевна советы давать не перестала характер! Но если уж заводила старую песню, Ксения тут же спрашивала: «Останетесь недельку, пока меня не будет?». И тут же появлялись неотложные дела молоко убегает, кошка голодная, сериал ждёт. Уходила.
Мир в доме восстановился. А пыль Она лежит, никому не мешая. Главное, чтобы люди друг другу жить не мешали.
