Подруга с кладбища
Однажды вечером мой муж Славик отправился в магазин за хлебом и больше не вернулся. Мы тогда ютимся с ним и нашими двумя детьми в квартирке его мамы в Курске уже пятый год. Мать его, Таисия Ивановна, и раньше меня недолюбливала как сейчас помню, смотрела на меня, будто я ей невестка из страшного сна попалась. После исчезновения Славика у нее окончательно поехала крыша: соседям рассказывает сын, мол, погиб жертвой моих романов, любовники утопили его в озере под Курском.
Я же надеялась, что он просто за хлебом задержался ну, вдруг очередь большая? Утром к полиции сходила, а там мне бодро: «Пишите заявление, гражданочка, но искать будем только через трое суток». Сидим с детьми, ждём, каждый день ждём… Прошло три года. Дверь всё не открывается.
Свекровь дома окончательно разошлась: меня винит, детей мои внуками не считает, всем твердит «убийца». В каждом пустяке найдет повод для скандала: то я ложку не туда положила, то булка лежит на столе не под тем углом Я терпела, думала, может, у нее совесть проснётся. Но куда там. Решила, что хватит стала искать варианты, как квартиру разменять.
Тут уж свекровь в полную силу развернулась:
Я тебе не позволю жировать! Даже не мечтай убийца!
Только появляется вариант размена, она тысячу причин найдёт отказать: там этаж не тот, здесь молодежь шумная, там район не тот, тут до «Пятёрочки» далеко Нашёлся наконец вариант второй этаж, напротив, район знакомый, магазин через дорогу. Радуюсь. А Таисия Ивановна разводит руками:
Я на старую квартиру из окна смотреть не могу вдруг сын вернется? И вообще, всё напоминать будет
Тут уже мое терпение лопнуло: я согласилась хоть куда, лишь бы уйти. В итоге удалось нам снять скромную квартирку на первом этаже хрущёвки, прям на окраине на самой границе Нового кладбища.
Свекровь, когда уходили, даже напоследок фартуком не махнула. Детей стала чернее тучи ненавидеть будто они, а не я, на её печень сели. Мне же ничего не оставалось, как пожать плечами и шить плотные занавески: из окон-то только памятники да кресты Дети и я привыкли жить почти без солнца, со знатным видом на похоронные процессии.
Прошел месяц жить можно, только местами холодно и жутковато. День был как день: варю утром детям кашу, на кухне лунное светило сочится сквозь занавески. Вдруг грохот в подъезде! Выхожу, а там на лестнице лежит соседка Клавдия Петровна: подвернула ногу, продукты по ступенькам рассыпались. Я её поднимаю, разложила на диване, собрала ей яблоки и сдабриваю:
Давайте скорую вызову, Клавдия Петровна.
А она плачет:
Не от боли я реву Проклятое место, тут каждый день беда!
Успокаиваю:
Да ерунда, человек ко всему привыкает, и марши эти уж как родные
Она посмотрела на меня и говорит с натяжкой:
Ладно, узнаешь, сама поймешь
И точно, с этого дня началась у нас череда напастей: сын на секции уронил гантель на ногу, в гипсе теперь скачет, у дочки ЖКТ шалит язвочка вылезла.
А через недельку ночью вдруг просыпаюсь кто-то скребет по стеклу. Смотрю два часа ровно, ну как в мистических историях! Подхожу к окну а там женщина по возрасту мне ровня, лицо таинственное, синевато лунное, с ехидной усмешкой. Стоит, глядит, будто я ей должок задолжала. Я бы заорала, только ни голос, ни ноги не идут. Стою прибитая к подоконнику, пока она не разворачивается и не уходит к кладбищу. Осыпалась я в кресло, но уснула только под утро.
Весь день дерганая, ни о чем думать не могу. Никому не рассказываю, вдруг решат мамашу на кладбище надо сдать Из всех версий выбрала самую нелепую может, свекровь сговорилась с кем-то меня до ужаса довести? Или агентство ритуальное чтоб я с перепугу хату продала Но опомнилась не до паранойи, детей кормить надо.
Через пару дней у меня на работе сокращение, без выбора: хочешь увольняйся, хочешь сама уходи. Уволилась по собственному и, чтоб выжить, бегом в ломбарды кольца свадебные сдавать. В первом мне дали жалкие деньги, думаю, поищу выгоднее. На выходе встречаю какого-то Петра, на картонке у него: «Куплю золото». Предлагает больше, чем в ломбарде отдала ему кольца, взяла наличку и довольная иду домой.
Тут какой-то малец мимо меня пролетел, и свёрток обронил. Кричу ему а он уже исчез! Открываю а там пачка пятитысячных купюр! Мечта, не жизнь! Только радость моя длилась минуту: тут же появляется цыганка, хватает пачку:
Вам деньги на счастье, а в полицию не надо, алкаши их заберут, давай делить!
Отдала мне половинку и исчезла. Душа моя струнулась, хоть и стыдно ну нужны нам были деньги Но пока радовалась, за углом уже парень ждет, и ещё лысый тип с битой.
Отдавай деньги!
Процедила всю историю, но им хоть бы хны забрали остатки и ушли. Всё, что было со сдачи за кольца, прощай! Дошла домой как в тумане, ревела в подушку до утра.
Вспомнила тогда слова Клавдии Петровны о доме-кладбище. И правда: порча тут какая-то одна беда за другой. На следующий день опять ночью слышу царапанье в стекло. Поползла к окну, смотрю снова эта женщина под луной. Мы стояли, глазели друг на друга молча, а мне всё казалось сейчас либо крикну, либо упаду прямо тут в обморок! Потом она ушла, а я села под стенку в угол и сидела до рассвета.
На следующее утро соседка стучит: принесла жэковскую квитанцию по оплате. Я стою, слезы сдерживаю. Клавдия Петровна женщина на редкость терпеливая, говорит:
Пошли, я тебе кое-что покажу.
Через десять минут мы уже среди могил. Подводит к надгробию с фотографией той самой женщины. Меня пробило до дрожи. Оказалось, и Клавдии являлась «ночная гостья». После этого у нее сына сбила машина, муж ушел, диабет начался Говорит, много зла с этим местом связано.
Через несколько дней я не выдержала и пошла днём к её могиле. Солнышко, листья вроде ничего страшного. Привела могилку в порядок, сорняки вырвала. Глянула на фото. При дневном свете женщина получилась даже красивая, ни зла, ни хмурости, а платье модное, брошка с зелёным камнем. Меня прорвало. Села у оградки и давай ей жаловаться на жизнь, на свекровь, мужа, на череду бед, что со мной приключилась.
Под вечер мне стало легко: будто выговорилась старой подруге. Когда уходила, прощалась с Верой (так звали женщину). Ещё подумала, у нас обеих беда: у неё жизнь отобрали, у меня силы на неё жить.
Той ночью приснился мне страшно яркий сон: приходит Вера, но уже не как призрак. Садится на край кровати, аккуратная, красивая, как на фото.
Ты не виновата, слышишь? Сделаешь, как скажу всё наладится. Муж твой попал в неприятности с картами, большие долги его в кабалу вывезли на Кавказ, держат под замком, на наркотиках. Жив, пока работает. Его не найти. Продай квартиру похоронному агентству и купи другую, подальше отсюда, я помогу. Новый муж найдётся, детей полюбит как родных. Прощай!
Сон был таким насыщенным, что даже до утра в комнате воздух был тяжёлый, с запахом листвы и земли.
Через три дня пришли ритуальщики, предлагают купить мой заколдованный «уголок у кладбища» под своё агентство, по цене весьма приличной. Не стала долго думать, съездила в риэлторское бюро за неделю нашлась хорошая квартирка на нормальном районе.
Теперь мы живём в центре Курска, в элитном доме, дети ходят в крепкую школу, и муж мне хороший попался Сергей, заботливый, детей обожает. Всё сбылось, как Вера обещала! Вот такие дела, дружочки: если к вам придёт подруга с кладбища слушайте внимательно, вдруг и вас спасёт от невзгод. А про неё я еще долго не забудуИногда, когда вечер становится особенно тихим, дети засыпают, а Сергей бережно укрывает меня пледом, мне вдруг кажется: на кухонном окне отражается тень тонкая, изящная, с брошью изумрудной искры. Я улыбаюсь не со страхом теперь, а с благодарностью. Раз в году беру букет лилий, еду на старое кладбище, и, оставив цветы на могиле Веры, шепчу: «Спасибо». А майский ветер гоняет жухлые листья между плитами и тихое эхо отвечает мне сквозь вековую тишину: «Пусть у тебя будет только счастье»
Вот так у меня появилась первая подруга, с которой не страшно даже по разные стороны жизни быть. И, должно быть, Вера своё слово держит за столько лет беда наш дом больше не находит.
