Так что, теперь он будет с нами жить? с подозрением спросил папа, обращаясь к маме, при этом взгляд его скользнул по мне
Сегодня необычный день. Я, Ольга Дмитриевна, пришла домой после работы, уставшая и настроенная на привычный семейный вечер, и узнала, что сын, Артем, вернулся. Артем с женой уже второй год как перебрались отдельно, в Санкт-Петербурге снимают квартиру, видимся не так уж часто пару раз в месяц, обычно по выходным. А тут среда, рабочий день.
Что-то случилось? без лишних эмоций спросила я, едва переступив порог.
А ты мне не рада? попытался улыбнуться Артем, но, увидев, что я не в настроении шутить, честно добавил: Я с Ириной расстался.
Ты что, снова поругался? строго смотрю на Артема, уже предвидя знакомые истории.
Мне бывает трудно отпускать рабочие мысли все-таки много лет работаю педагогом в училище при исправительной колонии для подростков, к легким шуткам давно охладела.
Ну… Артем мямлит, избегает встречи взгляда, переминается на пороге. Разругались.
И что теперь? не отпускаю я, желая выяснить суть: Ты каждый раз после ссоры к нам прибегать будешь?
Мы решили разводиться! буркнул он.
Я не отводила глаза в нашем доме разговоры всерьёз. После тяжелого дня мечтаю лишь о горячем душе, тихом ужине с мужем, а тут всевозможные обиды сына. Причём обиды какие-то странные словно Артем решил вернуться в позапрошлый век. Говорит, Ира хотела, чтобы он стал помогать по дому после работы, а ему, мол, и без того тяжело.
Неужели тебе руку сломать, чтобы жене помочь? не поддерживаю я сына.
Она мне то же сказала, буркнул Артем, А я ей: женщина должна быть хранительницей домашнего очага.
Вот откуда взял такие бредни? разозлилась я, усталость берёт своё.
Всю жизнь мы с мужем, Виктором Петровичем, жили душа в душу, оба работали, оба по дому дела делали, детей вместе растили, не бывало между нами разговора, кто и что должен по дому. А тут сын у меня «добытчик-мужчина»! Хотя оба на службе, оба приносят зарплату.
Давно мамонтов на охоте добыл? повышаю голос. Вы оба в семье значит, оба тянете на себе домашнюю повозку. Если бы предложил Ирине работу бросить, сама бы уборкой занялась, но ведь нет! Видел ли ты, чтобы мы с отцом из-за глупых домашних дел ругались? Нет! Потому что мы в одной связке в одной упряжке!
В этот момент с работы возвращается Виктор Петрович. Смотрит на Артема, удивляется:
Что произошло?
«Ага, даже вопросы одинаково задают», мелькнуло у меня в голове, а Артем вслух отвечает:
Мы с Ириной разводимся.
Дурак ты, коротко бросил муж и пошёл на кухню с пакетами.
Вить, наш сын болван, продолжаю я, пересказываю свежую семейную драму.
Так, что, теперь он опять у нас жить будет? спрашивает Виктор Петрович, смотрит на меня, затем без церемоний обращается к Артему:
А знаешь ли ты, сын, что слово «супруг» от «упряжка» пошло? Соупряжник значит, оба тянут семейный воз! Если один начнёт на себя тянуть, другому за двоих работать придется. Так ведь вся телега может развалиться, или кто влечёт её, просто выдохнется.
Артем надолго замолчал, видно было, что эти слова задели его сильно. Обиды у него на Иру ещё остались, но поддержки от нас он явно не добился наоборот, мы оказались едины во мнении против сына. Словно невидимый, он остался в стороне, пока мы с мужем молча стали разбирать покупки, раскладывать их по местам. Мы явно дали понять: нянчиться никому не будем.
Смотрел он на нас, на этот родительский тандем, и, наверное, удивлялся: как же мы, такие строгие на работе, умеем быть друг другу ласковыми и поддерживать в быту и в жизни.
Ну, ты чего тут застыл? Ступай, помирись со своей женой! твёрдо сказал Виктор Петрович. Забудь ты эту старую ерунду, о долгах и ролях. Беречь друг друга и помогать вот вся семья! А у нас свои заботы, иди.
Артем ушёл от нас ошарашенный, не такого отношения видимо ожидал. Но, кажется, затаённая обида на жену стала проходить он и сам осознал, что устроил склоку на ровном месте. А главное, понял: хочет построить свою счастливую семью именно так, как у нас с Виктором Петровичем.
