Слушай, расскажу тебе, как вчера Нина попала в эпическую ситуацию просто сериал на нервах. Короче, она приехала из Владимира на пару дней раньше из отпуска у родителей, набрала гостинцев: баночки с малиновым вареньем, домашний сальце, мешок антоновки ну, в общем, всё, как у нас принято, чтобы мужу было приятно.
Она уже шесть месяцев беременная, спина ноет, плечо от сумок отваливается, а тут ещё по почтамту переть минут десять до дома! Ну, говорит, решила сделать Лёше сюрприз думала, порадуется, обнимет. Ага, сейчас.
Она доходит по раздолбанному асфальту до подъезда, но дальше уже не тащит сил ноль. Сумки опустила на скамейку, вздохнула и звонит ему:
Лёшенька, привет, угадай, кто уже в Москве, на твоей остановке стоит! Выйди, пожалуйста, помоги донести радости от мамы с папой, а то у меня уже руки крошатся…
И тишина. Секунду так три. Потом Лёша как взъерошенный:
Ты чего, почему не предупредила? Мы же на пятницу договаривались! У меня тут, понимаешь, дома вообще шаром покати! Я только сегодня хотел порядок навести, чтобы красиво встретить, и еды никакой нет. Ты б могла хоть в «Пятёрочку» заглянуть ну мясо, картошки, а то наш корнеплод совсем зачах… Я тут с утра уборку затеял!
Нина чуть не взорвалась:
Лёша, ты реально сейчас об этом? Я еле стою, живот тянет, две сумки на мне висят сама приползла уже, а ты просишь мясо не забыть купить?
Он своё твердит:
Ну давай, ну ради меня! Я всё хочу, чтобы к приходу твоя душа в чистоте утопала! Магазин через дорогу, возьми говядины, свежей картошки, а там кто-нибудь поможет дотащить. Я тут пока доработаю…
Нина молчит, смотрит на руки в красных отпечатках от ручек Хотелось либо его прибить, либо разреветься на весь район.
Но что делать? Вдохнула, поплелась за мясом. В магазине на нее продавщица смотрела, как на святую мученицу. Говядина тяжёлая, картошка просто ад. Тащит всё это, пальцы не разгибаются.
Лёша снова звонит:
Ты уже всё купила? Отлично, только не поднимайся! Сядь на лавку, подожди! Я тут вот-вот весь блеск наведу!
Нина села, сумки с грохотом и сидит. Прошло десять минут. Потом двадцать. У неё голова кругом. Думает ну сейчас-то придёт, букет в зубах, романтика… Ага.
Через полчаса Лёша вылетает, взмокший, футболка задом наперёд, воняет «Белизной» на всю площадку.
Сюрприз! кричит, берёт у неё сумки, и вперёд на лифте.
Дома она только заходит и сразу в нос ударяет адская смесь «морского бриза» и хлорки. Вся квартира чистая, хоть операцию делай! Ковры вытерты, пыль смыта, чашки разложены, унитаз аж блестит. Всё привычное куда-то сгреблено… Статуэтки её сиротливо уткнулись в угол.
Лёша сияет:
Вот! Видала? Всё для тебя!
Нина еле сдерживается:
Ты, значит, ради этих полов меня на лавке оставил мерзнуть, мясо таскать? Ты ты вообще меня слышишь?
Лёша тут начал заводиться:
Я с утра тут ползу, а ты Ты поди оцени, какая теперь чистота! Я хотел, чтобы ты сразу в красоту вошла!
И тут у Нины не выдержало слёзы, голос дрожит, спорят на кухне благим матом. Лёша в обидах ушёл хлопать дверями, она зависла, греет руки над кастрюлей с мясом.
Через десять минут возвращается:
Мясо-то готовить будем? Или опять что-то не так?
На этом у Нины терпенье иссякло. Говорит:
Ничего не надо. Я хочу просто тишины и поспать.
Собрала себя в охапку и ушла к родителям. А дальше звонки с раскаянием, мать Лёши, его сестра все уговаривали простить, вернуться. Даже какие-то его друзья звонили.
Но Нина уже решила твёрдо: ей не нужен муж, который вместо тёплого приёма променял самое важное на мокрый тряпичный блеск. Всё, развод и точка. Потому что сначала уважь жену и мать своего будущего ребёнка, а потом уже чисти свои полыНо самое неожиданное случилось через неделю. В воскресенье Нина проснулась рано, глядя в потолок в родительской комнате, и вдруг почувствовала: ей спокойно. Впервые за много месяцев. Мама напекла плацинд с яблоком, включила старую музыку, а папа мыл дачный Жигуль и никто не ждал от неё короткого отчёта, никто не мерил лоск квартиры её любовью.
В тот же день Лёша пришёл к ним с абсолютно нелепым букетом ромашек и пакетом домашних эклеров, которые явно пачкались в метро. Он вытянулся в дверях, по-детски виновато:
Нин, я никогда не понимал, как это когда ты нужен, а тебя не слышат. Я идиот. Не про квартиры и не про мясо. Вернись. Я научусь.
Она посмотрела в его глаза и будто в первый раз увидела за суетой, за обидами что-то растерянное и настоящее. И раз первый раз за долгое время улыбнулась.
Лёш, может, когда появится у нас сын или дочка, ты первым делом их спросишь не про полы, а про душу? Попробуешь?
Он молча кивнул и робко взял её за руку. В эту минуту через окно запрыгнул солнечный луч с запахом яблок и свежей травы.
Возможно, счастье действительно начинается с малого. С того, чтобы просто присесть рядом даже если руках у тебя не веник, а чья-то усталость.
