У каждой любви своя форма
Настенька тихо вышла из дома во двор и сразу почувствовала, как холодный северный ветер продувает сквозь тонкий свитер. Куртку она не надела не хотелось возвращаться за ней. Просто стояла у калитки, глядя по сторонам пустыми глазами, и даже не заметила, как по щекам потекли слёзы.
Настёныш, чего ты плачешь? вдруг услышался голос рядом. Она вздрогнула: это был Мишка, соседский мальчишка, старше неё на пару лет с растрёпанными вихрами на затылке.
Я не плачу просто воздух холодный, вот и попыталась отмахнуться Настя, не особо удачно скрывая слёзы.
Мишка посмотрел внимательно, потом достал из кармана три карамельки и протянул ей:
Бери, только молчи а то сбегутся, сами понимаешь И домой иди давай, простудишься, строго сказал он.
Спасибо но я не голодная Просто прошептала Настя.
Мишка всё понял, кивнул и ушёл дальше. Вся деревня знала: отец Насти, Алексей, стал пить. Ходит в единственный магазин в селе, у Валентины Павловны просит в долг до получки. Она по-стариковски ворчит, но бутылку все равно отпускает.
Ну как тебя только не выгнали ещё шепчет вслед, Ты уже зарплаты вперёд тратишь! Но Алексей молча уходил, деньги тратил на спиртное.
Настя зашла в дом только вернулась со школы. Девочке девять лет, дома есть нечего: холодильник пуст, а просить помощи страшно, иначе отправят в приют. А там, говорят, тяжело и страшно. И как отец без неё останется? Нет, уж лучше так.
Сегодня у Насти было всего четыре урока две последние отменили, учительница заболела. За окном конец сентября, ветер вырывает последние жёлтые листья, палит сыростью и стужей. Настина курточка старая, ботинки прохудились если дождь, насквозь промокают.
Отец спал прямо в одежде на диване, из кухни тянуло перегаром на столе две пустые бутылки, под столом ещё. Шкаф на кухне пустовал совсем, и хлеба крошки не нашлось.
Настя быстро съела конфеты, что дал ей Мишка, решила взяться за уроки уселась на табуретку, подогнула ноги, раскрыла тетрадь по математике, но не могла заставить себя считать. За окном шумел ветер, шатал старые деревья, кружил по двору горсть опавших листьев.
Огород за окном давно заброшен только сорняки и сухие кусты. Яблоня мёртвая, даже клубника куда-то исчезла, а когда-то и малина, и картошка росли. Мама со всем возилась, всё холила. А этим августом отец снял весь урожай яблок, преждевременно, и свёз на рынок:
Деньги нужны, коротко буркнул.
Настин отец, Алексей, раньше был другой. Добрый, весёлый, с женой ходили в лес за грибами, вечерами вместе пили чай с пирожками, мультики смотрели всей семьёй. Мама пекла оладьи и пирожки с яблочным повидлом.
Но как мама слегла, больше домой не вернулась, Алексей загрустил. Он долго сидел с маминым фото, а однажды начал пить. С тех пор дома часто бывали шумные мужчины, Настя уходила на скамейку за домом, чтобы не слышать крика и бутылок.
Настя глубоко вздохнула, заставила себя доделать математику сообразительности ей было не занимать. Собрала тетрадки, бросила рюкзак на кровать. А на кровати её старый мягкий заяц, когда-то белоснежный, теперь потёртый Тимошка. Мама покупала его на ярмарке, сразу после её рождения. Настя крепко обняла игрушку:
Тимошка, ты помнишь нашу маму? шепнула она.
Заяц молчал, но Настя была уверена помнит. В памяти сразу появились счастливые картинки: мама в фартуке лепит тесто, волосы убраны в пучок.
Дочка, давай наколдуем булочки-сердечки!
А бывают такие булочки? удивлялась Настя.
Конечно, смеялась мама. Эти булочки особенные, желания исполняют, если кушать с любовью!
Настя помогала маме катать кривенькие сердечки мама улыбалась:
У каждой любви своя форма.
Потом Настя ждала: когда булочки испекутся, загадывала желание. Дом наполнялся ванильным запахом, отец возвращался с работы и они втроём дружно ужинали с чаем и мамиными булочками.
Настя вытерла слезы от радостного прошлого. Теперь всё иначе Часы тикают, а в душе только тоска и пустота.
Мамочка, шепнула Настя, прижимая к груди Тимошку, как же мне тебя не хватает
В выходной в школу не надо. После обеда Настя решила пройтись к лесу: отец опять спал на диване. Накинула под изношенную куртку тёплый свитер, шагнула наружу. Неподалёку, за леском, пустовал дом дедушки Егора. Он ушёл два года назад, но остался яблоневый сад и нетронутые груши.
Настя время от времени лазила туда: переберётся через низкий забор, с земли подберёт упавшее яблоко или грушу.
Я не ворую, уговаривала себя, только беру то, что никому не нужно
Деда Егора помнила вскользь: седой, с палочкой, улыбчивый, угощал детей фруктами, иногда давал леденец. Теперь сад сиротливо стоял, а плоды гнили на земле.
Она только подобрала два яблока, как из дома вышла женщина в светлом пальто Настя от неожиданности уронила добычу.
Ты кто такая? спросила женщина строгим тоном, подходя ближе.
Я Настя Я не ворую, только с земли Думала, тут никого нет Раньше ведь не было
Я внучка деда Егора. Только вчера приехала, теперь тут жить буду. А ты давно тут собираешь?
Настя не выдержала, слёзы сами пошли потоком:
С тех пор, как мама умерла
Женщина обняла её крепко:
Не плачь, солнышко. Пойдём ко мне в дом, согреешься. Я Анна Сергеевна, почти как ты, Настя. Когда повзрослеешь, все будут называть тебя Анастасией, как взрослую женщину.
Анна Сергеевна сразу всё поняла: девочка не по годам серьёзная, руки худые, рукава короткие. В доме уже уют только чемоданы на кресле, но чисто и пахнет супом.
Раздевайся, я только утром сварила куриный суп, да ещё кое-что осталось. Сейчас быстро покормлю, а уж потом чайком баловать стану. Кушай, Настя, не стесняйся.
Настя на голодный желудок быстро опрокинула тарелку, съела хлеб, словно три дня не ела.
Может, ещё налить? улыбнулась Анна.
Спасибо, я наелась.
Отлично, тогда у нас чай с булочками, и с этими словами поставила на стол плетёную корзинку. Под полотенцем румяные булки в форме сердечек. Дом наполнился запахом ванили, Настя сжала одну булочку в руке до боли.
Такие же у мамы были прошептала, откусила кусочек и зажмурилась.
Долго сидели за столом: Настя оттаяла, щеки покраснели от тепла, ей не хотелось уходить.
Ну что, Настенька, рассказывай, где живёшь, как живёшь, прогуляемся вместе?
Да тут четыре дома всего, я сама дойду
Нет-нет, твёрдо сказала Анна Сергеевна, пусть и не лезу к тебе в душу, но так надо.
Настин дом встретил их тишиной и запахом перегара. Отец спал, бутылки валялись повсюду, пыль и мусор на полках.
Анна Сергеевна только покачала головой.
Я всё понимаю Давай-ка приберём, разом всё станет легче.
Вместе быстро собрали бутылки, проветрили хату, вытряхнули ковёр, всё лишнее убрали.
Только не рассказывайте никому, попросила Настя. Папа не плохой, просто не справляется. Если узнают меня заберут, я не хочу Он меня любит, просто скучает по маме
Анна крепко обняла девочку:
Я никому не скажу, слово даю.
Время шло. Настя теперь бегала в школу с аккуратно заплетёнными косами, в новой куртке, с рюкзаком и новыми ботинками на ногах.
Настя, правда, твой папа женился? спросила подружка Маша. Вот кто стал красавицей-то! И волосы красиво заплетены!
Правда, теперь у меня мама тётя Аня, с гордостью ответила Настя и поспешила на уроки.
Алексей бросил пить с поддержкой Анны Сергеевны. Теперь ходили по селу вместе: Алексей высокий, подтянутый, всегда в чистой рубашке, рядом с ним статная, уверенная Анна. Они всегда улыбались Насте и вся деревня завидовала доброй семье.
Время летело быстро. Настя поступила в институт приезжала на каникулы домой, всегда громко воскресая на пороге:
Мамочка, я приехала!
Анна бежала ей навстречу, обнимала:
Вот и моя профессорша ну, скорее чай пить, рассказывай новости!
Вечером с работы возвращался Алексей радостный и довольный. А дом их наполнялся смехом, счастьем и запахом свежей выпечки ведь у каждой любви своя форма.
