Я НАШЛА ПОДГУЗНИКИ В РЮКЗАКЕ СВОЕГО 15-ЛЕТНЕГО СЫНА Я ПОШЛА ЗА НИМ, И ТО, ЧТО Я УЗНАЛА, ИЗМЕНИЛО ВСЁ
Уже пару недель мой пятнадцатилетний сын, Артём, вел себя… странно. Не то чтобы он дерзил или спорил скорее был отстранённый, словно блуждал где-то далеко. Приходил из школы усталый, почти не здоровался, сразу уходил к себе, закрывался и подолгу сидел в тишине. Ел мало, жмурился, когда я спрашивала его, куда он собирается вечером или с кем переписывается. Я решила, что это или первая влюбленность, или что-то из вечной подростковой драмы как у всех детей, когда хочется молчать и переживать всё внутри.
Но тревога не отпускала. Я всё думала, нет ли там чего-то серьёзнее.
В один вечер, пока Артём был в душе, его рюкзак вдруг остался в кухне. Любопытство победило.
Я тихо открыла его и увидела учебники, надкусанную шоколадку и… подгузники.
Да-да, настоящая пачка детских подгузников второго размера, аккуратно зажатая между тетрадями и спортивной кофтой.
У меня внутри всё померкло. Отчего у моего сына подгузники?
Мысли завертелись вихрем может, он попал в беду? Может, где-то есть девочка и теперь ребёнок? Или скрывает что-то ещё ужасное?
Я не хотела устраивать истерику, чтобы он не испугался и не закрылся совсем. Но и молчать не могла.
На следующее утро, высадив Артёма возле киевской школы, я припарковалась на соседней улице. Сидела и ждала, следила.
Минут через двадцать я увидела, как он выскользнул через служебный выход, быстро зашагал прочь от школы, в сторону, где начиналось сплошное нагромождение старых одесских кварталов.
Я осторожно шла за ним. Он свернул во двор с облезлыми панелями и отваливающейся штукатуркой, заросший крапивой, с разбитым окном, заклеенным картоном.
Я замерла, увидев, как Артём достал ключ и зашёл в этот дом.
Я уже не думала подошла к двери, постучала.
Дверь открылась медленно и на пороге стоял мой сын с грудничком на руках.
Он был как загнанная лань.
Мама? Ты что здесь делаешь? прошептал он.
Я шагнула внутрь. В полумраке комнаты виднелись детские вещи: пустышки, бутылочки, плед на потёртом диване. Девочка месяцев шести тихо смотрела на меня огромными тёмными глазами.
Это кто, Артём? спросила я, стараясь не дрожать.
Он опустил голову, стал раскачивать малышку, когда она закапризничала.
Её зовут Ирина. Она не моя дочь. Это младшая сестра моего друга Миши.
Я моргнула, пытаясь осознать.
Миша?
Да, Миша из параллели. Мы с ним вместе в школу пошли. Его мама умерла два месяца назад всё вдруг. Родных больше нет, отец исчез ещё в детстве.
Я опустилась на диван, почти не чувствуя ног.
А где Миша?
Сейчас он сам учится. Мы меняемся он по утрам, я днём. Мы никому не рассказали боялись, что Ирину заберут куда-то.
Я слушала как во сне. Артём объяснял, что Миша отчаянно пытался сам заботиться о сестрёнке родственники не объявились, было страшно: если соцслужбы узнают, малышку отправят в приют. Тогда они с Артёмом договорились, что будут помогать друг другу. Сняли старую бабушкину квартиру, ухаживали за Ириной: кормили, меняли подгузники всё, чтобы сохранить её вместе. Артём копил стипендию и мелкие гривны на детское питание.
Я не знал, как тебе рассказывать тихо закончил он.
Я не выдержала тихонько заплакала. Оказывается, мой сын подросток жертвовал всем ради чужого ребёнка, потому что боялся, что я всё разрушу.
Я посмотрела на девочку она уже почти спала в его объятиях, маленькая ручка уцепилась за рукав.
Мы поможем, только это и смогла я выговорить. Вместе.
Он удивлённо посмотрел на меня:
Ты совсем не злишься?
Я тихо улыбнулась сквозь слёзы:
Нет, Артёмушка. Я горжусь тобой. Ты не должен был всё это тащить в одиночку.
В тот же день я обошла десять инстанций: соцработника, юриста по семейным вопросам, классного руководителя Миши. Мы собрали все письма, улики, объяснили ситуацию; оформили документы так, чтобы Миша временно получил опеку. Предложила сама принять Ирину к нам части недели, пока мальчик учится в лицее, и помогать с малышкой.
Было нелегко: проверки, комиссии, отчёты. Но шаг за шагом всё сдвинулось.
Артём ни разу не опоздал накормить Ирину, не пропустил ни одного памперса, быстро научился готовить смесь, утешать при коликах, забавно читать сказки на ночь Ирина заливалась смехом.
Миша стал увереннее, когда почувствовал поддержку. Слёзы ушли, он смог снова быть подростком и учиться, не боясь потерять сестру, которую любит больше жизни.
Однажды вечером я спустилась в гостиную и увидела, как Артём сидит на диване, держа Ирину на коленях. Она лепетала, теребя пальцы. Он посмотрел на меня и улыбнулся:
Я и не знал, что могу так сильно любить того, кто мне совсем не родственник, сказал он.
Ты растёшь добрым и сильным человеком, ответила я.
Иногда судьба бросает нашим детям испытания, от которых мы не можем их уберечь но иногда они вырастают героями, о которых мы даже не мечтали.
Я думала, что знаю своего сына Но не подозревала, сколько в нём доброты, мужества и тихого подвига.
Все началось с пачки подгузников в рюкзаке.
А стало историей, которой я буду гордиться всю жизнь.
