Мне уже 62 года, когда я вновь встретила мужчину и ощутила счастье, как когда-то в молодости. Мне всегда казалось, что такой любви больше не будет, но жизнь распорядилась иначе. Подруги посмеивались надо мной, но я вновь расцвела. Его звали Павел Николаевич, он был немного старше меня.
Познакомились мы случайно в Консерватории на концерте Мусоргского. За разговором в фойе оказалось, что у нас много общего. На улице мелко накрапывал дождь, вокруг пахло свежестью и горячим асфальтом, и я, словно девчонка, вновь почувствовала радость встречи с миром.
Павел был учтив, заботлив, с тонким чувством юмора мы смеялись над старыми историями, вспоминая прошлое. Рядом с ним я будто разучивалась бояться одиночества, находила в простом дни ощущения светлой молодости. Но эта счастливая июньская пора обернулась неожиданной тревогой, о которой я тогда ещё не подозревала.
Мы всё чаще встречались ходили в кинотеатр на Советской улице, обсуждали книги Булгакова, говорили про годы уединения, к которым я уже привыкла. Однажды Павел пригласил меня на свою дачу под Сергиевым Посадом место оказалось чудесным, в воздухе витал запах сосен, а закат отражался в спокойной глади озера, окрашивая всё в золотисто-розовые тона.
В одну из ночей я осталась у него, и Павел поехал в город: сослался на неотложные дела. Пока его не было, его телефон вдруг зазвонил. На экране появилось имя Людмила. Я не подняла трубку, боясь перейти черту, но внутри поселилось смутное беспокойство: кто она? Когда он вернулся, пояснил, что Людмила его сестра, она тяжело болеет. Он говорил искренне, и я отпустила свои опасения.
Но через пару дней Павел стал часто исчезать, а звонки Людмилы были всё регулярнее. Я начинала ощущать, что между нами существует некая неразгаданная тайна. С одной стороны мы были близки, но что-то оставалось за границами моего понимания.
В ту памятную ночь я вдруг проснулась и обнаружила, что рядом со мной его нет. Сквозь тонкие стены дачного домика донёсся его приглушённый голос:
Людмила, подожди Нет, она пока не знает Да, понимаю Нужно чуть-чуть времени
Мои руки задрожали: Она пока не знает он говорил обо мне. Я притворилась спящей, чтобы не выдать себя, но голова была полна тяжёлых мыслей. Какую тайну он скрывает? Почему ему так важно время?
Утром я сказала, что схожу на местный рынок за ягодами и фруктами. На самом деле я отправилась в сад, где никто не мог меня услышать, и набрала номер подруги:
Валентина, я не знаю, что делать Чувствую, что у Павла с сестрой какие-то серьёзные проблемы. Может, у них долги, или ещё что худшее Я только начала доверять ему.
Валентина вздохнула, и в её голосе прозвучала забота:
Нужно поговорить с ним, иначе домыслы только хуже разъедят душу.
Вечером я не выдержала. Когда Павел вернулся, я собралась с духом и тихо спросила:
Павел Николаевич, я случайно услышала ваш разговор с Людмилой. Вы сказали, что я пока ничего не знаю. Объясни мне, пожалуйста.
Лицо его осунулось, он смотрел в пол:
Прости Я собирался всё рассказать. Людмила моя сестра, но она оказалась в очень тяжёлой ситуации большие долги, грозит потеря квартиры. Она просит у меня помощи, и я истратил почти все мои сбережения. Я боялся: если узнаешь о моём положении, подумаешь, что я недостаточно надёжен, и уйдёшь. Я хотел сам решить всё с банком, чтобы не обременять тебя.
А почему ты сказал, что я пока ничего не знаю?
Я боялся, что, когда узнаешь, сможешь уйти У нас ведь только начинается что-то настоящее. Я просто не хотел нагружать тебя, не хотел терять тебя из-за чужой беды.
На душе у меня стало тяжело, но в то же время я почувствовала облегчение: всё оказалось не так страшно. Ни другая женщина, ни обман, ни двойная жизнь просто страх потерять меня и желание помочь семье.
Слёзы подступили к глазам, я глубоко вздохнула, вспоминая все пережитые годы одиночества. Теперь я ясно поняла: не хочу больше терять кого-то родного из-за недоразумения или молчания.
Я взяла его за руку:
Мне шестьдесят два, и я хочу быть счастлива. Вместе нам и горе не беда. Если есть проблемы найдём выход вдвоём.
Павел Николаевич с облегчением обнял меня крепче. В лунном свете я увидела слёзы на его глазах. В саду стрекотали кузнечики, воздух тёплой ночи был наполнен смолистой свежестью.
На следующий день я сама позвонила Людмиле и предложила помощь: у меня оставались полезные связи, и я всегда любила наводить порядок в делах. Вместе мы связались с банком, я помогла разобраться с документами мне словно возвращалась вторая молодость.
Смотрю назад на наши тревоги и понимаю: нельзя убегать от трудностей, их надо встречать вместе, держась за руки. Пусть 62 года не возраст юных признаний, но именно тогда жизнь преподнесла мне свой чудесный подарок. Нужно только быть готовой принять его открытым сердцем.
