Сложное счастье
То есть, как это разводимся? Артем, ты издеваешься?
Анна смотрит на мужа, не веря своим ушам. Развод? Они же почти двадцать пять лет живут вместе! Через две недели юбилей, гостей пригласили, стол заказали, все готово С обеих сторон родственники позвонили, все спрашивают, что дарить. А Аняна лучшая подруга, Наталья, уже даже подарок прислала сама не приедет, в положении, далеко лететь, врач не советует. Ну и ладно, еще увидятся, отпразднуют по-своему. Все-таки Наташа большую роль в их судьбе сыграла именно она познакомила Анну с Артемом на первом курсе института. А потом на свадьбе громче всех кричала: «Горько!», прячась за свадебным букетом, который Аня не бросила в толпу, а вручила Наташе лично.
Чего твой Дима медлит? Обалденная девчонка упустит ведь!
Куда денется? Наталья поправляет прическу Ане. Всему свое время. Он теплится, зато потом будет ценить. Лично я зеленого мужа не хочу набьет оскомину, пару лет, а потом разбежимся. Потом начинается дележка имущества, война за детей, родственники Нет, лучше подожду. Своего попозже созреет.
Смешная ты, Наташ! Всегда у тебя всё наперед просчитано! Анна смеется, наблюдая, как подруга психует и криво красит губы.
Не умею я полумер. Если брать, то с размахом!
А дети? Сразу двое или по одному?
Двойня! Раз и готово! У нас же в семье бывают близнецы, вдруг повезёт.
А потом воспитывай два комплекта эмоций. Тяжело же!
Двоих легче, чем одного, уверяет Наташа, конкуренция правильная, игрушки вместе, и потом орден матери-героини, не меньше. Слабо, что ли?
Анна смеётся, но в глубине души не сомневается у Наташи получится всё, что она задумала.
И так оно вышло. Только небеса подшутили: родилась не двойня, а тройня. Что ж, испытать так по-настоящему.
Наталья справляется великолепно. Свекровь уже души в ней не чает, хотя Наташа с родней всегда на ты общается спокойно, но по делу, кормит-выручает, стоит кому-нибудь заболеть или если кому помощь нужна зовёт мужа, не любящего героизма, но под ее аргументы уходит к маме чинить шкаф или окна мыть. «Потом нам помощь понадобится чтобы нам не показали известную фигуру», уверяла она. В итоге, когда понадобилось сидеть с детьми, бабушки и дед с радостью взялись помогать.
Детей выходила, поступила в вуз, и даже с тройней на руках выучилась на экономиста и юриста и ведь все на отлично. Работу нашла, уговорив работодателя, что зарплаты хватит на няню.
Наташка, когда ты все успеваешь?
А кто решится поставить двойку матери троих детей?! А так и мозг не засохнет, и опыт наработаю. Пусть зарплата небольшая, зато руку набью потом выберу, где и как работать.
Анна удивлялась и правда, как можно всё успевать? Сама она всегда мучилась с выбором, сомневалась во всем, начиная с каких носков надеть в садик, не говоря о серьезных решениях.
Зато если решишь так наверняка, подбадривала её Наташа. Только не надо себя грызть.
А вот жизнь у самой Анны Да, детей Бог не дал, с этим смирились, любили друг друга, жили тихо. Анна даже пыталась работать волонтёром в детдоме, но, честно поняла взять и полюбить чужого ребенка всей душой не сможет, боится не справиться, а сделать несчастным не простит себе никогда.
Это не ваше время, считала директор детского дома Светлана Ивановна. Вы увидите своего ребенка, и сердце само подскажет.
А если не встречу? шептала Анна, расставляя подарки на столе после елки.
Значит, не надо. Лучше не брать, чем вернуть я таких горечных историй насмотрелась, кивала Светлана, показывая на мальчика Мишу, которого дважды возвращали.
Как так? поражалась Анна. Совсем маленьким же!
Сначала взяли сироту, потом родился свой обычная история. Во второй раз не вытянули силы, своих двое плюс еще приёмные На всех не хватило любви. Доходят до того, что ребенок есть отказывается, просится обратно в приют, потому что видит не любят.
Этот случай поразил Анну до глубины души, удержала только Наталья с её трезвой логикой: «Если не уверена не надо. А то станешь такой же, кто Мишу бросил. Лучше к себе дозволь и честно ответь».
Анна больше в интернат не ездила, но о Мише всё помнила. Он стал для неё предупреждением жить надо так, чтобы никому не причинил боль неосознанно.
Анна безвольно обхватила себя за плечи казалось, мерзнет прямо в кухне, хоть тепло уже дали. Она почти автоматически думает: может, помочь Артему собрать вещи? Холодно ли, что взять? Лето здесь, под Воронежем одно название, осень да зима длинные, несравнимо с Югом. Как же хотелось бы к маме, в родную Кубань, уйти с ней в горы и даже мыслей не иметь ни о муже, ни о делах. Но мамы больше нет. И теперь, кажется, Артем уйдёт
Как не нужна эта свобода Нужно чтобы кто-то был рядом. Вместе пить по утрам кофе, болтать обо всех и ни о чем, уехать в Саратов походить по аллеям, просто так. Все самые хорошие дни были спонтанными, не запланированными. Артем мог позвонить среди буднего дня:
Анн, чего делаешь?
Завал, сейчас не могу!
А давай сбежим? Поехали на природу!
И Анна бросала дела, а через час они шли вдоль реки, молчали или болтали чепуху это было счастье.
Только теперь осталось одно прошлое. У Артема будет новая жизнь. С молодой женой, которой скоро рожать. Вот, оно в чем дело? Или проблема в том, что она, Анна, так и не смогла стать для него центром вселенной? Если бы просто ушел к другой страшно, но осознать можно. А если брак был с самого начала ошибкой значит, и сама она ничто?
Анна стоит на кухне, прислонясь коленями к батарее, слышит, как Артем ходит по дому, собирает вещи. Её трясёт так, что даже горшок с цветком, подарком от Наташи, едва не падает. Вот хлопнула дверь и она, как одеревеневшая, отцепляет пальцы, опуская руки на подоконник. Потом хватает цветочный горшок и швыряет его оземь, выкрикивая отчаяние. Легче не становится.
Земля и осколки на полу приводят её в чувство. Да на душе всё черное, кажется, света больше нет и не будет. Только жить на ощупь, без ориентира. Хотя…
Анна, хромая, идёт в спальню, хватает телефон.
Наташ
Рыдание вырывается изнутри, и сказать иначе не выходит. Но Наташе и объяснять ничего не надо, она понимает по одному звуку.
Артем ушёл?
Да-а
Завтра жди меня.
Ты с ума сошла! Тебе лететь нельзя, рожать скоро в растерянности Анна вдруг соображает: Ты знала?
Подозревала, спокойно говорит подруга. Всё к лучшему, Анна.
Ты шутишь?! Мне ведь жить незачем! Всё потеряно!
Купи себе платье! неожиданно приказывает Наташа.
Что?!
Да, да! То самое, на которое деньги пожалела. Сходи сейчас, купи, покажешь потом фото. Не реви, не вздумай сидеть дома! Купишь сразу в поезд ко мне. В горы пойдём. Дети мои при деле, муж справится, а нам нужна передышка.
Анна обескуражено смотрит на телефон и, будто по команде, идет к зеркалу. Видит в нём уставшую, но далеко не разбитую женщину. Хватит! Она еще и ого-го. Если он ушел пусть, а она выкарабкается. Правильно Наташа говорит покупать надо не только платье, но и новую себя.
Первая поездка с пересадками отлично, меньше времени грустить. А там, на старых тропинках русского юга, шаг за шагом, разговор за разговором, Наташа помогает Ане распутать клубок обид, боли, назначить себе новую жизнь. Где, кстати, и отцу Анны теперь не так одиноко с его новой спутницей Любовью Васильевной всё по-человечески спокойно и ясно, их все устраивает, даже наоборот, приносит тем взрослым весну.
Год проносится незаметно. Анна уже в Волгограде, держит два новых детских центра на хорошем уровне, сама живёт в уютной квартире недалеко от отца и его избранницы, устраивает судьбу так, как самой удобно. Собака в доме, работы хватает, а вечером всё равно есть неожиданная тоска по прошлому, по шелесту когда-то совместно прожитых лет.
Однажды появляется серьёзное дело надо поехать в Тамбов на консультацию по бывшему бизнесу. Разгребла проблему за день, пошла по старым местам. На одной из площадок родной когда-то детский центр, и до боли узнаваемые дома, скверы, парки. Что тянет Анну туда? Наверное, надежда увидеть, что что-то осталось навсегда.
Возле старого фонтана с коляской сидит мужчина ей кажется, знакомый. Два шага, три и вот он, Артем. Постаревший, поседевший, но больше всего изменённый какой-то немотой боли, сжавшей его в ком. Увидев Анну, он будто уменьшается, не решаясь и глаза поднять.
Она садится рядом.
Как ты?
Плохо, тихо отвечает Артем. Очень одиноко. Много глупостей сделал, по случайности и всё потерял.
Нет, не всё. Дочка у тебя есть, и это главное. Как её зовут?
Катя.
А жена?
Нет жены, Аня. Юлия умерла после родов.
Анна вздыхает сейчас ей не жалко своего бывшего соперника только молодую женщину, изменившую чей-то маршрут, но не получившую самой жизни. Дочка Артёма сладко спящая в коляске, а сам он вдруг стал не чужим, снова, на время.
Они говорят долго и много, будто заполняя пустоту всех прошедших лет. Катя открывает глаза, и на её щеках отражается и грусть, и надежда.
***
Полгода спустя в кабинет к Светлане Ивановне, директору детского дома, входит Анна, а за ней темноволосый серьёзный мальчик.
Миша, знаешь, зачем я пришла?
За мной.
Ты хочешь жить со мной?
Всё равно. Думаю, вы меня вернёте.
У мальчика такой взгляд немногословный, испытующий. Но искра появляется, когда Анна достаёт фото:
Это твой муж?
Бывший. А это не моя дочка. Но я её принимаю. И тебя тоже приму, если разрешишь.
А вы меня не вернёте?
Нет. Потому что я знаю, как терять когда ничего не остаётся. Я не хочу жалеть, я хочу любить по-настоящему. Хочу, чтобы у Кати был старший брат, чтобы ей было с кем делить жизнь и радость. Давай попробуем вместе? Только помоги мне научиться быть мамой я пока не умею.
Миша медлит, но потом аккуратно гладит по красному рукаву её платья кажется, оно волшебное, настолько яркое, что хочется к нему прикоснуться.
Нравится?
Очень.
И мне. Я его купила, когда было особенно трудно.
Я хочу попробовать.
Мы не пробуем мы будем жить. Иначе никак.
***
Проходят ещё годы. По горной тропинке возле Сочи гуськом идёт семья: темноволосый мальчик Михаил, за ним Катя бойкая, любопытная. Взрослые подшучивают, дети спорят, чтобы не давать заскучать.
Катя, там в лесу волки!
Вот ещё!
И медведи! Большие, голодные!
У них мама не умеет кашу варить?
Неа! Не умеет.
А наша умеет.
Мам, Катя говорит, мишкам нужна каша.
Манная, что ли? Анна смеётся, догоняя детей.
Мам, ты не умеешь без комочков! Катя смеётся.
Ну, значит, медведям с комочками каша пойдет!
Чтобы они сытые были, отдай мою порцию завтра!
Нетушки, мед я сама люблю Анна прижимает дочку, глядит на сына: Михаил, не хочешь домой?
Нет, пусть Катя новых зверей накормит, иначе тут всех домой понесём с её заботой никто без любви не останется!
И смех над поляной, и рассвет над вершинами теперь у Ани всё по-настоящему: ни простого счастья, ни простых ответов, зато своя настоящая семья.