Эльвира, а зимой же в деревне холодно! Печное отопление, дрова таскать придётся!
Мамочка, ты ж из села, в детстве у тебя всё было так. Дед и бабка всю жизнь в деревне прожили и нечего. А летовесна цветущий сад, ягоды, грибы в лесу собираешь.
Василиса Михайлова только начала привыкать к пенсионной жизни. Шестьдесят лет за плечами, тридцать пять из них бухгалтером на заводе. Теперь можно спокойно пить чай поутру, читать книги и никуда не спешить.
Первые месяцы пенсии она наслаждалась тишиной и покоем. Вставала, когда захочет, неторопливо завтракала, смотрела телевизор.
В магазин шла в удобное время, когда очередь пока ещё нет. После сорокалет это было настоящее счастье.
В субботу утром позвонила дочь Эльвира:
Мам, нам нужно поговорить. Серьёзно поговорить.
Что случилось? обеспокоилась Василиса. С Марией всё в порядке?
С дочкой всё нормально. Приеду, расскажу. Не переживай!
Эти слова заставили её волноваться ещё сильнее. Когда дети говорят «не переживай», значит, о чёмто задумываться.
Через час Эльвира сидела на кухне, гладя округлившийся живот. Тридцать два года, вторая ребёнок уже на подходе, а с Игорем всё ещё не официально замужем.
Хотя живут уже четыре года, дочь Мария растёт, но брачное свидетельство для них, похоже, не критично.
Мам, у нас проблема с жильём, начала дочь, нервно дергая ручку кружки. Хозяин квартиры повышает арендную плату. Мы едва справляемся с текущей, а теперь ещё на две тысячи гривен больше требуют.
Василиса кивнула с сочувствием. Знала, как трудно молодым. Игорь работает то здесь, то там: сегодня грузчиком, завтра курьером, послезавтра охранником. Эльвира в декрете с дочкой, скоро снова в отпуск по уходу за ребёнком.
Мы думали съехать, чтобы дешевле, продолжала дочь, но с ребёнком никому не отдать.
И что планируете делать? спросила мать, уже предчувствуя каверзный поворот.
Вот почему я и позвала, Эльвира нервно сжимала край свитера. Мам, можно нам пожить у тебя? Временно, конечно. Пока деньги накопим, потом ипотеку возьмём.
Василиса налила себе чай. В двухкомнатной хрущёвке уже тесно, а тут целая семья с маленькой дочкой и ещё одной на подходе.
Эльвира, а как же мы все поместимся? У меня только две комнатки, и те крошечные.
Мам, поместимся както. Главное сэкономить. Сейчас за аренду отдаём тринадцать тысяч гривен, представляешь? За год уже сто пятьдесят тысяч набегут! А эти деньги можно отложить на первый взнос по ипотеке.
Василиса представила картину: Игорь, который постоянно ходит в «семейниках», громко разговаривает по телефону; Аля, постоянный плач, игрушки разбросаны по всем углам, мультики на полной громкости; Эльвира с животом, требующая особого внимания.
А где будет спать Мария? попыталась мать найти разумные аргументы.
В большой комнате поставим детскую кроватку. Ты в маленькой комнатке обустроишься. Места тебе не нужно много диван, телевизор. Нормально!
Эльвира, но я только на пенсию вышла, хочется спокойствия. Сорок лет работала, устала я!
Дочь вдохнула, будто мать сказала чтото нелепое:
Мам, а зачем тебе покой в шестьдесят? Ты ещё молода, здорова. Бабушки твоего возраста активно внуков нянчат.
Это прозвучало, как упрёк: остальные бабушки полезны, а ты эгоистка.
И потом, продолжила Эльвира, у тебя же есть дача. Прекрасный дом, бабушка его всё время в порядке держит. Можешь там пожить. Воздух чистый, тишина, для пенсионера идеально.
На даче? переспросила Василиса, не веря своим ушам.
Да. Дом хороший, крепкий. Сад можно завести, помидоры выращивать. Для здоровья полезно, врачи советуют людям пожилого возраста больше бывать на свежем воздухе.
Василиса ощутила, как внутри холодок. Дача в тридцати километрах от города, автобус ходит только утром и вечером.
Эльвира, а зимой же там холодно. Печное отопление, дрова тащить придётся.
Мам, ты ж села, в детстве у тебя такой быт был. Дед с бабкой всю жизнь в селе прожили и нечего. А летом всё прекрасно: огород, ягоды, грибы в лесу.
Дочь говорила так, будто предлагала маме дорогой курорт, а не простую деревню без удобств.
А если мне к врачу понадобится? Или в аптеку? В магазин за продуктами?
Мам, же не каждый день к врачу поедешь? Раз в месяц на осмотр, и достаточно! Продукты можно сразу купить впрок, хранить в морозилке. У тебя же большая морозильная камера.
Эльвира, а как же мои друзья увидеть? Соседки, с которыми всю жизнь общаюсь?
Телефоном общайтесь. Или они к тебе в дачу приедут, шашлыки пожарят. Весело же!
Василиса слушала и не могла поверить своим ушам! Дочь серьёзно предлагает маме стать дачницейодиночкой, чтобы освободить квартиру для своей семьи, и при этом выгоняет это как заботу о здоровье!
Эльвира, а сколько вы хотите жить в моей квартире?
Ну, минимум год. Может полтора.
Год или полтора! Целый год в двухкомнатной хрущёвке, или жить на даче в одиночестве.
А Игорь, что думает по этому поводу?
Он за! захвалилась Эльвира. Говорит, что тебе на даче гораздо лучше, чем в городе. Никакой суеты, стресса.
Можно книги читать, телевизор смотреть. Игорь даже предложил поставить спутниковую антенну, чтобы каналов было больше.
Василиса представила, как Игорь благородно размышляет о её благе, лёжа на её любимом диване. И даже милосердно предлагает установить спутниковую тарелку.
Мам, подумай сама, продолжала дочь, тебе одной в двух комнатах что делать? Места полно, а пользы никакой. А мы с детьми хотя бы нормально встанем, сэкономим деньги, встанем на ноги.
И когда же вы хотите переехать?
Можем уже завтра. Вещей у нас немного. Хозяин уже новых жильцов ищет, нас до конца месяца выселит. Времени мало.
Василиса налила себе ещё чай дрожащей рукой. Дочь сидела и в выжидании изучала материнское лицо. В её глазах читалось: «Что, мамочка? Откажешь родной дочери, когда она в беде?»
Эльвира, а если с Игорем у вас отношения не сложатся? Вы же официально не муж и жена.
Мам, какая разница, записаны мы или нет? Дети общие, живём вместе уже четыре года. Брак ничего не изменит.
Но если вдруг разойдётесь, что тогда?
Не разойдёмся, твёрдо сказала Эльвира. И даже если чтото случится, квартира же твоя.
Это звучало не очень убедительно. Василия знала Игоря четыре года он не постоянный, сегодня здесь, завтра там.
Работу меняет каждые полгода, друзей тоже. А Эльвира в него влюблена, как девчонка, готова на всё ради него.
Эльвира, понимаешь, я только на пенсию вышла, хотела бы немного покоя для себя.
Мам, а что значит «для себя»? возмутилась дочь. Это же святая миссия детей и внуков поддержать!
Дочь профессионально играла на материнских чувствах. Василиса ощущала, как её сопротивление тает.
А если я скажу «нет»? Если вас не приму?
Эльвира помолчала, потом тяжело вздохнула и положила руки на живот:
Мам, я не знаю, что тогда будет. Честно говорю. Мне будет очень больно. Очень обидно, что родная мать отвергла в трудную минуту.
В этих словах слышалась плохо скрытая угроза. Обида на всю жизнь, разрыв отношений, отрезание общения с внуками.
Василиса представила, как Эльвира будет рассказывать всем знакомым и родственникам: «Вы представляете, моя мама отказалась помочь родной дочке!»
И потом, куда нам деться? всхлипнула Эльвира. С двумя детьми, без денег. Игорь говорит, может, к его маме переедем, но у неё однокомнатная, и она нас не особо ценит.
Василиса знала Игореву мать резкую, прямолинейную женщину. Эльвира там долго не продержится.
Мам, помоги нам! умоляла дочь. Всего год! Мы будем осторожны, не будем вам мешать. Ты на дачу съездишь, отдохнёшь от городской суеты.
И часто мне придётся туда ездить?
Как получится. Может, в выходные к городу приедешь, продукты купишь, с подругами увидишься. А в будни на даче тишина, покой. Для пожилого человека идеально!
Хорошо, наконец сказала Василиса, чувствуя, как всё сдаётся. Но только на год. Точно на год, не больше! И при условии, что вы экономите, откладываете и активно ищете собственное жильё.
Эльвира бросилась обнимать мать:
Мамочка, дорогая! Спасибо огромное! Ты лучшая! Видишь, всё будет чудесно! Мы не будем вам мешать, всё подомашнему.
И на дачу я ездить буду, когда захочу, добавила Василиса. Это моё условие.
Конечно, мамочка! Твоя квартира, твои правила. Мы гости, понимаем.
Через неделю они переехали. Игорь деловито расставлял свои вещи по шкафу. Аля металась по комнатам, исследуя новую территорию. Эльвира руководила процессом, указывая, что куда ставить.
А Василиса стояла в середине этой трансформации и собирала сумку для дачи, чувствуя себя изгнанницей из собственного дома.
Первые месяцы стали настоящим адом. Игорь быстро освоился: включал телевизор на полную громкость, разговаривал по телефону в любое время суток. В холодильнике появилось его энергетическое питьё, на полках протеиновые коктейли.
Эльвира капризничала изза своего состояния, требуя особого внимания. То ей жарко, то холодно, то музыка мешает. Аля плакала ночами, игрушки валялись во всех углах, мультики шипели с утра до вечера.
Василиса приезжала в город раз в неделю за продуктами и лекарствами и каждый раз ужасалась происходящему. Её аккуратная квартира превратилась в проходной двор.
На кухне горы немытой посуды, в ванной сушились детские вещи и носки Игоря. Любимый диван покрылся пятнами от соков и печенья.
Эльвира, может, немного порядок наведём? предлагала мать.
Мам, а когда мне! отмахивалась дочь. Ребёнок маленький, мне трудно. А Игорь весь день на работе устал, ему вечером отдохнуть нужно.
Я могу помочь, пока в городе.
Не надо, мамочка. Мы сами справимся. С ребёнком всё будет, потом уберём.
«Потом» никогда не наступало. Василиса сама мыла посуду, пылесосила, протирала пыль, но к следующему её приходу всё снова было в хаосе.
А на даче она чувствовала себя полной изгнанницей. Тридцать километров от цивилизации, ближайший магазин в трёх километрах, автобус два раза в день.
Соседки удивлялись:
Галя, а ты теперь целый год здесь живёшь? У тебя же квартира в городе есть.
Дочка с семьёй временно живёт, объясняла Василиса. Накопим деньги на свою квартиру.
А, так оно и Правильно, молодым помочь надо.
Никак нельзя объяснить соседям, что квартиру заняла дочь с соседом, а их вежливо выпровадили в село «для здоровья».
Зима на даче была особенно тяжёлой. Дрова быстро заканчивались, воду приходилось нагревать на плите. Василиса ощущала себя заброшенной на край света.
Через полгода Эльвира родила сына Дениса. Василиса надеялась, что теперь они активнее будут искать жильё. Но когда дочь приехала в город посмотреть новорождённого, она заявила:
Мам, с двумя детьми нам теперь точно ничего подходящего не найдёшь. Кто возьмёт семью с младенцем? Давай ещё год посидим, ладно?
И Василиса поняла, что её обманули с самого начала. Год превратится в два, два в три.
Она что, будет проводить пенсионные дни в заброшенной даче?! Уже нет!
Дочь с семьёй была выселена полицией, потому что они упорно отказывались уходить. На Василису звучали проклятия, оскорбления и угрозы.
А ей уже всё равно, ведь договор был на год и она его соблюла. Стыдно ли ей перед родственниками и соседями? Нет! Как говорят, «какова мать, таков и ребёнок».
Как вы считаете,В конце концов Василиса, глядя из окна своей хрущёвки, увидела, как в горшке на подоконнике пробился крошечный росток символ того, что даже в самых запутанных ситуациях всегда есть место для нового начала.
