Я собиралась садиться на рейс, когда вдруг пришло сообщение от мужа моей сестры: «Возвращайся домой немедленно». Это был билет бизнес-класса на рейс 815 до острова Долгий, недалеко от побережья Одессы элитное, почти недосягаемое место, куда отправлялись крупные бизнесмены и политики, чтобы неделю быть вне зоны доступа, забыть о цифровых гаджетах и скрыться от мира. Там не было ни связи, ни любопытных глаз только море, сосны и абсолютная тишина.
Алёна сидела в Золотом зале международного аэропорта Борисполь. На улице сквозь панорамные окна серела мокрая взлётная полоса, по которой стелился дождь, а внутри всё утопало в бархате, позолоте и сдержанном, убаюкивающем спокойствии.
Она проверила телефон.
Максим: Уже села в самолёт? Водителю сказал о времени твоего прилёта. Он будет с табличкой «АЛЁНА». Не садись ни в какие другие машины.
Уголки губ Алёны едва заметно дрогнули. Она быстро набрала ответ: Нет, ещё тридцать минут до посадки. Уже скучаю. Надеюсь, ты всё-таки сможешь прилететь?
Ответ появился сразу:
Максим: Сам понимаешь слияние компаний и все такое, я не могу сейчас уехать. Нужно всё устроить тогда уже сможем отдохнуть спокойно. Лети, расслабься. Через четыре дня приеду. Ты слишком напряжена, особенно после смерти папы. Отдохни.
Он был прав. Как всегда.
После того как полгода назад умер её отец, судоходный магнат Виктор Погодин, Алёна словно тонула не в воде, а в бумагах. Огромное наследство: склады, участки, инвестиции, счета, акции огромная империя, управлять которой она не умела.
И вот тут появился Максим.
Муж, с которым они были вместе три года, стал настоящей опорой, оставил своё разоряющееся архитектурное бюро, чтобы взяться за дела семьи Погодина. Он вел переговоры с адвокатами, контролировал бухгалтеров, встречался с советом директоров теми самыми, кто смотрел на Алёну, как на легкую добычу. Именно Максим организовал и этот отпуск виллу, экскурсии, СПА.
Госпожа Погодина? с приятной, выверенной улыбкой, к ней подошла девушка в униформе. Мы начинаем предварительный посадку. Хотите ещё шампанского перед вылетом?
Спасибо, не нужно, ответила Алёна и встала. Она поправила шелковое платье, взяла с кресла дорогую сумку, подаренную Максом на годовщину. Когда дошла до автоматических дверей, ее накрыло странное ощущение: не радость, а холод, отдававшийся кудрями по спине.
Это обычная тревога перед дальней дорогой, попыталась убедить себя Алёна. Она никогда не летала так далеко одна. Обычно всё устраивал Максим: паспорта, мелкие расходы, план поездки без него ей казалось, что она немного потеряна.
Длинный коридор к выходу на посадку тянулся ледяной тенью, она плотнее закуталась в кашемировый палантин. Телефон снова зазвонил.
Алёна ожидала романтичного сообщения от Максима или хотя бы напоминания выпить воды.
Но экран показывал другое имя.
Светлана: ГДЕ ТЫ?
Алёна нахмурилась. Две недели они не разговаривали отношения с сестрой были натянуты. Света художница, бунтарка, та самая сложная из сестер Погодиных, считала Максима «акулой в пиджаке». Максим отвечал тем же, называя Свету прилипалой, мол, держится рядом ради денег.
Алёна написала: В аэропорту. Лечу на тот остров, подарок Макса. Почему?
Три пульсирующих точки то появлялись, то исчезали на экране. Казалось, Света отчаянно ищет слова.
Светлана: НЕ САДИСЬ НА САМОЛЁТ!!!
Алёна остановилась. Мимо текли потоки пассажиров, огибая её, как вода камень.
Алёна: Света, хватит. Я устала. Не начинай свой театр.
Светлана: АЛЁНА, ПОСЛУШАЙ МЕНЯ! Я у тебя дома. Хотела старые папины часы отдать. Максим принял меня за уборщицу. Я слышала…
Светлана: Он не забронировал обратный билет.
Слова на экране цеплялись за сознание, не желая складываться в смысл. Конечно, билеты туда и обратно Максим организовывал всё.
Светлана: Это билет в один конец, Лёна. Это ловушка.
Заканчивается посадка на рейс 815 до острова Долгий, прогремело по громкой связи. Пассажирка Алёна Погодина, просьба пройти к выходу.
Алёна подняла голову. Агент у выхода смотрел прямо на неё, в руке сканер. Туннель к самолёту был темным, как глотка монстра.
Её телефон завибрировал.
Максим: Почему по трекеру ты всё ещё в зале? Не тяни, Алёна, ты опоздаешь.
Контраст был разителен: паника Светланы и ледяная решительность Максима.
Впервые за три года Алёна замерла.
Часть 2: Предупреждение
Улыбка регистратора становилась всё более натянутой. Уважаемая, двери закроются через две минуты!
Алёна шагнула вперёд. Привычка, выработанная за годы брака, требовала подчиниться Максиму: он вложил в эту поездку десятки тысяч гривен, он не переносил расточительства, и от его тяжелого вздоха ей всегда становилось не по себе.
Это просто зависть Светы, едва слышно прошептала Алёна себе. Она ненавидит, что мы счастливы.
С усилием подняла посадочный талон.
Телефон чуть не выскользнул из руки он завибрировал с такой силой. На этот раз не сообщение, а фотография.
Снимок был сделан через щель двери. Максим в кабинете её отца с сотовым спутниковым телефоном в одной руке и бутылкой виски в другой.
Но добила Алёну подпись Светланы:
Светлана: ОН НЕ ОДИН.
Она увеличила фото. В отражении окна контуры мужчины с татуировкой на шее и портфелем.
Светлана: Просто уходи из аэропорта. Сейчас. Не звони. Могут прослушивать телефон. Просто беги.
Алёна взглянула на регистратора, на тёмный туннель трапа. Всё внутри сжалось от ужаса.
Я голос дрогнул. Я таблетки забыла в машине.
После закрытия двери обратно не пустим, строго предупредил агент.
Это не важно, выдохнула Алёна. Я не полечу.
Она резко повернулась и, едва не поддавшись дрожи, пошла прочь.
Теперь страх был не слабоуловимый, а острым животным ужасом. Она ускорилась, каблуки цокали всё чаще, переходя в бег.
Ни к лентам выдачи багажа, ни к стоянке VIP-такси она не пошла. Только к обычной очереди такси, к обшарпанной Жигули с дешевым ароматизатором.
Куда? с подозрением оглядел её водитель.
Просто поезжайте, выдохнула она. Куда угодно. На трассу, в центр Киева, далеко от аэропорта.
Машина влилась в поток движения, аэродром остался позади. Телефон загорелся снова.
Входящий звонок: Муж
Алёна сжала аппарат, но не ответила. Экран потух, затем вспыхнул вновь.
Входящий звонок: Муж
С экрана смотрел улыбающийся Максим с бокалом вина. Такой обаятельный, такой обычный.
Он отслеживает меня, вдруг поняла Алёна. Он знает, где я.
Она открыла то самое приложение Life360, выключила функцию отслеживания.
Звонки продолжались.
Когда такси было на проспекте Победы, уведомления сыпались, как град.
10 пропущенных.
20.
Сообщение: Алёна, ответь.
Ты что делаешь?
Пилот ждёт, возвращайся.
ТЫ ДЕЛАЕШЬ ОШИБКУ.
Алёна смотрела в окно на сумрачный Киев. Её мутило: а вдруг Света ошиблась? А вдруг Максим просто в подпитии, а встреча деловая? А она разрушает свой брак из-за фото и паранойи сестры?
Но она вспомнила про «водителя», которого устроил Максим. Не переговаривайся ни с кем…
А если бы не послушала Свету?
Телефон снова завибрировал.
99 пропущенных вызовов.
Это не была забота. Это была паника. Но впервые Алёна осознала: паника теперь не её.
Часть 3: Перехват
Они со Светой договорились встретиться в круглосуточной харчевне на Позняках, вдали от светских районов и далеко от привычного мира семьи Погодина.
Светлана выглядела ужасно: растрёпанные волосы, чёрные круги под глазами, дрожащие руки с крепко сжатой чашкой крепкого кофе.
Вместо приветствий она только махнула на свободное место:
Выключи телефон, глухо сказала Света.
Алёна послушно убрала его в сумку.
Свет, что за чёрт? Я бросила билет на двести тысяч гривен! Максим меня убьёт…
Он и собирался, тихо выдохнула сестра.
Алёна отшатнулась: Не говори так!
Я зашла к вам, дрожащим шёпотом рассказала Света, наклонившись и едва не уткнувшись лбом в стол. Хотела вернуть папины часы те, что Максим якобы «потерял» в описи. Я их нашла у него в спортивной сумке неделю назад, украла обратно. Хотела незаметно положить на стол.
Максим не вор, попыталась возразить Алёна, но слова звучали слабо.
Он хуже, резко оборвала Света. Я пробралась по запасному ключу. Услышала, как он в кабинете орёт кому-то.
Света достала свой телефон.
Я не только сфоткала. Я записала.
Включила диктофон.
Шорох, гул, а сквозь него рассекает голос Максима не бархатный мужской, а высокий, злой, нервный.
Максим (на записи): Да плевать мне на погоду, в Одессе людей содержать стоит сто тысяч за сутки! Она прилетела ты её встречаешь без камер, через ВИП-выход.
Мужской голос (глухо): документы?
Максим: В её сумке. Я спрятал доверенность среди страховки. Притащишь в ангар заставь подписать. Скажи, что это выкуп, мне всё равно, главное подпись.
Голос: а дальше?
Пауза, нарастающая тишина.
Максим: Остров же. Море глубокое. Главное, чтобы она не всплыла до окончания сроков вступления в наследство.
Света выключила запись.
Чашка в руках Алёны дрожала.
Доверенность на управление… глухо прошептала она. Он просил меня подписать какие-то бумаги для фонда семьи. Я сказала сначала прочту, он разозлился, сказал, что я не доверяю ему.
Ему нужна абсолютная власть, твердо ответила Света. Папа предусмотрел: Максим не может получить главный доступ без твоей подписи. Если ты исчезнешь или погибнешь и у него будет доверенность
Всё достанется ему, поняла Алёна.
Она посмотрела на бриллиантовое кольцо на пальце. Символ любви теперь казался кандалами.
Он банкрот, Лёна, мягко сказала Света. Я копала про его фирму: она обанкрочена год назад. Он вытаскивал деньги с твоих счетов, пытался перекрыть долги крипта, ставки, пирамиды. Он так глубоко увяз, что единственный выход закопать тебя.
Слёзы жгли глаза Алёны, но это были не слёзы боли, а злости. Я ему верила. Защищала от тебя…
Это неважно, сжала ей руку Светлана. Теперь ты в безопасности.
А если нет? Он всё понимает. Что будет, если загонять такого человека в угол?
На экране старого телевизора появился титр: «Операция полиции на проспекте Победы».
Пора в полицию, произнесла Света.
Нет, неожиданно твёрдо сказала Алёна. Она вытерла глаза. Он сразу наймёт адвоката и скажет, что это монтаж, или что шутит. Он обаятельный, Света. Он выкрутится.
Тогда что?
Алёна включила телефон. В потоке пропущенных вызовов мелькнуло голосовое сообщение.
Включи, кивнула Света.
Звучал голос Максима: «Алёна! Ответь! Ты всё губишь! Я в аэропорту, ищу тебя по всем залам. Если это игра ты пожалеешь. Я тебя найду!»
Он её ищет. Он охотится.
Он ищет жертву, сказала Алёна, вставая. Пора подбросить ему приманку.
Часть 4: Поворот
К отделению на Липках Алёна пришла вместе с сестрой. Там, где отец столькими грантами поддерживал фонд полиции и где работал давний знакомый семьи следователь Олег Михайлюк.
В душной комнате для допроса запах кофе смешивался с запахом тревоги.
Он хочет меня убить, сказала Алёна, выкладывая телефон.
Серьёзное обвинение, госпожа Погодина. Обычно это семейные дрязги, скептически начал Михайлюк.
Деньги. Всё из-за них.
Покажи видео, настаивала Светлана.
Видео? удивился Олег. Я думал, у вас запись звука.
Света записала голос. Но Максим… он слишком уверен в себе.
Алёна вынула ноутбук из сумки, вошла в облачный сервис видеонаблюдения.
Максим сам поставил камеры «для безопасности дома». Думал, только он знает пароль. А забыл, что платёжку оплачиваю я.
Она вобрала код и открыла файл «КАБИНЕТ 16:00».
Видео высокого разрешения: Максим нервно ходит по комнате, рядом мужчина с татуировкой. Потом Максим открывает сейф, достаёт пистолет, проверяет патронник и убирает за пояс.
И, наконец, берёт свадебную фотографию и с грохотом кладёт её лицом вниз.
Если одесский вариант сорвётся, отчётливо говорит Максим, делаем по-грязному. Сообщу в милицию, что она ушла с водителем и не вернулась. Потом заходишь инсценировка ограбления.
А жена? спрашивает второй.
Максим смотрит в объектив камеры, на портрет: Больше нет жены. Пусть будет вдова.
Олег выпрямился.
Это покушение на убийство, глухо произнёс он. Где сейчас подозреваемый?
Он в Борисполе, ищет меня, спокойно сказала Алёна. Только не показывайте ему полицию, он сбежит, оружие выбросит, сразу адвокат. Поймайте его с поличным.
И что вы предлагаете?
Я сама позвоню. Скажу, что жду его.
Часть 5: Финал
План был рискован и опасен но другого Алёна не хотела.
В зоне прилёта она ждала, одетая в плащ, под которым был скрытый микрофон. Окружённая полицейскими, замаскированными под водителей, туристов, уборщиков, она смотрела на толпу.
Светлана сидела в фургоне слежения и едва держалась.
Телефон зазвонил.
Ответь, шептал Михайлюк в ухе.
Максим?
Где ты, чёрт возьми?! Я заискал тебя по всему аэропорту!
Я испугалась, Макс, дрожащим голосом выговорила Алёна. Я не села в самолёт. Жду тебя у выхода. Приезжай, пожалуйста, забери меня.
Жди там, не двигайся! Я тебя вижу.
Алёна подняла взгляд Максим спускался по лестнице, держа её в поле зрения.
Он бросился вниз, расталкивая людей.
Подошёл не обнял, а сжал её руку так, что она вскрикнула.
Дура, сквозь зубы прошипел он. Ты знаешь, что ты наделала?
Ты делаешь мне больно, громко сказала Алёна, чтобы микрофон улавливал.
Боль это только начало, рванул он к выходу. Сейчас подпишешь бумаги исправим всё.
Доверенность? резко остановилась она. Ту, что ты спрятал в страховке?
Он застыл.
Откуда ты знаешь?
Потому что Света не такая глупая.
Он потянулся к пистолету.
Быстро в машину!
Полиция! Бросай оружие! раздался громкий окрик.
Максим остановился, обернулся на него были наведены «глоки». Олег, переодетый водитель, был рядом.
Это ошибка! взвизгнул Максим. Он схватил Алёну, заслонился ею. Я вооружён! Не подходите!
Толпа кинулась врассыпную.
Максим, твердо сказала Алёна, чувствуя ствол у спины. У них всё записано. Видео. Кабинет. Сейф. Разговор с Игорем.
Он побледнел.
Я видела тебя, прошептала она. Настоящего.
Он замешкался. За это мгновение Алёна со всей силы наступила каблуком на его стопу и врезала локтем по ребрам.
Он вскрикнул.
Олег набросился на него сверху; оружие упало, три оперативника вдавили Максима лицом вниз в пол.
Максим Поляков, вы арестованы по обвинению в подготовке и покушении на убийство, похищении и шантаже.
Максим выл, глядя на Алёну.
Лёночка, скажи им! Это ошибка. Ты вся моя жизнь! Я ради нас…
Она только поправила пальто. Холодно посмотрела на некогда любимого мужа:
Ты любил не меня, а деньги. Теперь у тебя нет ни того, ни другого.
Полицейские вывели его, а на прощание он успел выкрикнуть:
Ты не будешь в безопасности! Я не единственный!
Двери захлопнулись. Света кинулась к сестре и обняла её так сильно, что у Алёны перехватило дыхание.
Только тогда она заплакала.
Часть 6: Новый маршрут
Три месяца спустя
Аэропорт был людный, но больше не вызывал страха.
Алёна сидела не в особом VIP-зале просто на обычном месте, жуя багет.
Она изменилась: волосы стала короче, джинсы и кожаная куртка сменили платья и драгоценности. Обручального кольца больше не было, только материнская серебряная полоска.
Суд был труден: Максим сделал всё, чтобы обелить себя, но видео и признание подельника приговорили его к двадцати пяти годам.
Империя Погодиных пересматривалась. Алёна уволила старый совет директоров, изучала бизнес с нуля.
Объявляется посадка на Токио, выход 12.
Света с двумя стаканами кофе села рядом:
Вот крепкий, как просила Ты как?
Лучше, улыбнулась Алёна.
Могли бы и на частном джете полететь у нас же есть.
Нет, покачала головой Алёна. Я его сегодня продала.
Продала папин самолёт?
Слишком много плохого с ним связано. Я хочу путешествовать сама. Теряться, таскать свой рюкзак.
Она разблокировала телефон, пролистала до «Муж », долго смотрела на экран.
До сих пор полиция просила не удалять сообщения как доказательство, но теперь дело было закрыто.
Удалить контакт? спросила система.
Алёна без колебаний нажала «да».
Имя исчезло. Исчезли 99 пропущенных, которые когда-то отсчитывали её последние минуты.
Нас приглашают, подтолкнула сестра.
Алёна встала, взяла рюкзак и посмотрела на ту, кто спас её, когда «любовь» едва не убила.
Без мужей, сказала она.
Без секретов, добавила Света.
Без ловушек, произнесли они вместе.
Посадочный талон пискнул зелёным. Алёна пошла по трапу и на этот раз чувствовала не страх, а желание жить.
Самолёт оторвался со взлётной полосы. Сквозь окно Алёна смотрела на уходящий под облака город сложный, прекрасный, огромный.
Она пропустила один рейс, чтобы спасти себя. Этот не пропустит.
Она повернулась к Свете и улыбнулась: Полетели.
