Выбор
А Гешка, оказывается, крепко женат… с грустью вздохнула Инна, сидя на старой лавке в московском дворе и сжимая в кармане направление на аборт.
Соседки по комнате в коммуналке всегда завидовали ей, глядя, как Инна гуляет с красивым, аккуратно выбритым брюнетом с ярко-голубыми глазами. Считали, ну и повезло же с кавалером внимания, будто в сказке… Вот только завидовать-то было нечему.
Инна поёжилась, вспоминая тот единственный раз, когда встретилась с женой Григория на проходной бывшего автозавода в Таганроге. Та специально дождалась Инну, чтобы всё ей разъяснить.
Здравствуй, кажется, Инна? начала она спокойно.
А вы кто? вздрогнула Инна, под напором ледяного взгляда высокой женщины с косой в тон пепельному цвету волос.
А я, Марина, жена Григория Павловича. Ты наверное удивлена?
Что?.. Инна сбилась с мысли.
Всё верно слышала, холодно кивнула Марина. Очередная наивная дурочка. Сколько вас, охотниц за чужим счастьем, ещё будет?
Инна чуть не заплакала:
Да вы что себе позволяете?
Это ты что себе позволяешь, неожиданно мягко, но цепко взяла её за локоть Марина. Я законная жена! Я тебя с мужем своим видела, и ума хватило строить из себя невинную? Порядочные люди хоть извиняются, а ты…
Вы думаете, я знала? дрожащим голосом сказала Инна.
Марина оценила Инну с ног до головы.
Ты не первая. Было у него таких, тебе и не сосчитать. Муж у меня охотник, а ты для него приключение. Поиграет забудет. Успокойся и держись от него подальше.
У нас дети, протянула Марина, вытащила из сумочки фотографию: Вот, смотри, в Одессе прошлым летом…
Инна онемела.
Что вам нужно? только и смогла спросить.
Просто забудь его. Ты молодая, ещё замуж выйдешь, нарожаешь. А Гришу оставь. Ему семья важна. Сам он никогда не уйдёт.
Инна не стала больше слушать Марину и медленно пошла прочь по серебристой осенней аллее от той самой жены любимого, которая ворвалась и тут же разрушила её спокойное небо.
Какой же он предатель, шептала Инна себе, едва сдерживая слёзы. Но на улице показывать слабость она не могла, не хотела осуждения ни от соседок, ни от коллег.
Вечером Фёдор, как ни в чём не бывало, пришёл к ней домой с букетом белых ромашек. Инна выгнала его, с опухшими глазами, даже несмотря на то, что он клялся развестись: с женой мол, чужие люди, только формальность…
Инна две недели собиралась с мыслями. Григорий больше не появлялся, притворялся случайно встречая на улице, будто не знаком.
А потом новая беда. Утренняя тошнота, головокружение Инна думала, переживания. Но всё оказалось проще: шесть недель задержки. Приговор.
Она боялась стать матерью-одиночкой. Казалось, каждый встречный знает про её ошибку. Федя ведь скрывал, что женат! Ну что она могла сделать, паспорт просить? На пальце кольца не было…
И почему её не насторожило, когда он просил держать их отношения в тайне? Он ей солгал. Но полегче ей не стало. Коллектив зашептался, пересказывая визит Марины к ней на завод.
Я беременна, Инна поймала Григория за углом цеха, пока тот курил в перерыв.
Дам тебе гривны, только убирай это недоразумение, буркнул он.
На следующий день Григорий уволился и исчез.
Инна поняла: тянуть дальше нельзя. Врач предупредила затягивать опасно. Взяла бумагу на операцию и вцепилась в неё, сидя на скамейке, как в последнюю защиту.
Вы торопитесь? вдруг услышала она рядом голос мужчины в хорошем костюме и с огромным букетом бордовых хризантем.
Вам что? Инна даже не смогла удивиться.
У вас часы, кажется, спешат, заметил он, указывая на её золотые часики.
Да, идут вперёд всегда. Не могу исправить, хоть каждый день подводи… пожала плечами Инна, глядя сквозь собеседника.
Красивое осеннее утро, бабье лето. Моя мама любит эту пору. Говорит, однажды решила тогда самое важное в жизни и не пожалела, парень ловко улыбнулся, продолжая говорить, как будто выговариваясь.
А вы сами откуда? вдруг спросила Инна.
Я только что с собеседования. Из десяти выбрали меня! Хоть опыта и нет почти… Мама всегда верила, вот ради неё хочу первую зарплату потратить: купить путёвку к Чёрному морю, она там ни разу не была. А вы были на море?
Нет, Инна вдруг поймала себя на том, что интересуется радостью чужого незнакомого человека и смотрит, как играют солнечные блики на его тёмно-бордовом галстуке.
Мамин подарок! парень с гордостью поправил узел. Вы, простите, я, может, надоел со своей болтовнёй… Просто показалось, вам сейчас тяжело, а мне так хотелось поделиться…
Нет, не надоели, Инна медленно покачала головой.
Этот разговор, неожиданный и простой, вдруг согрел ей сердце. Парень был искренне благодарен матери, а Инна подумала: «Вот какой преданной любви она заслужила… Какое счастье такой маме такого сына!»
Ладно, я пойду. Мама ждёт, будет волноваться… А вы не спешите! улыбнулся парень.
Что?
Вашим часам скажите пусть не торопят, легко кивнул он и ушёл. Его тёплая улыбка ещё долго возвращала Инне возвращённое дыхание.
Через минуту Инна уже рвала на клочки направление на операцию теперь оно не имело смысла.
Ещё долго сидела, вдыхая прохладу московской осени, вдруг понимая она не одна.
Выбор был сделан.
***
Двадцать три года спустя…
Мама, я уже опаздываю! торопился в прихожей Стас, пока Инна бережно завязывала ему тёмно-бордовый галстук, только что купленный для важного собеседования.
Не бойся, сынок, это тебе для уверенности, всё будет как нужно, закончила она узел и, отступив, посмотрела с нежностью.
Всё равно страшно… А вдруг…
Это твоё место. Просто будь собой: отвечай ясно и не забывай ты у меня самый красивый! сказала Инна, улыбаясь сквозь волнения.
Спасибо, мам! Стас поцеловал мать в щёку и выскочил к лифту.
Инна махала ему вслед в окно, глядя, как её сын с букетом хризантем бодро идёт по набережной к автобусу.
И вдруг её охватило ощущение дежавю когда-то, давным-давно, она уже видела такую же осень, такой же галстук, такого же парня… Парень с бордовыми хризантемами в том далёком сквере разве не он был предвестником этого счастья?
Память всколыхнула забытые годы: значит, это всё судьба. Тогда, в отчаянии, она не спросила имени того парня и не надо: главное, что она не ошиблась, отпустив прошлое и выбрав жизнь.
После обеда Стас вернулся домой, принёс маме огромные бордовые хризантемы под цвет галстука и радостно объявил:
Всё, мама, меня взяли на работу!
А ещё, добавил он, в этом году мы обязательно поедем к морю. Ты ведь никогда там не была!
Теперь он будет заботиться о ней так, как когда-то она о нём горы перевернёт ради любимой мамочки. Вот какой сын вырос у Инны.
Сколь бы трудно ни было за эти годы, порой, уткнувшись ему в макушку, она чувствовала: всё выдержит, всё переживёт, лишь бы быть рядом.
Ни разу Инна не пожалела: она сделала самый верный выбор быть матерью. Пусть так и будет!
