Когда я училась в школе в Киеве, у нас была особенная девочка сирота. Она жила с бабушкой, женщиной дряхлой и глубоко верующей. Каждое воскресенье бабушка брала внучку за руку, и они вместе, обе хрупкие, почти прозрачные в своих чистых, белых платочках, шли мимо нашего дома в церковь. В округе ходили разговоры, что бабушка строго запрещала ей смотреть телевизор, лакомиться сладким и смеяться громко, чтобы нечисть не проникла через рот, а ещё заставляла её умываться холодной водой каждое утро.
Девочку мы дразнили. Она смотрела на нас своими серыми, взрослого выражения глазами и тихо говорила: «Господи, прости их, ведь не знают они, что творят». Дружить с ней никто не хотел считали странной. Имя у неё было русское, редкое Евгения, но все звали её Женечкой.
Когда я вспоминаю школьные столовые, сразу всплывает их пресная еда. Лишь иногда, по пятницам, нас радовали сочниками с чаем или сосиской в тесте с какао и маленькой плиткой шоколада. В тот день, снова издеваясь над Женей, кто-то толкнул её, она столкнулась со мной, я ударилась о стол, где стояли стаканы с какао, и шоколадная лавина накрыла двух старшеклассников.
Ну что же это, буркнули ребята.
Бежим! скомандовала я, схватив Женю за руку. Мы метнулись в свой класс, спотыкаясь, как будто за нами несётся орда казаков, а следом стадо старых быков. Последние два урока были по математике, и за стеклянной дверью маячили двое рослых явно ждали нас. То дверь приоткроется, то заглядывают, перешёптываются. Я-то понимала, что нас ждёт: расследование, суд и наказание, как говорил мой дедушка.
Главное незаметно выйти, потом я знаю дорогу на чердак, спрячемся там до темноты, а потом домой.
Нет, ответила Женя, мы выйдем, как должны выходить девочки: при свете, спокойно.
Но там же они Они нам
Что? Обольют кефиром? Накричат? Побьют пятиклассниц? Что?
Ну
Даже если побьют, то один раз. А если не выйдешь, будешь бояться их каждый день.
Мы вышли из класса вместе с остальными учениками, скромно и тихо, как полагается настоящим девочкам. Старшеклассники стояли у стены.
Эй, малышки, кто потерял? один держал мой кошелёк с Чебурашкой и двадцатью гривнами как раз на бассейн и изостудию.
Держи, вот твой, сказал он, возвращая кошелёк. И не бегайте больше.
Я шла домой, размахивая портфелем, и думала, как всё чудесно произошло. Как хорошо, что у меня теперь новая подруга.
Может, мама поговорит с твоей бабушкой, отпустит тебя, и мы пойдем ко мне мультики смотреть? Или тебе нельзя?
Женя улыбнулась:
Не переживай. Лучше зайдём к бабушке она печет сегодня вафли с варежкой сгущёнки. Угощение получше любых мультиков.
Мы дружили долго. Пока жизнь не развела нас по разным уголкам мира.
Но я до сих пор помню тот один единственный раз.
Страшно прыгать с вышки в голубую воду бассейна но страшно только один раз. Впервые делать что-то новое пугает. Самое плохое что скажут «глупая»? Скажут, и забудут. А если не попробуешь, будешь каждый день жить с этим страхом.
Страшно лишь однажды. Или каждый день.
Преодолеваешь страх раз или он управляет тобой всю жизнь.
Всегда есть выбор.
