Ресторан, куда Андрей пригласил меня на второе свидание, поражал напускной роскошью: тяжелые бархатные шторы, зеркала в позолоченных рамках, официанты двигались бесшумно и незаметно, словно театральные статисты. Сам Андрей был воплощением этого мира строгий серый костюм, броские запонки, переливающийся на руке браслет портфеля, взгляд, в котором сквозила ледяная уверенностью избранности.
Заказывай, что нравится, сказал он, даже не заглянув в меню. Не люблю, когда женщина экономит на себе.
В его словах был налёт щедрости старого московского купца, но мне почему-то стало не по себе. Может, из-за того, как он пристально слишком оценивающе посматривал на меня, или из-за того, как охотно рассказывал о бывших девушках, которые будто бы видели в нем лишь «кошелек».
Я взяла салат с уткой и бокал вина. Андрей, щедро размахнувшись, заказал себе стейк, тартар, бутылку дорогого красного и десерт в придачу. Он веселился рассуждал о своем бизнесе, сетовал на «падение нравов», разглагольствовал о высоких чувствax и духовности. Я слушала, кивала, но чувствовала себя не на свидании, а на каком-то экзамене, где ждут момента, чтобы подловить.
Сцена как в театре одного актера.
Когда официант положил на стол счет в кожаной папке, Андрей и не подумал меняться в лице с прежней ленцой потянулся за карман, потом за внутренний, потом пощупал брюки. Его выражение сменилось с самодовольного на наигранно-растерянное.
Чёрт медленно выговорил он, глядя мне в глаза. Похоже, либо в офисе забыл кошелек, либо в другой куртке
Развел руками. В его позе не было ни капли тревоги. Он не стал звать менеджера, не стал что-то решать через телефон, банковский перевод, приложения «Мир». Просто смотрел на меня.
Вот нелепая ситуация, протянул он с фальшивой улыбкой. Поможешь? Ты сейчас оплачиваешь, я потом переведу по номеру, или в следующий раз отдам с процентами, шутка ли.
В этот момент стало очевидно: это не случайная забывчивость. Это заранее продуманный тест, о которых часто пишут в женских чатах. И для меня он решил устроить тот самый экзамен «на меркантильность», который сам же высмеивал целый вечер за бокалом вина.
Схема до глупости проста: если молча платишь значит, годишься, если нет «охотница за рублём». Сейчас передо мной был уже не бизнесмен, а мелочный манипулятор.
Он был уверен, что победа у него в руках: что я сейчас без звука достану карту и расплачусь.
Я предельно спокойно открыла сумку. Андрей расслабился, словно знал план сработал.
Конечно, не проблема, мягко сказала я и дала официанту знак.
Разделите счет, пожалуйста, четко произнесла я. Я за себя заплачу. А за стейк, вино и десерт пусть платит мужчина.
С лица Андрея начала спадать маска надменности.
Как это? прошипел он. У меня ведь нет денег.
Понимаю, кивнула я, проводя телефоном по терминалу. Но мы едва знакомы. Вполне нормально оплатить за себя. А уж платить за мужчину, который пригласил меня в самый дорогой ресторан Киева и заказал все самое дорогое, извини это не моя ответственность. Ты взрослый человек, придумаешь что делать.
Официант застыл, переминаясь с ноги на ногу. Андрей начал заметно краснеть.
Ты серьезно? напряженно проговорил он. Из-за каких-то гривен? Я же потом бы все вернул! Просто хотел проверить
И проверил, я встала из-за стола. Я человек, который не позволит собой манипулировать.
Уже идя к выходу, я вдруг ощутила, что это еще не финальная точка. Он остался с неоплаченным счетом, злой, растерянный, без «кошелька».
Я вернулась к столу, вытащила из кошелька несколько помятых гривен и немного мелочи, что всегда валяется на дне сумки.
Ах да, сказала я. Если твой кошелек в другой куртке, значит, и на такси домой у тебя денег нет?
Я медленно положила бумажки и монеты возле его бокала.
Вот тебе на метро. Не переживай, доберешься. Считай, что это мой вклад в твои «эксперименты» с женской психологией.
Несколько гостей за соседними столиками удивленно обернулись. Андрей выглядел так, будто получил пощечину.
Я вышла на улицу.
В тот вечер мой ужин стоил мне только салат и бокал вина чисто символическая плата за то, что успела разглядеть за красивой оберткой настоящую сущность, и сберечь годы жизни. Надеюсь, выводы он тоже сделал, хотя таким мужчинам перемены не свойственны.
А вы бы на моем месте спасали забывчивого кавалера или тоже выбрали бы честную, пусть и жесткую позицию?
