Варвара терла тарелки на кухне, когда в дверях возник Иван Сергеевич. Перед этим, естественно, щёлкнул выключателем тьма воцарилась.
Ещё светло вполне, буркнул он с хмурым героизмом. Зачем нам, Варвара, переплачивать за электричество?
Я, между прочим, стиралку хотела запустить, вздохнула Варвара.
Запустишь ночью, мрачно кивнул Иван Сергеевич. Когда тариф ниже и электричество для простых смертных. И, пожалуйста, осади струю, когда воду включаешь ты у нас, Варвара, вообще чемпион по сливу: с таким размахом мы не то что рубли, а прямо-таки наши годы жизни в трубу спускаем!
Муж уменьшил напор, Варвара взглянула на него с такой тоской, что если бы вопрос «что делать?» ещё не стоял, она бы его изобрела. Она выключила воду, вытерла руки, и, сев за стол, выдохнула:
Иван, а ты себя со стороны когда-нибудь видел?
Ага, каждый день в зеркало гляжусь, надоело уже, фыркнул он.
Ну и чего скажешь про себя? уточнила Варвара.
В смысле как про человека? на всякий случай спросил Иван Сергеевич.
Нет, как про мужа и отца.
Муж как муж, отец как отец, не к чему придраться. Стандартный комплект. Обычный, одним словом. Ты чего, Варвара, пристала?
Ты всерьёз считаешь, что все мужья и отцы такие? не унималась она.
Ты ссориться затеяла, что ли? подозрительно вскинул бровь Иван.
Варвара уже знала заднего хода нет, надо дожать разговор до финала, пока Ивану окончательно не станет ясно, что совместная жизнь с ним экстрим, а не бытовуха.
А почему, скажи мне, Иван, ты всё ещё со мной живёшь? поддела Варвара.
А почему я должен уйти? удивился муж с кривой усмешкой.
Хотя бы потому, что не любишь ты меня. И детей наших не любишь, спокойно сообщила Варвара.
Иван попытался было вставить возражение, но её уже не остановить.
Не спорь даже. Не тот случай. Я хотела бы поговорить о другом почему ты не ушёл.
Просвяти, равнодушно бросил Иван.
Из скупости своей, Иван Сергеевич! безжалостно выдала Варвара. Ты настолько экономный, что развод с женой воспринимаешь как гуманитарную катастрофу! Мы с тобой вместе пятнадцать лет. Куда ушли эти годы? Чем можем похвастаться? Я уже не говорю про то, что поженились да дети появились. Разве у нас есть что-то ещё, кроме коммуналки и одолженных у родственников шмоток?
Жизнь впереди, уверенно заявил Иван Сергеевич.
Не вся, Иван! возразила Варвара. Только остатки! За пятнадцать лет мы ни разу даже до Чёрного моря не добрались! Я уж молчу про Турцию… даже за грибами не выезжали расход не по карману!
Копим, гордо произнёс Иван. На будущее.
Какое мы? Это ты копишь! не сдавалась Варвара.
Для вас же стараюсь! возмущённо вскинулся Иван.
Для нас? Серьёзно? Может, я чего не замечаю, удивлённо вспыхнула Варвара. Дай-ка мне немного денег мне и детям нужна новая одежда. Моя уже скоро в музей быта отдавать пора, а дети донашивают за старшими двоюродными братьями твои реликвии.
Мама две комнаты выделила, попытался оправдаться Иван. Чего тебе не хватает? А одежда зачем новую, если из гардероба моей братьевской жены вполне пригодная?
А мне? Одежда жены твоего брата? Может, вещички от соседки Клавдии подойдут?
Кому тебе наряжаться-то, Варвара? посмеялся он. Тридцать пять тебе уже, два ребёнка, поди о духовном подумай!
А, ну да… То есть о чём именно?
О возвышенном, о смысле жизни! Вон люди медитируют, а ты про тряпки… Надо выше быть всей этой суеты: квартира, штаны, шапки
Теперь понятно, усмехнулась Варвара, зачем ты всё держишь на личном вкладе и нам ничего не даёшь ради нашего духовного роста!
Если вы получите в руки деньги тут же всё истратите! А как мы жить будем, если что?
Вот именно, «если что». Скажи, Иван: когда мы начнём жить? А то ощущение, будто твой кризис «если что» наступил уже давно!
Иван молчал и смотрел так, что в любой другой комедии его уже бы изгнали на улицу с чемоданчиком.
Ты ж экономишь даже на туалетной бумаге и мыле, пошла ва-банк Варвара. Всё тащишь с завода, вечно какие-то гос. запасы!
Копейка рубль бережёт, философски заметил он. На ерунде и набирается сумма.
А можно узнать, сколько ещё нам терпеть твои копилки? Ещё десять лет? Двадцать? Или ждать пенсии? Когда в ход пойдёт сэкономленная бумага?
Иван по-прежнему хранит глубокое молчание.
Дай угадаю, не остановилась Варвара. Сорок рановато, пятьдесят ну ещё не солидно Может, в шестьдесят? О, скопим аж дух захватит! Только боюсь, не доживём. Питаемся тем, что по акции, жизнь у нас эмоционально вялая, а ведь с таким настроением даже грибы в лес не растут!
Если уйдём от мамы копить не получится, обречённо сказал Иван.
Вот именно поэтому, Иван Сергеевич, я и ухожу, торжественно объявила Варвара. Я больше не хочу экономить. Сниму квартиру сама. Зарплаты моей хватит, и на детей, и на одежду, и на жизнь настоящую. Даже на хорошую туалетную бумагу! И салфетки мои будут, и свет я не буду считать по лампочкам!
Ты ведь накопить ничего не сможешь! поражённо вскрикнул Иван.
Вот только не надо! улыбнулась Варвара. Не хочу вот и не буду! Твои алименты, может, и отложу (или не отложу посмотрим). А на выходные буду к вам детей привозить экономия потрясающая! А сама — в театры, музеи, на выставки, и в кафе с подругами, а летом на море. Куда не придумала, но обязательно поеду! Вот разведусь и решу!
Иван приуныл. В голове начали складываться страшные цифры алиментов, расходов и перспектив жизни без контроля над общей кубышкой. Особенно он переживал за траты Варвары на путешествия. Даром что это его кровные рубли!
Я ж главное не сказала, подсластила пилюлю Варвара. Тот твой вклад семейный делим пополам!
Это каким боком? не понял Иван.
Так и делим: ровно пополам. И потрачу я всё, что мне причитается. Жить я собираюсь сейчас, а не когда-нибудь там в «светлом будущем».
Муж уже не мог произнести ни слова ужас и математика окончательно поразили его сознание.
Вот скажи, Иван, есть у меня мечта: чтобы к моменту своего ухода со сцены жизни у меня на счету ни одной копейки не осталось. Тогда буду знать, что уж себя я в обиде не оставила!
Через два месяца Варвара с Иваном Сергеевичем по-тихому развелись. А Варвара потом всем девочкам на работе рассказывала: «Главное вовремя понять, зачем ты вообще стираешь ночью!»С тех пор Варвара действительно ни разу не включила стиралку ночью: запускала её при полном свете, под любимую музыку и с ощущением жизни прямо сейчас, а не в какой-то мифической «потом». Купила себе яркую сумку и тёплое пальто, которое смотрелось на ней так, что даже консьержка из соседнего подъезда однажды не удержалась: «Варвара, да вы расцвели!» А на работе удивлялись, как она вдруг стала смеяться так звонко и свободно, будто у неё за плечами не чемоданчик тревог, а крылья.
Однажды Варвара возвращалась домой с детьми, малыши несли воздушные шары и мороженое, а она остановилась перед зеркальной витриной, глянула на своё отражение, задержалась на секунду и вдруг подумала: «А вот этот человек мне нравится. Вон он какой живой, настоящий, со своими тратами, планами, счастьем»
А вечером, под стук воды и запах свежевыстиранного белья, Варвара улыбалась: «Вот так и надо жить. Не экономить на счастье».
